Тайна, покрытая глазурью (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет, спасибо. — Он допил кофе, достал из кармана бумажник и подал мне банковскую карту. Я руку за ней протянула, а он удержал. Я подняла взгляд к его лицу, встретилась с ним глазами. — У вас красивое имя.

— Спасибо.

— Настоящее?

— Просите показать паспорт?

— Будет достаточно честного слова.

Карту я у него забрала, провела ею через прибор считывания. Глаза опустила, досадуя на своё глупое волнение, которое, наверняка, заметно со стороны.

— Мы знакомы с вами десять минут, а вы уже просите от меня честности.

— Вы будете первым человеком в этом городе, кому я хочу верить.

— Можете мне верить, — заверила я его, с вежливой улыбкой возвращая карту. — Спасибо, что посетили нашу кондитерскую. Надеюсь, вам понравилось обслуживание.

— Очень понравилось.

— Я рада. — Андрей продолжал меня разглядывать, и я поинтересовалась: — Что-то ещё?

Он хотел что-то сказать, я по глазам видела, но обернулся за своё плечо, на женщину с ребёнком, вставшими в очередь к кассе, и коротко улыбнувшись, пошёл к двери. Даже не обернулся. А я, наконец, выдохнула.

— Флиртуешь с посетителями? — уличил меня Жорик, проскользнув за моей спиной.

Я же кинула на него возмущённый взгляд и поторопилась улыбнуться новым посетителям.

Ни с кем я не флиртую, тем более с посетителями. Мне, вообще, с мужчинами не везёт. Лиза, моя старшая сестра, лишь сокрушается по поводу моих неудач в любви. Она сама, не в пример мне, давно и удачно замужем. Олег хоть и не идеал и не принц, но для семьи всё сделает. Правда, работает много, это единственная претензия, которую Лиза ему предъявляет, но бизнес такая штука — всё требует пристального глаза хозяина. Времени на семью — жену и ребёнка, остаётся не так много, но, главное, что он старается, и Лиза это ценит. Я всегда и всем говорила, что если когда-нибудь и выйду замуж, то буду брать с сестры пример.

Но мне в любви стопроцентно не везло, и, наверное, я сама в этом виновата. Был в моей жизни момент, особенный для меня мужчина, который и замуж звал, и семью хотел, даже про детей говорил, но я посчитала, что ещё слишком молода и не готова, и хотя сестра пыталась меня образумить, я ему отказала и замуж за него не пошла. А ведь любила. Правда, любила. И своим отказом его не на шутку обидела. Настолько, что этот иезуит через восемь месяцев на другой женился. Недолго замену искал, а виноватой в этом почему-то я осталась. До сих пор при каждой встрече нет-нет да глянет на меня с обидой и осуждением, будто я ему нож в спину воткнула, и тот ему до сих пор жить мешает. Но, наверное, про себя злорадствует, он-то свою жизнь устроил, а у меня, по прошествии семи лет, кроме кондитерской, ничего важного в жизни нет. И все кому не лень, мне этим в нос тыкают.

— Лиля, у меня есть знакомый, замечательный молодой человек. Надо вас непременно познакомить…

— Лилёк, ты, вообще, вечерами куда-нибудь выходишь?

— Тебе влюбиться надо.

— Замуж выйти.

— А как же тот рыжий, с которым ты на море ездила?

Вот кому какое, скажите на милость, дело, с кем я куда езжу и когда из дома выхожу? Давно взрослая и самостоятельная, мне двадцать семь лет, но почему-то все вокруг считают возможным меня поучать. Так поневоле комплексы наживёшь. И без того не писаная красавица, а когда на тебя навешивают ярлык Синего чулка и Одиночки, это здорово нервирует.

А между тем на меня ещё брюнеты из Москвы внимание обращают, так-то.

Надо об этом Лизе сказать, когда ей придёт в голову в очередной раз меня в затворничестве упрекнуть.

