Судьба Темного Меча: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как только Сарьон это понял, ему стало ясно, что из мыслей епископа он слышит только те, которые Ванье хочет до него донести. Сарьон не мог проникнуть сквозь преграды, которыми епископ защитил свой разум. Постепенно каталист начал успокаиваться. Он подождал, когда владыка церкви закончит свою речь, и, сосредоточившись, мысленно сказал:

— Я понял, ваше святейшество.

— Великолепно, отец Сарьон. — Ванье заметно обрадовался. Какое-то время епископ молчал — очевидно, сосредоточивался на тех мыслях, которые хотел передать каталисту. Но когда он заговорил — или когда его мысли оформились в слова в голове у Сарьона, — он изъяснялся быстро, кратко и четко, как будто повторял заученное на память. — Я отправил тебя на опасное задание, отец Сарьон, велел тебе задержать молодого человека по имени Джорам. И я уже начал беспокоиться о тебе, не получая долгое время никаких известий. Поэтому я почел за лучшее направить к тебе одного из своих помощников, кото...

«Симкин!» — Сарьон не сумел удержаться от мысленного восклицания. Образ юноши встал в его сознании так отчетливо, что, наверное, передался и епископу.

— Что? — Прерванный посреди речи, Ванье явно рассердился.

— Нет-нет, ничего, — поспешно пробормотал Сарьон. — Простите меня, ваше святейшество. Мои мысли прервало... то, что происходит на улице...

— Я советую отойти от окна, отец Сарьон, — недовольно сказал епископ.

— Да, ваше святейшество. — Сарьон до боли сжал кулаки, вгоняя ногти в ладони в надежде, что боль поможет ему сосредоточиться.

Снова последовала пауза — Ванье пытался вспомнить, на чем его прервали.

«Почему он просто не записал то, что хотел сказать?» — с раздражением подумал Сарьон, чувствуя, что мысли епископа отдалились от него. Потом голос в голове зазвучал снова, и на этот раз в интонациях его чувствовалась тревога.

— Как я уже сказал, я беспокоился о твоем благополучии. А теперь и тот мой помощник, который должен был с тобой связаться, тоже не подает о себе вестей, уже двое суток. Я встревожился еще больше. Надеюсь, с тобой ничего не произошло, Сарьон?

Что Сарьон мог на это ответить? Что мир для него перевернулся с ног на голову? Что он ногтями цепляется за остатки рассудка? Что совсем недавно он молил

Олмина ниспослать ему смерть? Каталист растерянно молчал. Он мог бы признаться во всем, рассказать епископу, что он знает правду о Джораме, умолять Ванье о милосердии и потом передать ему мальчишку — как ему и приказывали. И сразу все закончится. Измученная душа Сарьона наконец обретет покой.

Ветер — отголоски вчерашней ночной бури — бился о стены темницы в тщетных попытках сокрушить их. В свисте ветра Сарьону послышались слова, которые он слышал семь лет назад — когда епископ Ванье приговаривал ребенка к смерти.

— Отец! — Голос Ванье, сухой и холодный, прозвучал словно из глубин памяти. — Твои мысли снова путаются!

— Я... Я заверяю вас, ваше святейшество, что со мной все в порядке, — запинаясь, пробормотал Сарьон. — Не стоит так обо мне беспокоиться.

— Я благодарю Олмина за это.

Ванье сказал это таким же тоном, каким благодарил Олмина за хлеб и яйца, поданные ему на завтрак. Он снова какое-то время молчал, и Сарьон почувствовал его внутреннее замешательство, мысленную борьбу. Следующие слова епископа прозвучали неуверенно:

— Пришло время, отец, когда тебе и твоему... м-м... защитнику — моему помощнику — следует встретиться. Я знаю, что сотворен Темный Меч...

Сарьон ахнул.

— ...и теперь мы более не можем ждать. Опасность, исходящая от этого юноши, слишком велика. — Голос Ванье стал холодным как лед. — Ты должен привести Джорама в Купель как можно скорее, и для этого тебе понадобится содействие моего помощника. Обратись к Блалоху. Сообщи ему, что я...

— К Блалоху! — Сарьон вздрогнул от неожиданности. Биение сердца отдавалось в его ушах подобно звону молота Джорама. — Он — ваш помощник? — Каталист обхватил голову дрожащими руками. — Ваше святейшество, это не может в самом деле быть Блалох!..

— Можешь мне поверить, отец...

— Он же отверженный изгнанник, отщепенец! Он...

— Отверженный? Он не более отверженный чародей, чем ты — отверженный священник, Сарьон! Да, он — один из Дуук-тсарит и занимает в их ордене высокий пост. Он специально подготовлен для этой важной миссии — точно так же, как и ты, отец!

Сарьон сжал голову руками, словно надеялся сдержать разбегающиеся в смятении мысли. Блалох, жестокий колдун-убийца, Дуук-тсарит — на самом деле член тайной организации, поддерживающей законы Тимхаллана. Блалох — агент церкви! И в то же время на его совести — хладнокровные кровавые убийства, разбойные нападения на деревни... Крестьяне, которых Блалох лишил запасов провизии, зимой погибали от голода.

— Ваше святейшество... — Сарьон облизал пересохшие, растрескавшиеся губы. — Этот колдун... злой человек! Глубоко испорченный! Он... Я сам видел, как он убил молодого дьякона из нашего ордена в...

Епископ перебил его:

— Разве ты не слышал поговорки «Ночные тени всего темней для того, кто идет по свету»? Так не будем же поспешно судить простых смертных, отец. Если ты как следует вспомнишь тот инцидент, о котором упомянул, то наверняка поймешь, что убийство произошло либо не без веских оснований, либо по несчастной случайности.

Сарьон вспомнил, как колдун вызвал ветер, как ураган подхватил беззащитного дьякона, словно сухой листок, и швырнул о стену. Он вспомнил, как безжизненное тело юноши неуклюже сползло на землю.