Восход тьмы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И вот они в безопасности. Голубое небо простиралось перед ними и под ними, солнце сияло, согревая Уилла. Он увидел, что долина Темзы осталась далеко позади. Сейчас они находились в районе Чилтернских холмов, поросших огромными деревьями: буками, дубами и ясенями. По заснеженным холмам нитями пробегали ряды изгородей — метки древних полей, очень древних, насколько было известно Уиллу. Старше этих меток были лишь сами холмы и деревья. А дальше на одном из белых холмов мальчик заметил другой знак. Его форма была частично скрыта под снегом, частично размыта при известковании почвы; ее было бы трудно различить, если бы она не казалась такой знакомой. Но Уилл узнал ее. Это был круг, разделенный на четыре части крестом.

Уилл разжал руки и отпустил густую гриву, а белая кобылица издала долгое пронзительное ржание, которое едва не оглушило мальчика, и стремительно полетела вниз. Уилл падал все ниже и ниже, но шока от падения не испытывал. В конце концов он понял, что лежит на холодном снегу лицом вниз, поднялся на ноги и стряхнул с себя снег. Белая кобылица исчезла. Небо было безоблачным, солнечный свет согревал затылок и шею мальчика. Уилл стоял на заснеженном холме, поросшем высокими деревьями, и две черные птицы неслись по ветру над их верхушками.

Прямо перед ним на белом склоне одиноко возвышалась деревянная резная двустворчатая дверь, ведущая в никуда.

ИСКАТЕЛЬ ЗНАКОВ

Уилл засунул замерзшие руки в карманы и стоял, разглядывая резные панели закрытой двери. Он не мог даже предположить, что это за дверь. Ему ни о чем не говорили странные зигзагообразные линии, которые украшали каждую панель, повторяясь снова и снова в различных вариациях. Уилл разглядывал шероховатую древесину, сплошь покрытую трещинами, и не мог определить, что это за дерево. Поверхность панелей была так тщательно отполирована временем, что, если бы в нескольких местах не зияли дырки от выпавших сучков, вряд ли можно было бы вообще утверждать, что это дерево. Если бы не это, Уилл решил бы, что дверь сделана из камня.

Затем мальчик заметил, что дверь окутана дымкой, похожей на колебание воздуха над пламенем костра или над мощеной дорогой, раскаленной жарким солнцем. Но в данном случае такое объяснение не подходило, потому что разницы температур не наблюдалось.

На двери не было ручек. Уилл толкнул створки. Дверь подалась, и в этот момент мальчику показалось, что он опять слышит волшебный перезвон колокольчиков. Но музыка снова исчезла то ли в лабиринтах его памяти, то ли в тумане воображения. Он прошел через дверной проем, и тут же совершенно беззвучно огромные створки захлопнулись за его спиной. Внезапно перед глазами Уилла предстал совершенно другой мир, и он мгновенно забыл обо всем, что окружало его лишь секунду назад.

Сейчас он стоял в огромном зале. Солнечный свет не проникал сюда. На высоких каменных стенах не было окон, виднелись только несколько узких проемов. А между ними висели гобелены, таинственные и красивые, и казалось, что они светились в полумраке. Уилл был изумлен великолепными изображениями животных, цветов и птиц, вытканными и вышитыми на полотнах. Он любовался яркими красками, которые переливались, как будто солнечный свет играл на поверхности разноцветных стеклышек.

Изображения медленно наплывали на него. Он видел серебряного единорога, поляну красных роз, сияющее золотое солнце. Высоко над его головой арочные балки крыши образовывали затемненный купол; тень также укрывала от взгляда дальний угол зала. Словно во сне, он сделал несколько шагов вперед, бесшумно ступая по ковру из овечьей шерсти, которым был покрыт пол. Он напряженно вглядывался в полумрак. Внезапно мелькнула яркая вспышка, и в темноте разгорелся огонь, осветив большой камин у самой дальней стены зала. Теперь мальчик видел двери, кресла с высокими спинками и массивный резной стол. С одной стороны от камина, опираясь на трость, стояла пожилая женщина, с другой стороны — высокий мужчина. Казалось, они ожидали появления Уилла.

— Добро пожаловать, Уилл, — спокойно и ласково сказала пожилая женщина, и звук ее голоса эхом отозвался под сводами зала. Она протянула ему навстречу свою худую руку, и отблеск огня упал на большой перстень на ее пальце. Женщина была невысокой, хрупкой, как птичка, и, хотя она держалась прямо и казалась очень проворной, глядя на нее, Уилл подумал, что она очень стара.

Мальчик не мог разглядеть ее лица. Он не двинулся с места, а его рука автоматически потянулась к ремню. Мужчина, стоящий по другую сторону камина, нагнулся и зажег свечу от огня в камине, затем подошел к столу и принялся зажигать высокие свечи, стоявшие в круглой рамке, напоминавшей обод плоского колеса. Отблеск желтого чадящего огня играл на его лице. Уилл увидел крупную голову, скуластое лицо, глубоко посаженные глаза, нос с горбинкой, напоминающий клюв сокола, прядь жестких седых волос, падающую на высокий лоб, густые брови и острый подбородок. Разглядывая резкие черты этого таинственного лица, Уилл неожиданно для себя самого начал осознавать, что мир, который был для него таким знакомым и привычным всю его жизнь, вдруг закружился вихрем и разбился вдребезги, а потом возродился вновь, но изменился до неузнаваемости.

