Тоннель в небо: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Род удивился отсутствию крупного рогатого скота и вновь обратился к помощи комментатора. Однако тот все еще говорил о высокой рождаемости южноазиатов.

Род выключил радио и подождал. Повозки двигались по полу и располагались уступом вблизи ВЫХОДА, готовые к перемещению; вереница заканчивалась где-то под балконом. ВЫХОД еще не был готов, и эмигранты сошли с повозок и собрались у киосков Армии Спасения, получая чашку кофе и добродушно посмеиваясь. Род подумал, что, вероятно, там, куда они отправляются, кофе не будет еще много лет так как Земля никогда не экспортирует пищу – напротив, пища и радиоактивные металлы были единственным товаром, импорт которого был разрешен. Внеземная колония могла рассчитывать на помощь Земли, только если у нее был излишек пищи или расщепляющихся материалов.

Лишь крайняя нужда в уранидах могла позволить открыть межзвездный ВЫХОД, и люди в повозках будут вне коммерческих связей с Землей до тех пор, пока у них не создастся излишек нужных Земле товаров; тогда они могут рассчитывать на регулярное использование ВЫХОДА. Но до тех пор они предоставлены самим себе и лишены всякого снабжения – это делало лошадей нужнее вертолетов, кирки и лопаты полезнее бульдозеров. Техника выходила из строя и требовала сложного оборудования для ремонта, а старые добрые «едоки сена» размножались сами и питались подножным кормом.

Дьякон Мэтсон говорил своему курсу, что самой большой трудностью первых переселенцев в космос было не отсутствие водопровода, отопления, электрического освещения, а быстрое истощение запасов кофе и табака.

Род не курил и очень редко пил кофе, он не стал бы расстраиваться из-за их отсутствия. Он поерзал в кресле, стараясь разглядеть через ВЫХОД причину задержки. Ему было плохо видно, так как поле зрения ограничивал высокий кузов фургона одного из переселенцев, но ему показалось, что оператор ВЫХОДА ошибся: там, где должна была быть земля, виднелось небо.

Искажение гиперпространства, необходимое для соединения двух планет, находящихся друг от друга на расстоянии многих световых лет, требовало не только огромного количества энергии: это была сложная задача, связанная с тщательными математическими расчетами и операторским искусством – расчеты выполнялись машиной, а оператор при установлении связи между отдаленными планетами во многом руководствовался интуицией.

Скорости движения обеих планет складывались или вычитались друг из друга, но следовало учитывать еще и вращение каждой планеты. Задача заключалась в том, чтобы в момент включения выхода оси обеих планет располагались строго параллельно, а вращение должно было быть в одном направлении. Теоретически возможно было соединить планеты и при противоположном направлении вращения, производя обратное вращение в искривленном пространстве-времени: практически же это было почти невыполнимо – поверхность земли за выходом стремилась ускользнуть и принять наклонное положение.

Род не обладал достаточными математическими познаниями, чтобы оценить эту трудность. Его обучение не выходило за рамки высшей школы и ограничивалось тензорным исчислением, статистической механикой, анализом бесконечно малых величин, общей геометрией шести измерений и практическими познаниями в электронике, простейшей кибернетике и робототехнике, а также в аналоговых машинах; к тому же он не очень хорошо успевал по математике. Тем не менее он понимал, что оператор ВЫХОДА должен во всем этом разбираться очень хорошо. Он вновь взглянул на группу эмигрантов.

Эмигранты все еще стояли у киосков, пили кофе и ели пирожки. Большинство из них обросло бородами: Род заключил, что они путешествовали уже несколько месяцев. У главаря отряда, «капитана», была небольшая бородка, усы и длинные волосы, но Роду показалось, что он не намного старше его самого. Это был, конечно, профессионал, прекрасно овладевший всем, что потребуется вне Земли: охотой, умением производить разведку, стрельбой, оказанием первой помощи, групповой психологией, тактикой группового выживания и дюжиной других необходимых умений.

У капитана был жеребец, прекрасный, как восход солнца, а сам капитан был одет как калифорниец ранних столетий, ему можно было сделать тот же комплимент, что и его лошади. Вспыхнул предупреждающий свет на электротабло, и капитан, продолжая дожевывать пирожок, поехал вдоль вереницы повозок, осматривая их, по направлению к Роду. Его спина была прямой, посадка на лошади легкой и поза уверенной. К поясу прикреплены два пистолета, один из них в кобуре, украшенной серебряным орнаментом, тот же орнамент был на седле и упряжи.

Род сдержал дыхание, пока капитан проходил мимо него под балконом, затем вздохнул и подумал, как ему хочется быть похожим на него, больше, чем иметь другую высокоинтеллектуальную внеземную прфессию. Он не знал теперь, кем ему хочется быть, он знал только, что ему хочется как можно быстрее покинуть Землю и оказаться там, куда отправятся эти люди.

Он вспомнил, что первый барьер ему предстоит взять завтра: через несколько дней он либо получит право работать там, куда он так стремится, либо… но что толку об этом думать сейчас. Он подумал, что уже поздно, а он все еще не выбрал оружие и снаряжение. У этого капитана были пистолеты, нужно ли и ему брать их? Нет, этот отряд будет обороняться совместно, если только ему предстоит обороняться. Капитан выбрал это оружие лишь для поддержания своего авторитета, оно не пригодно для одиночного выживания. Хорошо, но что же взять ему?

