— Что ж, ты окажешь нам услугу, — ответила амеба. — Сначала мы захватим Левитиций IV, убьем людей, сотрем с лица земли храм, а потом начнем войну с Вайдоттой II.
— Вы не поняли. — Я покачал головой. — Я предлагаю сделку. Вы оставляете нас в покое, а мы отдаем вам карты, с помощью которых вы доберетесь до нужной вам планеты.
— Да, это недурная сделка, — вставила вторая амеба.
— Нет, — высказала свое мнение третья. — Давайте сначала убьем всех людей, а потом посмотрим, не сможем ли мы сами добраться до Вайдотты II.
Вскоре все амебы заспорили, а та, с которой я начал разговор, придвинулась ко мне.
— Нам придется поставить этот вопрос на голосование. На это уйдет весь день. Пойдем со мной, корзинку с ленчем я припрятала неподалеку.
Я последовал за ней в ближайший лесок. Остальные амебы не обращали на нас ни малейшего внимания. Слишком их увлек спор о том, принимать мое предложение или нет.
— Между прочим, а имя у тебя есть? — спросил я, когда мы наконец уселись под парой огромных деревьев.
— Винория, — ответила амеба.
— Это очень женственное имя для амебы, у которой нет пола.
— Очень даже есть, — возразила Винория. — Я — женщина.
— А как я смогу отличить женщину от мужчины?
— Есть способы. — Винория подсела ближе. — Например…
Это был хороший пример. И только я начал к нему приспосабливаться, она показала мне второй (не расстраивайся, Лангтри, все происходило задолго до нашей встречи).
Что ж, мы провели в лесу целый час, удовлетворяя наше естественное научное любопытство. Потом я услышал гудение лучевика, жужжание глушака и крики Джонни Тестостерона: «Жрите адский огонь, инопланетное отродье! Изыдьте, безбожные твари!»
Я вскочил и со всех ног побежал к храму. Увидел, что ворота открыты, а Джонни стоит перед ними с дымящимся оружием.
— Что, черт возьми, происходит? — воскликнул я.
— Мне надоело ждать, вот я их всех и перебил, — ответил он. — Клянусь Богом, настроение у меня лучше, чем после прохладного душа в жаркий день!
— Но они уже собрались отказаться от завоевания планеты.
— Да, я слышал, как они об этом спорили, — признал Джонни. — Потому-то и решил открыть огонь. Старый жрец не отдал бы нам Храмовую Девственницу, если бы враг заключил с нами перемирие.
Я огляделся.
— А что с ними случилось?
— Они растаяли. Распались. Исчезли. — Внезапно он увидел Винорию. — Кроме одной.
Он нацелил на нее лучевик, но я вышиб его из руки Джонни до того, как он успел нажать на спусковой крючок.
— Почему ты это сделал? — пожелал знать Джонни.
— Оставь ее в покое.
— Ее? — переспросил он. — Откуда ты знаешь?
Я почувствовал, что краснею.
— Не твое дело.
Он посмотрел на Винорию, на меня, снова на Винорию.