Да и когда мне куда-то ходить, сама бы подумала. Ей-то что, она домом занимается, мужу ужины готовит и ребёнка в садик водит, а я… а у меня… Я бизнес-вумен, меня в городе все знают. От мала до велика. Торты и пирожные от Лили Бергер нарасхват идут, на все праздники и

торжества, на свадьбы и юбилеи. Это особый шик, в нашем небольшом городке, поставить на стол мой торт, настоящее произведение искусства. Лизка понятия не имеет, сколько времени и сил уходит на выпечку одного торта, а если на неделе по пять-семь штук заказывают? А помимо выпечки я занимаюсь всеми делами кондитерской, вникаю в каждую деталь и слежу за всем сама. Вот как Олег за своим бизнесом. Ведь не зря говорят: хочешь сделать хорошо — сделай всё сам. Вот я и делаю. Дома появляюсь ближе к ночи, порой в муке и глазури с ног до головы. Какие уж тут свидания? За осуществление собственной мечты следует платить, например, личной жизнью.

Да и сказать, чтобы ко мне очередь из кавалеров выстраивалась, нельзя. И дело не во внешности, девушка я весьма симпатичная, просто мне не хватает огня и желания. Это опять же слова Лизаветы. Я сама считала, что просто на фоне сестры я зачастую оставалась незамеченной, по крайней мере, в юности, и со временем к этому привыкла и даже нашла в этом свои плюсы, потому что пылать желанием и отвечать с готовностью на любой комплимент на самом деле не стремилась. Это было в характере сестры. Лиза — настоящая зажигалка. У неё всегда было полно друзей и приятелей, она любит веселиться и хочет всего и сразу. Я куда спокойнее и привыкла всё анализировать. А с таким пристрастием трудно заводить друзей, а уж тем более жить в своё удовольствие, ни о чём не задумываясь. И профессию я себе выбрала творческую, но требующую внимания и осторожности. А Лиза в двадцать с небольшим выскочила замуж, родила ребёнка и теперь, между занятиями йогой и готовкой обедов, строит планы на то, чтобы не умереть со скуки, и при этом не расстроить своими действиями любимого супруга. И меня теребит, не теряя надежды на то, что ей удастся втянуть меня в какую-нибудь авантюру и это перевернёт мою жизнь с ног на голову. Я, признаться, опасаюсь её настойчивости, всячески себя оберегаю, но Лиза всегда идёт напролом.

Так может, не говорить ей о брюнете? А то ведь начнётся:

— Почему ты не дала ему свой номер? Ах, не попросил? Так сама бы дала. Мы живём в двадцать первом веке, Лиля, какая нормальная женщина сейчас ждёт милости от судьбы, а уж тем более от мужчины? Ты ждёшь? Не дождёшься! Нужно всё брать в свои руки. Ты замуж хочешь или нет?

Раздумывая о реакции сестры, я вздохнула, прошла по коридору и открыла дверь в свой кабинет. Он был совсем маленьким, зато с большим окном и даже балкончиком, с которого было видно набережную и Оку. Я вышла на свежий воздух, пару минут стояла, щурясь от яркого солнца и глядя на прохожих, потом вернулась в кабинет и задёрнула лёгкую штору. Подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Поправила ворот светлой шёлковой блузки. Снова подумала о брюнете, невольно нахмурилась, но тут же приказала себе выкинуть его из головы. Парень он, без сомнения, симпатичный, но уж взгляд больно шабутной. Столичный. А нам, девушкам скромным и провинциальным, такие не пара. Нужно искать кого-то под стать себе. Или самой измениться. Лизка уже не раз намекала мне, что за дверью кондитерской неплохо было бы менять строгую блузку и черную юбку на что-то более легкомысленное, соответствующее возрасту и желанию выйти замуж. Даже дарила мне одежду, подбирая на свой вкус, но у меня не хватало времени, а порой смелости, показываться в этих нарядах на людях. Перед посетителями кондитерской я представала в образе благочестивой европейской дамы, пытаясь оправдать название и поддерживать репутацию заведения. Слишком долго мы на эту самую репутацию с Жориком работали. И в моей работе открытые блузки и короткие юбки были не уместны, всё-таки целый день с детьми общаться приходится. Знакомые посмеивались, что у меня образ Мэри Поппинс, я на эти слова обижалась, но предпочитала отмалчиваться. Даже если я и нацеплю эту самую короткую юбку и кофточку до пупа, моя серьёзность ведь никуда не исчезнет, правда? Только чувствовать себя буду глупо, словно в чужой шкуре.