Охотники за охотниками. Хроника боевых действий подводных лодок Германии во Второй мировой войне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В своём дневнике механик написал:

ГЛАВА XXXII

Борт к борту с британским эсминцем в Арктике

Подводные лодки, базировавшиеся в Норвегии, обнаружили конвой в Россию, и на сей раз подводники подумали, что смогут добиться успеха.

«U-1163» (командир Бальдун), серии VIIc, ещё не оборудованная шнорхелем, также вошла в контакт с конвоем, но в плохую погоду была отогнана самолётами эскорта. Тогда лодка пошла наперерез к русским берегам. Русский эсминец перерезал ей курс и открыл огонь из орудий. Лодка применила «Zaunkoenig», и успешно: русский эсминец затонул.

Около полуночи Бальдун, который погрузился после потопления русского корабля, всплыл для зарядки батарей. Лодка уже была готова погрузиться – вся команда стояла по местам к погружению, – как неожиданно из тумана метрах в 250 по правому борту появился британский эсминец.

Вражеский корабль сразу открыл огонь, один из снарядов взорвался в десятке метров по носу. На какой-то момент люди на лодке остолбенели, но быстрые приказы Бальдуна снова привели их в чувство.

– Полный вперёд! Торпедный аппарат номер пять, приготовить к выстрелу! Лево на борт! Номер пять товсь!

Но теперь лодка и эсминец, который намеревался протаранить лодку, находились так близко друг от друга, что выпускать торпеду было бессмысленно. Быстрым изменением курса Бальдуну удалось избежать тарана, и эсминец на двадцати пяти узлах проскочил метрах в пятидесяти за кормой. Эсминец совершил манёвр право на борт, чтобы протаранить лодку в левый борт.

Благодаря опытной команде командиру удалось хотя и не избежать тарана, то по крайней мере уменьшить его последствия. Бальдун отвернул вправо, и эсминец ударил в левый борт прочного корпуса вскользь, под острым углом. Прочный корпус не пострадал. Эсминец проскрежетал по всему борту подводной лодки. Три минуты, прошедшие с момента появления эсминца, можно было назвать мирными по сравнению с одной минутой, которая последовала.

В течение этой минуты эсминец и подводная лодка были как бы пристёгнуты друг к другу, идя полным ходом. С лодки видели британских артиллеристов, слышали команды британского командира. С кормы эсминца сыпались глубинные бомбы, которые заставляли лодку подпрыгивать в воде, пулемёты лодки поливали эсминец, но без толку.

Лодка сотрясалась и подрагивала мелкой дрожью.

От сильного удара лодка накренилась на 30 градусов вправо, потом постепенно выровнялась, и британцы с немцами оказались совсем рядом. С мостика лодки можно было чуть ли не дотянуться до леерного ограждения эсминца. Вода кипела, дизеля ревели. Крики, команды, пистолетные выстрелы, облака чёрного и белого дыма дополняли картину настоящего ада.

Счастье для лодки, что она была ниже эсминца и его орудия не могли быть применимы в такой ситуации. Но на носу эсминца был установлен 20миллиметровый пулемёт, немного приподнятый над палубой, и его ствол направился на мостик лодки.

Командир эсминца дал приказ пулемётчикам открыть огонь. Но по какой-то причине пулемёт заело. Но и зенитчики Бальдуна, которые перед этим сбили самолёт, тоже пока не могли привести в действие свою зенитку, потому что в момент появления эсминца лодка уже чуть ли не начинала погружение. Зенитка была подготовлена к погружению, боеприпасы убраны в водонепроницаемые контейнеры.

Некоторое время британские и немецкие моряки смотрели друг на друга с расстояния нескольких метров.

Наконец корабли разделились, потому что эсминец вначале застопорил машины, а потом рванул полный назад, готовясь снова протаранить лодку. И снова Бальдун успел вовремя повернуть влево, и эсминец прошёл мимо кормы лодки. Эсминец сразу пустил в ход прожектор и открыл огонь из всех огневых средств, которые можно было направить в сторону лодки. Быстро между двумя кораблями образовалась дистанция метров в 150, и Бальдун воспользовался представившимся шансом. Под углом в 45 градусов он ушёл в глубину. На лодке ещё не успели оценить, какой ущерб она понесла. Механик был вовсе не убеждён, что лодка в состоянии погружаться.

Теперь все взгляды устремились на глубиномеры. 85 метров, 90, 95, 100. А тем временем эсминец беспрерывно бросал глубинные бомбы. Чтобы увеличить вес носа, всем, кто не стоял на жизненно важных боевых постах, приказали бежать в носовой отсек. Всё шло как часы, и скоро удалось стряхнуть с себя британского преследователя.

Повреждения получила одна топливная систерна, снарядом повредило корму, пробоина оказалась и в одной из балластных систерн. Лодка имела приличный дифферент на корму и крен в 30 градусов. В таком положении она пять дней боролась со штормами. О горячей пище нечего было и мечтать, спать приходилось мало. Холод, волны, перекатывающиеся через мостик. Люди прикреплялись к поручням мостика, приходилось часто менять верхнюю вахту. Но «U-1163» добралась до дома.

1944-й был спокойным годом для подводных лодок, годом реорганизации и перевооружения, годом крушения и возрождения надежд. Шнорхель, установленный после колебаний и отсрочек, вполне оправдал себя. Команды приобретали опыт пользования этим устройством, делились опытом друг с другом, и скоро основные трудности остались позади.

Оборудованные шнорхелем лодки снова проникали в проливы Ла-Манш и Па-де-Кале, откуда их полностью вытеснили в последние два года. Проливы буквально кишели противолодочными средствами всякого рода, морскими и воздушными. И тем не менее лодки, проникшие в проливы и не замеченные с помощью «Asdic», во второй половине декабря потопили пять грузовых судов и фрегат.

На совещании в штаб-квартире фюрера в декабре 1944 года лейтенант Ноллеманн, докладывая о своём боевом опыте, заявил, что внедрение шнорхеля полностью восстановило эффективность подводных лодок.

Но число лодок, оборудованных шнорхелем, было слишком мало. Скорость хода лодок, которые ходили теперь только в подводном положении, была ограничена с введением шнорхеля максимум шестью узлами. На большем ходу вибрация достигала такой силы, что возникала опасность поломки мачты шнорхеля.

В декабре число потопленных судов снова возросло.

Числа и статистика весьма часто способны, конечно, запутать, но факт остаётся фактом, что в конце 1944 года потери среди германских подводных лодок снизились. Шнорхель, похоже, оправдывал себя.

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

1945 год

ГЛАВА XXXIII

Новое оборудование для старых и новых лодок

Место действия – «U-1206», оборудованная шнорхелем, находящаяся в Северном море в районе Питерхеда.

Командир Шлитт зашёл в крошечное помещение, чуть побольше шкафа. Загорелся красный свет – «занято».

Обычно гальюном можно было пользоваться, только когда лодка находилась на небольшой глубине. Но на «U-1206» была установлена новая техника, которая функционировала на любой глубине. Но она была сложнее и непроста в обращении. Под обычной чашей находился бак, рассчитанный на забортное давление, он открывался и закрывался с помощью задвижки и, что самое важное, опорожнялся за борт сжатым воздухом посредством специальной запирающей системы, способной преодолеть давление забортной воды даже на большой глубине.

Через какое-то время Шлитту пришлось приводить технику в действие. Он прочёл инструкцию к аппаратуре, которую дали на каждую лодку, – нормальную корабельную инструкцию соответствующего объёма. Но Шлитт не стал рисковать и перечитал инструкцию вторично.