Прозвучала сирена, и эмигранты разошлись по своим повозкам. Капитан возвращался быстрой рысью.

– Стойте! – кричал он. – Стойте!

Он занял позицию у ВЫХОДА, обернувшись лицом к отряду, его лошадь пританцовывала на месте.

Девушка из Армии Спасения вышла откуда-то из-за угла, держа в руках маленькую девочку. Она что-то сказала капитану, но ее голос не достиг балкона. Голос капитана был громче:

– Номер четыре! Дойл! Забери свою девчонку!

Красноголовый мужчина с рыжей бородой спрыгнул с четвертой повозки и неуверенно взял на руки девочку под хор одобрительных возгласов и кошачий визг. Он передал девочку жене, которая приняла ее в подол юбки. Дойл поднялся на сиденье и подтянул вожжи.

– Внимание! – прозвучал голос капитана.– Один! Два! Три! Четыре! Пять!

Счет долетел до балкона, поднялся до самой высокой ноты. Капитан поднял правую руку, глядя на электротабло.

Загорелся зеленый свет. Он резко опустил руку с возгласом:

– Вперед!

Его жеребец бросился вперед, проскочил перед первой повозкой и исчез в ВЫХОДЕ. Щелкнули кнуты. Род слышал возгласы: «Но, Молли! Вперед, Нед!». Вереница повозок двинулась вперед. Спустя какое-то время последняя повозка подъехала к ВЫХОДУ, она двигалась галопом, мужчины широко расставили ноги, их жены держали тормоза. Род попытался сосчитать их, он дошел до шестидесяти трех, когда последняя повозка проехала через ВЫХОД, отправившись куда-то на расстояние в полгалактики.

Он вздохнул и откинулся на спинку сидения с чувством теплоты, смешанным со смутным сожалением. Затем включил радио: «… на Новый Ханаан, премиальную планету, названную великим Ленгфордом „Розой без шипов“. Эти колонисты заплатили шестьдесят тысяч каждый за право иметь счастье и растить свое потомство на Новом Ханаане. Машина предсказывает, что цены на планеты значительно возрастут в последующие двадцать восемь лет, поэтому, если вы хотите, чтобы ваши дети стали гражданами Нового Ханаана, действуйте сейчас. За прекрасным микрофильмом об этой планете обратитесь в бюро информации, первый эмиграционный отдел, Нью-Джерси, Большой Нью-Йорк, и пошлите один плутон. Если вы хотите получить описания всех вновь открываемых планет, пошлите еще полплутона. Описания всех планет вы можете получить также в справочном бюро в фойе Большого зала».

Род не слушал. Он уже давно получил все описания, большинство из них рассылалось Комиссией по эмиграции и торговле. Он удивился, почему ВЫХОД в Новый Ханаан все еще не освободился.

Наконец он понял в чем дело. Перед четвертым ВЫХОДОМ появился настил с крутым спуском, ведущим от пола Большого зала к ВЫХОДУ; затем большое стадо крупного рогатого скота наводнило ВЫХОД, мыча и рыча. Это были коровы харфордской породы, из которых можно было бы приготовить немало прекрасных бифштексов для богатой, но слегка голодной Земли. За ними и между ними шли пастухи с кнутами; они подгоняли коров – от быстроты передвижения зависела цена: каждая минута открытого ВЫХОДА стоила не очень дешево.

Род заметил, что комментатор замолчал: иссякли полчаса, за которые он заплатил. Он встал с чувством вины: нужно поторопиться, а то он может опоздать и к ужину. Бормоча извинения, он протиснулся к движущейся дорожке на Хобокен Гейт. Этот ВЫХОД, употреблявшийся исключительно для внутриземных перемещений, постоянно раскрывался и закрывался без оператора: два пункта, которые он соединял, были связаны постоянно. Род показал свой билет электронному сторожу и вышел в Аризоне вместе с толпой соседей.

Робот, управляющий ВЫХОДОМ, объяснял преимущества этого способа перемещения, но не смог предупредить небольшого отклонения. Проходя через ВЫХОД, Род почувствовал легкое дрожание, как при небольшом землетрясении, затем почва вновь стала сама собой. Он находился в тамбуре, где давление воздуха было таким же, как и на уровне моря. Механизмы уловили тепло людских тел, тамбур закрылся, и давление стало падать. Род широко зевнул, привыкая к давлению на плато Гран Каньон, которое было на семьдесят пять миллиметров ртутного столба ниже, чем в Нью-Йорке.

Хотя он проделывал это ежедневно, он вынужден был потереть рукой заболевшее правое ухо. Тамбур открылся, и он вышел. Переместившись на две тысячи миль за долю секунды, он должен был теперь десять минут двигаться по скользящей дорожке, а затем около пятнадцати идти пешком. Он решил пробежаться и все-таки успеть домой вовремя. Возможно, это и удалось бы сделать, если бы не несколько тысяч людей, стремившихся к той же цели.

Глава 2. ПЯТЫЙ ПУТЬ.