— На самом деле видел, — сказала мама, — но это было так давно, что ты не помнишь. Они пропали много лет назад. Странно, что они валялись на дне старой коробки все это время.
— Но что это такое?
— Украшения для рождественской елки, — ответила Мэри, глядя через плечо матери.
— Фермер Доусон сделал их для нас, — сказала миссис Стэнтон. — Они великолепно вырезаны, как ты видишь, и им столько же лет, сколько нашей семье. На наше первое Рождество в этом доме Фрэнк вырезал букву Р для Роджера, — она выловила ее из коробочки, — и букву Э для меня.
Мистер Стэнтон вытянул две буквы, которые свисали с одного шнура.
— Робин и Пол. Эта парочка букв появилась немного позже, чем обычно. Мы не ожидали, что родятся близнецы. На самом деле Фрэнк был просто молодцом. Интересно, сейчас у него хватает времени на что-либо подобное?
Миссис Стэнтон все еще вертела причудливые деревянные завитки в своих тонких сильных пальцах:
— «М» — для Макса и «М» — для Мэри… Фрэнк очень разозлился, что мы выбрали имена, начинавшиеся на одну букву, я это помню. Ах, Роджер, — ее голос вдруг стал слабым, — посмотри на эту.
Уилл стоял позади отца и смотрел. Эта была буква «Т», вырезанная как тонкое маленькое деревце, широко раскинувшее ветви.
— Буква «Т»? Но ни у кого из нас имя не начинается на эту букву.
— Это Том, — сказала мама. — Я не знаю, по правде говоря, почему я никогда не говорила с вами, младшими, о Томе. Это было так давно. Том был вашим братом, он прожил всего три дня и умер из-за болезни легких, которой страдают некоторые новорожденные. Фрэнк уже вырезал букву для него, потому что это был наш первый ребенок, и мы выбрали два имени: Том, если родится мальчик, и Тэсс — если девочка.
Ее голос становился все тише, и Уилл уже пожалел о том, что нашел эти буквы. Он неловко погладил мать по плечу и произнес:
— Ничего, мам.
— Ах, милый мой, — прошептала миссис Стэнтон, — я не грущу. Это было очень-очень давно. Том был бы сейчас взрослым, старше Стефана. Да к тому же, — она оглядела комнату, наполненную людьми и подарками, — выводок из девяти человек вполне достаточен для любой женщины.
— Повтори это еще раз, — попросил мистер Стэнтон.
— Все идет от наших предков-фермеров, мама, — сказал Пол. — Они верили в то, что семья должна быть большой. Много бесплатной рабочей силы.
— Кстати, о рабочей силе, — спохватился отец, — куда подевались Джеймс и Макс?
— Пошли за другими коробками.
— Боже мой, какие инициативные!
— Это все дух Рожества, — подытожил Робин, стоя на стремянке. — Добрые христиане ликуют. Почему никто не включит музыку?
Барбара, сидя на полу рядом с креслом матери, взяла маленькую букву Т из ее рук и положила на ковер, где были размещены все инициалы по порядку.
— Том, Стив, Макс, Гвен, Робин и Пол, я, Мэри, Джеймс, — перечислила она. — А где же буква «У» для Уилла?
— Символ Уилла был со всеми остальными. В коробке.
— Вообще-то это была не буква У, если ты помнишь, — начал мистер Стэнтон, — это был какой-то символ. Я осмелюсь сказать, что к тому времени Фрэнк уже устал вырезать инициалы, — он улыбнулся Уиллу.
— Но его здесь нет, — заявила Барбара. Она перевернула коробку вверх дном и потрясла ее. Потом серьезно посмотрела на младшего брата. — Тебя нет.
Уилл чувствовал нарастающее необъяснимое беспокойство.
— Ты говоришь, это был какой-то символ, а не буква «У»? — переспросил он как бы невзначай. — А какой символ, папа?
— Мандала, насколько я помню, — ответил мистер Стэнтон.
— Что?
Отец усмехнулся.