— Ничего! — Заверила я его, — вы лучше Алексу позвоните, он вам всё расскажет, а то я со страху соображаю плохо. — Пожаловалась я.
— Я хочу знать всё что знаешь ты! Усекла?
— Усекла! — Закивала я и затараторила одновременно, вываливая по порядку весь сегодняшний день.
— Значит, ключ нашли, а от чего не знаете.
— Нет, — закивала я. — В смысле нашли — да, а от чего не знаю — нет.
— Хорошо, ищи дальше. Отвезите её обратно.
Мне опять натянули мешок на голову, закинули на плечо и понесли.
Выкинули меня из машины на том же месте, где поймали. Я сидела на земле, пытаясь стянуть с головы черный пакет завязанными скотчем руками. Ко мне подбежал Алекс, сдёрнул мешок с головы, я протянула ему замотанные руки.
— Ты где была? — Я уставилась на него в упор, интересно, а поумнее он ничего спросить не мог?
— На веселых стартах, — порадовала я его, — в мешке прыгала, не видно, что ли? — Алекс судорожно разматывал скотч на моих запястьях. — Кто это был?
— Не знаю, не представились. — Я оглянулась, недалеко от меня в пыли валялась моя любимая сумка. Я встала, отряхнулась. — Сволочь какая-то!
— А поконкретней нельзя? — Попросил Алекс.
— Ну что не ясно? — Рассердилась я, поняв, что грязь с попы так просто не отряхнуть. — Ребятки в ГИСТАПО играли, светили мне в темноте лампой в глаза, и не представились даже. Ты меня прости, конечно, но я от страха всё рассказала, ну что ключ нашли неизвестно от чего. Что отец умер от удара головой о тумбочку.
— Ничего страшного, махнул рукой Алекс, главное, что сама цела. Не били?
— Нет! На машине покатались, в мешках побегали, в глаза посветили, эти кавказцы такие затейники…
— Кавказцы?
— Да, двое с клювами, третьего не видела, но голос с акцентом.
— Поздравляю вас Полина Александровна, вы познакомились лично, с одним из потерпевших. Аслан Мирзоев, по кличке Аслан.
— В гробу я их всех видала! — В сердцах пожаловалась я! — Нужны они мне, знакомиться ещё с каждым лично, их вон сколько, а я одна!
— Ну что поели, размялись, пора и за работу? Поехали искать Светлану Бабенко? — Вернул меня к суровой действительности Алекс.
— А ты что, её не нашёл ещё?
— Её мать сказала, что Светлана на работе, работает в центральном торговом центре в ювелирном отделе. Описание туманное, нужна фотография, вот я за тобой и приехал, а тебя уже умыкнули. Не женщина, а переносное знамя, на минуту нельзя оставить…
— Вот и не оставляй! — Буркнула я.
— Хочешь, я тебя прятать буду, когда уходить? В багажник?
— Нет, не хочу. — Вздохнула я, — лучше уж мешок, и то веселее. Поехали быстрее, а то мне в туалет надо.
— И всё? — Спросил Алекс, отъезжая от кафе.
— Нет, не всё! Можно ещё вздремнуть!
— Ну ты и соня! — Восхитился Алекс. — Железные нервы. Её как зайца по всему городу гоняют, ищи баксы, а она знай себе дрыхнет!
— У меня совесть чистая, вот и нервы крепкие, а ты не завидуй, а на дорогу смотри. Я пока Молчанову позвоню.
Алексей вышел на парковку сам, я помахала ему из машины, он подошёл, протянул мне фото Светланы Бабенко, распечатанное на цветном принтере. И конверт.