Так совершается подвиг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Сбрехал, видно, этот сержант, — не то утверждая, не то спрашивая, пробормотал Прибыльский, просовывая голову в кабину.

Я не успел ответить. Справа от дороги ударил отрывистый, лающий выстрел пушки. За ним еще и еще. Над головами засвистели пули. Машины одна за другой останавливались, резко притормаживая. С них на ходу спрыгивали бойцы. Одни бежали вперед, другие устремились к неглубокому кювету. Я тоже выскочил из машины и, приказав своему помкомвзвода старшему сержанту Филиппову расположить взвод в кювете, побежал вперед. Сердце учащенно билось и порой замирало, когда близко с коротким обрывающимся свистом проносилась пуля. Справа от дороги глазам открылось вспаханное поле, которое подковой окаймляла стена леса. Поле было ровным и пустым, и только посредине возвышался одинокий сарай, крытый соломой. Пушка стреляла откуда-то с опушки леса. Добравшись почти до головных машин, я пристроился в кювете, который был уже густо заполнен артиллеристами, и, переведя дух, стал осматриваться.

Зенитная установка пятилась задом, съезжая с бугра. В кузове у пулемета стоял старшина батареи управления и стрелял короткими очередями по опушке. С левой стороны дороги на обратном скате высоты распоряжался майор Березовский в сдвинутой на затылок каске. Туда заворачивал трактор с орудием на прицепе. Энергично жестикулируя руками, майор показывал механику-водителю и командиру взвода, как лучше развернуться, чтобы орудие заняло выгодную позицию.

— Расчет сюда! Где наводчик? — раздавался его громкий голос.

Рядом в кювете возбужденно переговаривались бойцы.

— Я цигарку только скрутил, спичку зажег, а тут ка-ак шарахнет… У меня и спичка потухла. Смотрю, майор из легковой машины выскочил, фельдшера зовет… — скороговоркой частил один.

— Да-а! — протяжно вторил другой. — Хорошо еще не все выбрались на самый пуп. Было бы дело.

— Вот, вот. Смотрю, значит, а легковуху так снарядом и прошило. Насквозь. И дырка такая аккуратная, как просверленная… — продолжал первый. — Но, между прочим, маленькая, как наша сорокопятка, калибр, значит…

Тут только я увидел, что машина Березовского стоит, завалившись в кювет, с потрескавшимися стеклами и пробоиной в передней дверце. Рядом лежал шофер, с головой покрытый шинелью.

Со стороны леса снова раздался выстрел, и сейчас же вслед за ним яростно взвизгнул снаряд и грохнул разрыв. Послышались крики. Снаряд попал в машину с ранеными.

— Зажигательными бьет, сволочь! — услышал я рядом с собой и по голосу узнал Прибыльского.

С подожженной машины соскакивали раненые и, кто ползком, кто ковыляя, спешили добраться до кювета. Сержант с перебинтованной головой вместе с несколькими бойцами и фельдшером снимал с горящей машины «тяжелых».

Пушка стала стрелять чаще, но большинство снарядов перелетало через колонну и рвалось за дорогой. Но вот к их свисту примешался какой-то новый, необычный звук. Ленивый, воющий, он будто нехотя приближался откуда-то сверху.

— Мина! — спокойно провозгласил Прибыльский, опускаясь в кювет и закуривая папиросу. — Из пушки им укрытых машин не достать, вот они и пустили в дело миномет, чтобы прощупать лощину…

Несколько мин упало позади с большим перелетом, но одна разорвалась около трактора, подвозившего прицеп со снарядами к орудию, и вывела его из строя. Тотчас же у кювета появился запыхавшийся, раскрасневшийся Березовский и, поочередно указывая пальцем на лежащих бойцов, скомандовал:

— Десять, двенадцать, пятнадцать… Двадцать человек, встать! — Майор быстро окинул взглядом кювет, увидел меня и Прибыльского, поднявшихся ему навстречу. — Прибыльский, вы — старший! Снимать снаряды с прицепа и бегом к орудию! Живо!

Подгонять никого не приходилось. Все понимали, что нужно как можно быстрее открыть ответный огонь. Березовский тут же снова побежал к орудию, а Прибыльский повел людей к прицепу.

— Эй, смотри, смотри! — закричали из кювета старшине-зенитчику, показывая на сарай, откуда замелькали бледноватые огоньки выстрелов.

— Вижу, — бросил в ответ старшина и быстро сменил установку прицела. После трех очередей зажигательными пулями сарай загорелся, но и старшина, зажимая ладонью плечо, медленно стал оседать в кузов.

Его заменил черный, как цыган, лейтенант Чугунов, командир взвода разведки. По сараю открыли огонь из карабинов. Стрельба оттуда прекратилась. Сарай полыхал ярким пламенем, над ним высоко к небу поднимался столб черного дыма.

К орудию уже поднесли несколько снарядов. Майор Березовский по-прежнему находился там. Каска была ему велика, она опускалась на лоб и подпрыгивала на голове, когда он двигался. Наконец орудие было заряжено. Наводчик навел его, а Березовский сам схватил шнур и, отбежав назад, сдвинув на затылок каску, натянул.

— Огонь! — широко открыв рот с почерневшими, запекшимися губами, зычно крикнул он и дернул за шнур.

Выстрел больно резанул уши, оглушил. Снаряд взметнул небольшое облачко земли на пахоте и с клекотом пошел над ним рикошетом. Второй разорвался в лесу, дым медленно расходился причудливыми, подымающимися кверху рыжими клубами. Третий высоким фонтаном вскинул землю у самой опушки. Еще несколько снарядов, и орудие противника замолчало. Но миномет, скрытый глубже в лесу, методически выпускал мину за миной, и наш наводчик никак не мог его нащупать.

Одна из мин попала в прицеп с боеприпасами. Веером разлетелись в стороны щепки от разбитых ящиков, взрывной волной разметало по земле несколько снарядов. Прицеп окутался дымом, борта его начали лизать небольшие, ленивые языки пламени. От прицепа побежали испуганные красноармейцы.

— Стой! Куда?! — остановил их властный окрик. — Наза-а-ад! — Березовский бежал к прицепу, угрожающе размахивая пистолетом. — Тащи лопаты! — приказал он и, сунув пистолет в карман брюк, стал пригоршнями бросать в прицеп землю. Опасливо, по одному, по два, бойцы возвращались. Появились лопаты. С лихорадочной быстротой замелькали в воздухе комья земли. Рябоватый сержант забрался на прицеп и, вытанцовывая по шинели, накинутой на тлеющие ящики, весело, нараспев выговаривал:

— Разбежались! То-о-же вояки. Как зачали б снаряды рваться, далеко бы убежали? То-то.

Красноармейцы виновато улыбались.

Березовский тоже растянул рот в улыбку, вздохнул, шумно втягивая в себя воздух, вытер грязным платком пот, струившийся по измазанному землей лицу.

По-прежнему оглушительно бухало наше орудие. Это лейтенант, командир огневого взвода, прощупывал опушку леса, пытаясь обнаружить бивший откуда-то миномет. Пока мы возились с прицепом, к огневой позиции подтащили еще одно орудие, и теперь его спешно устанавливали неподалеку от первого.

— Ну, что стоите? — спросил Березовский окруживших его красноармейцев. — Подносите снаряды. Сейчас мы из двух орудий такую артподготовку закатим… — И, уже уходя, приказал: — Весь командный состав ко мне, в голову колонны…