— Черт побери, Мейфлауэр! — не выдержал Ланс Стерлинг. — Брось этот чертов лучевик!
— Он застрелит тебя, если я брошу.
— Он застрелит меня, если ты не бросишь! — рявкнул Ланс Стерлинг.
— Пока лучевик у меня в руке, он может убить только одного из нас, — объяснил я, руководствуясь законами логики. — Как только брошу, он убьет двоих, а то и всех троих.
— Как же я ненавижу тебя и твою чертову математику! — успел сказать Ланс до того, как Александр Великий прострелил ему голову.
Я выстрелил мгновением позже. Александр повалился на пол, а Брукмандор II еще до полудня обрел свободу. Занзибар Макшайн остался там, заняв пост губернатора, а я отвез тело Ланса Стерлинга на его родную планету и похоронил на семейном кладбище.
* * *
— Так вот почему никто так и не нашел его могилы! — воскликнул Макс Три Ствола. — Ни у кого и мысли не возникло искать Мортимера Смарча.
— Я удивлен, что из всех вас только Мейфлауэр встал под его знамена, — заметил Ставлю-Планету О’Грейди. — Я хочу сказать, в свое время он был самым популярным революционером.
— Я отдал должное революционной борьбе, — ответил Макс. — Но так уж вышло, что наши пути с Лансом Стерлингом не пересеклись.
— Я думаю, посражаться удалось каждому из нас, — согласился Могильщик.
— Да, но не только в войнах и революциях, — уточнил Катастрофа Бейкер.
— Ты никогда не воевал? — спросил Макс.
— Я — волк-одиночка, ни в какие организации не вступаю.
— Иногда вступать и не приходится, — сказал Макс, — Иногда война незаметно подкрадывается к тебе. Вроде той, что приближается к «Аванпосту».
— Она и на войну-то не похожа, — покачал головой Могильщик. — Несколько десятков вражеских кораблей. Если вы хотите поговорить о настоящей войне, я могу рассказать вам о Пелопоннесской. Более сильного противника я не встречал.
— Ты в ней участвовал? — спросил Макс.
— Да.
— Я, черт побери, тоже!
— И ты? — воскликнул Никодемий Мейфлауэр. — Именно там я впервые понюхал пороха, до того, как присоединился к Лансу Стерлингу.
— Вы, парни, часом, не ошибаетесь? — спросил Бард.
— Разумеется, нет, — ответил за всех Макс.
— Но Пелопоннесская война шла на Земле, почти десять тысяч лет тому назад.
— Мы говорим не о той Пелопоннесской войне, — усмехнулся Макс.
— А была другая? — спросил Бард.
— Конечно. Пятнадцать, может, шестнадцать лет тому назад. В звездном скоплении Альбион.
— Мне бы хотелось о ней услышать. — Бард приготовился записывать.
— Как будто у тебя есть выбор, — фыркнул Катастрофа Бейкер.
— Кто начнет? — спросил Могильщик Гейнс.
— У кого-нибудь есть трехсторонняя монета? — полюбопытствовал Макс.