Выпрямившись, высокий человек посмотрел на Уилла сквозь пламя горящих свечей на столе. Он улыбнулся: уголки его тонких губ слегка поднялись вверх, и морщинки веером разбежались от внешних уголков глубоко посаженных глаз. Он быстро задул огарок свечи.

— Подойди, Уилл Стэнтон, — сказал он, и мальчику показалось, что где-то в глубинах его памяти хранился звук этого низкого голоса. — Иди и учись. И захвати с собой вон ту свечу.

Уилл удивленно посмотрел вокруг. Справа от себя он обнаружил черную кованую этажерку высотой с него самого с тремя остроконечными верхушками. Две верхушки были увенчаны пятиконечной металлической звездой, а третья — подсвечником с белой толстой свечой. Он взял свечу, которая оказалась такой тяжелой, что ему пришлось держать ее двумя руками, и прошел через весь зал к ожидавшим его мужчине и женщине. Щурясь от яркого света, он приблизился к столу и увидел, что круг из свечей не был полным: один подсвечник в рамке пустовал. Уилл перегнулся через край стола, сжимая в руках твердую гладкую свечу, зажег ее от другой свечи и аккуратно поместил в свободное углубление. Свеча была точно такой же, как остальные. Мальчик обратил внимание на то, что свечи в рамке очень необычные — неправильной формы, то сужающиеся, то расширяющиеся, но холодные и твердые, как белый мрамор. Пламя их было длинным и ярким, без дыма; от них исходил легкий смолистый запах, как от сосны.

Выпрямившись, Уилл заметил две скрещенные металлические спицы внутри круглого подсвечника. Форма Знака была и здесь: круг, разделенный крестом на четыре части. Мальчик обратил внимание на то, что внутри рамки были и другие углубления для свечей: по два вдоль каждой стороны креста и одно в центральной точке, где пересекались спицы. Но эти углубления оставались пустыми.

Пожилая леди села в одно из кресел у камина.

— Очень хорошо, — ласково сказала она своим мелодичным голосом, — спасибо, Уилл.

Женщина улыбнулась, и морщинки паутиной покрыли ее лицо. Уилл улыбнулся ей в ответ. Он не понимал, почему вдруг почувствовал себя таким счастливым. Вполне естественно, у него появились вопросы. Он уселся на скамеечку между двумя креслами напротив камина, которая, очевидно, была приготовлена для него.

— Дверь, — сказал он, — та огромная дверь, через которую я пришел. Как это она стоит на холме сама по себе?

— Дверь? — переспросила женщина.

Ее вопросительная интонация заставила Уилла оглянуться назад, на дальнюю стену, со стороны которой он проник в зал. Именно в этой стене находилась высокая двустворчатая дверь, а рядом стояла этажерка, с которой он взял свечу. Он продолжал смотреть на стену: что-то его насторожило. Огромная деревянная дверь исчезла. Сплошная серая стена, выложенная из массивных ровных камней, выглядела абсолютно безлико, и только круглый позолоченный щит одиноко висел на стене, и тусклые блики света играли на нем.

Высокий мужчина добродушно засмеялся.

— Ничто не является тем, чем оно кажется, мальчик мой. Ничего не ожидай и ничего не бойся — ни здесь, ни где-либо в другом месте. Это твой первый урок. А вот твое первое задание. Итак, перед нами Уилл Стэнтон. Расскажи нам, что с тобой приключилось за последние два дня?

Уилл смотрел на огонь в камине, и ему было очень уютно и тепло в этом холодном зале. Ему пришлось изрядно напрячься, чтобы вернуться к воспоминаниям о том, как днем раньше они с Джеймсом вышли из дома и отравились на ферму Доусонов за сеном. Прокручивая в мыслях события последних дней, мальчик был потрясен всем, что произошло с ним. Через некоторое время он ответил:

— Знак. Круг с перекрестьем внутри. Вчера мистер Доусон дал мне его. Затем Странник преследовал меня или пытался это делать, а еще позже кто-то хотел похитить меня. — Он сглотнул, похолодев от воспоминаний о своем ночном страхе. — Они хотят заполучить Знак. Все из-за этого. Это причина всех сегодняшних событий, хотя все гораздо сложнее, потому что сейчас — это не сейчас, а какое-то другое время. И я не знаю какое. Все происходит как будто во сне, но в то же время наяву. И они все еще здесь. Я не знаю, кто они, за исключением Всадника и Странника. Я и вас не знаю, понимаю только то, что вы против них. И мистер Доусон, и Джон Уэйленд Смит тоже.

Он замолчал.

— Продолжай, — послышался низкий голос.

— Уэйленд? — растерянно произнес Уилл. — Какое странное имя. Ведь это не имя Джона. Почему же я так сказал?

— Сознание содержит в себе не только то, что нам известно, оно гораздо больше, — сказал высокий человек. — Особенно твое. Что ты еще можешь сказать?

— Я не знаю, — ответил Уилл.