— Эй, Шмяк, я учусь Ци, — заорал мне в ухо Джош. — Оно нас обтекает. Его не видно, не слышно, оно не пахнет, но оно есть.
— Орать необязательно, — сказал Валтасар. Я бы сказал то же самое, если бы мог говорить.
Джошуа капнул мне в глаза.
— Извини. — И повернулся к Валтасару: — А этот яд — откуда он взялся?
— Я учился у одного мудреца в Китае — он служил главным отравителем императора. Он и научил, как и массе другого волшебства пяти стихий.
— А зачем императору отравитель?
— Такой вопрос приличествует только крестьянину.
— Такой ответ приличествует только ишаку, — ответил Джошуа.
Валтасар расхохотался.
— Да будет так, дитя звезды. Вопрос, заданный всерьез, требует и ответа всерьез. У императора много врагов, от которых следует избавляться, но гораздо важнее, что у него много врагов, желающих избавиться от него. Большую часть времени мудрец составлял противоядия.
— Значит, у этого яда есть противоядие, — сказал Джош и опять ткнул меня под ребра.
— Всему свое время. Всему свое время. А пока выпей вина, Джошуа. Мне бы хотелось обсудить с тобой три алмаза Дао. Три алмаза Дао таковы: сострадание, умеренность и смирение…
Через час вернулись четыре китаянки, подняли меня, вытерли с пола слюни, которые я напустил, и унесли меня в наши покои. Проплывая мимо огромной железной двери, я услышал с той стороны какое-то царапанье, и голос у меня в голове произнес: «Эй, пацан, открой дверь, а?» — но девчонки ничего не заметили. В покоях они обмыли меня, влили в рот какой-то густой бульон, уложили на кровать и закрыли мне глаза.
Я слышал, как в комнату вошел Джошуа и заше-буршал, готовясь ко сну.
— Валтасар говорит, что скоро велит Радости дать тебе противоядие, но сперва ты должен усвоить урок. Говорит, так у китайцев принято учить. Странный способ, правда?
Если б я мог издавать какие-то звуки, я бы согласился, что да, способ и впрямь очень странный.
Итак, теперь вы знаете:
У Валтасара были наложницы, числом восемь, и звали их:
Крохотные Ножки Божественного Танца
Радостного Оргазма,
Прекрасные Врата Небесной Влаги Номер
Шесть,
Соблазнительница Золотого Света
Урожайного Полнолуния,
Изысканное Воплощение Двух Фуских Псов,
Борющихся Под Одеялом,
Женственная Хранительница Трех Штолен
Непомерного Дружелюбия,
Шелковые Подушки Райской Мягкости Облаков,
Стручки Гороха В Утином Соусе С Хрустящей