Охотники за охотниками. Хроника боевых действий подводных лодок Германии во Второй мировой войне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Еда имеет важное значение для подводника. Подводник безропотно выдержит любые трудности, опасности и лишения, но не плохую кормёжку. Ему всё равно, съест ли он свою еду стоя на ногах или присев на корточки, но если кок испортит мясо или что-то недодумает старшина, заведующий провизией, то они услышат все что им положено.

На больших лодках нужно разместить пятнадцать-шестнадцать тонн провизии, и многое зависит от того, как это разумно разместить в ограниченном пространстве – так, чтобы всё было под рукой, чтобы можно было добраться до любого потребовавшегося продукта. Банки и упаковки запихивают на рундуки и за них, между конструкциями центрального поста, в носу – короче, везде, где есть свободное пространство.

Известны случаи, когда на некоторых лодках команда беспрерывно ела в качестве главного блюда сосиски только из-за того, что при загрузке неграмотно разместили провизию. И плохо будет ответственному за провизию, если он не запасся важными приправами к еде, которые делают её аппетитной, потому что при плохом воздухе и недостатке движения люди быстро утрачивают аппетит.

Камбуз заслуживает особого разговора. Он занимает площадь не более четырёх квадратных метров, а на малых подводных лодках – и того меньше. На ограниченном пространстве, занятом электроплитой, столовой посудой и кухонной утварью, кок должен приготовить еду для сорока, пятидесяти, а на больших лодках – для шестидесяти человек. Что выделывают коки – граничит с чудом. Мало того, что они готовят для команды вкусную и питательную еду, они ещё часто умудряются делать два, три, а в праздники и четыре блюда.

И ещё об одном.

Пользование гальюном (туалетом) на лодке регулируется красным светом светофора. На больших лодках их было два, но тогда как один использовался по прямому назначению, другой был завален ящиками и банками с провизией.

В течение долгих недель пребывания в море мысли невольно концентрируются на этом заведении.

Вот что говорит по этому поводу Дитер Хайлльманн, бывший старпом, а теперь адвокат: 

О Вольфганге Люте, который был одним из двух моряков, награждённых Рыцарским крестом с бриллиантами, говорят, что он использовал это крохотное заведение на корабле для того, чтобы вывешивать там бюллетень корабельных новостей, а иногда и приказы по кораблю, а также объявления о мелких наказаниях, которые ему приходилось иногда давать. Лют, который обладал острым чувством юмора и глубоким пониманием психологии, говорил: «Там мои люди в благословенной тишине имеют время и возможность поразмышлять над приказами и указаниями, которые даёт командир».

Оккупация Норвегии и поражение Франции, Нидерландов и Бельгии, последовавшие вскоре за Норвегией, возымели тяжёлые последствия для противолодочной обороны Британии. Во время попыток перебросить свои войска из-под Дюнкерка обратно в Англию британцы потеряли много малых противолодочных кораблей. В результате в течение довольно длительного времени конвоям стало придаваться гораздо более слабое охранение.

А для командования германского подводного флота ворота в Атлантику были настежь распахнуты что на севере, что на юге. Германия распоряжалась всем европейским побережьем от мыса Нордкап до Бискайского залива. Норвежские порты Берген, Тронхейм, Кристиансунн и Нарвик, французские Брест, Лорьян, Бордо, Ла-Рошель и Сен-Назер стали базами германских подводных лодок. Шли тайные переговоры с итальянцами с целью получения баз в Средиземном море. Япония тоже согласилась, хотя и с колебаниями и скорее неохотно, разрешить германским подлодкам заходить в японские порты, пользоваться доками и получать снаряжение.

Британские власти признавали, что ситуация была «очень тяжёлой», а иностранные наблюдатели предрекали падение Британии, последнего бастиона в Западной и Южной Европе, противостоящего странам Оси.

Дениц располагал теперь широким выбором баз, облегчавшим набеги в Атлантику. Но у него не было достаточно лодок, чтобы использовать все эти базы с такой нагрузкой, которой он хотел бы.

Теперь лодки преподнесли противнику сюрприз в виде новой тактики. Ограниченное количество кораблей добилось таких успехов, что казалось, будто целые стаи этих серых волков рыщут на самых жизненно важных участках морских коммуникаций. Днём на конвои больше не нападали. Лодки держались за конвоем до темноты, скликали по радио другие лодки и затем уже наносили среди ночи согласованный удар.

«Их смелость изумляет, их навигационное мастерство и морское искусство восхищают», – искренне признавали британские власти, испытывавшие обеспокоенность на грани отчаяния по поводу очевидной безнадёжности ситуации, в которой они очутились. 17 августа 1940 года вся акватория вокруг Британских островов до 60° северной широты и 20° западной долготы были объявлены зоной неограниченной подводной войны.

Из 59 судов, потопленных в сентябре 1940 года, не менее 40 были транспортами, шедшими в составе конвоев.

Когда после долгих ожиданий вошли в строй лодки новых конструкций, положение Британии стало опасным до крайности. Месяц за месяцем список потопленных судов рос. В октябре было потоплено 63 судна общим водоизмещением 352 000 тонн. Во время полнолуния два конвоя, выражаясь словами британской прессы, были «буквально разорваны на куски». «Волчьи стаи», как жители островов начали называть флотилии подводных лодок, с жадностью врывались в беспорядочные стада судов всех классов и размеров, понуро ковылявших через океан. Некоторые командиры лодок отошли от тактики, к которой они были приучены ранее – занимать позицию с внешней стороны охранения и стрелять по конвою веером торпед. Лейтенант Кречмер – «Отто Молчаливый» – выработал свои собственные методы. Ночью он всплывал, под покровом темноты прорывался сквозь кольцо кораблей охранения и прокрадывался, словно волк в стаю, в середину конвоя. «Одно судно – одна торпеда» – таков был девиз, который принёс ему быстрый и впечатляющий успех. Пока другие командиры разбирались, где эсминцы и где грузовые суда, он располагался между колоннами транспортов и уничтожал их один за другим. Только позже, когда уже было слишком поздно, эта тактика была принята и другими командирами и ей стали учить на тактических учениях.

В ответ на безотлагательные и отчаянные просьбы из Британии Соединённые Штаты обменяли пятьдесят своих эсминцев на право пользования базами в Вест-Индии.

Назрело, казалось, время удушить Британские острова, перерезав все основные каналы поставок продовольствия и военных материалов. Угроза, с которой Британия выступила против Германии при объявлении войны, подействовала как бумеранг. Не Германии, а Британии приходилось затягивать пояс.

С начала войны было потоплено 1026 британских, союзных и нейтральных судов общим водоизмещением приблизительно четыре миллиона тонн. 568 из них носили британский флаг. Не все из них, конечно, стали жертвами подводных лодок. Германские надводные корабли и авиация внесли свой, хотя и гораздо более скромный, но значительный вклад.

Ещё в одном вопросе Британии пришлось стать должником. С разрешения датского правительства в эмиграции британцы организовали военно-воздушные базы в Исландии.[10] Благодаря этому был ликвидирован провал в обеспечении безопасности северной части Атлантики, морских коммуникаций на подходе к Британии, или, как их называли, «западных подходов». Попытки убедить Эйре предоставить такие базы не удались. Ирландская Республика настаивала на сохранении своего нейтралитета, и это стремление нашло уважение со стороны британского «военного кабинета».

Появление германских подводных лодок у берегов Западной Африки явилось неожиданностью. Сразу были потоплены четыре транспорта. В ноябре оказался атакованным ещё один конвой, и шесть его судов затонуло. В этом же ноябре тяжёлый крейсер «Шеер» напал на конвой из тридцати семи транспортов, следовавших из американского Галифакса в сопровождении британского вспомогательного крейсера «Джервис Бэй». О приближении этого конвоя сообщила германская служба радиоперехвата. Во время нападения конвой ещё находился вне зоны действия своей береговой авиации, а корабли эскорта шли к конвою с юга и ещё не успели подойти.

Так что 1940 год закончился для Германии на высокой ноте.

Правда, 1940 год не оправдал всех ожиданий командования германским подводным флотом. Недостаточное количество лодок был одной из причин этого. Но для британцев это был год глубоких и горьких разочарований.

Но это вовсе не повергло их в уныние. Напротив, неудачи пробудили в них неукротимую смелость, которая является фундаментом англо-саксонского характера.

А в Германии вышло специальное коммюнике верховного командования, которое порождало у людей чувство уверенности и ощущение того, что теперь с ними уже ничего не случится.

Хотя официальные данные о потерях среди подводников не публиковались, но некоторые подробности выплыли наружу, и они показывали, что при достигнутых успехах и возросшем числе подводных лодок, занятых в боевых действиях, потери оказались удовлетворительно малы. Список потерь за весь 1940 год составил девятнадцать подводных лодок.

С начала войны было потеряно двадцать семь лодок – в среднем полторы лодки в месяц – сравнительно небольшое количество.

ГЛАВА VII

Мютцельбург и Лют, подводные асы

Германская служба радиоперехвата сообщила, что идёт гружёный конвой из Канады в Британию и подводные лодки собираются к нему.

[10] С 1918 по 1944 год Исландия состояла с Данией в унии.