— Смотри, но рукам воли не давай, — объявила Анни. — Я же сказала, ты должен просто лежать. Сегодня вечером все только для тебя.
Она дарила ему любовь, как делала все в жизни, щедро, без оглядки, ставя его наслаждение превыше собственного.
В последовавшие за этим вечером недели Пол понял, что Анни готова отдавать все до капельки, но не может принять любовь. Когда они занимались любовью и он пытался прикоснуться к ней, Анни отталкивала его руку.
— Тебе незачем это делать, — говорила она, и очень скоро Пол понял, что это не кокетство. Анни становилась сама не своя, ей было не по себе, она раздражалась, когда он пытался что-то дать ей в постели или вне ее.
Однажды Пол купил Анни цветы, просто так, без всякого повода, и ее улыбка сразу увяла, как только он вручил ей букет.
— Для меня они слишком красивы. — Она покраснела до корней волос. В тот же день Анни отдала цветы другой девушке, которой они очень понравились.
На день рождения Пол купил ей шарф, и на следующий же день Анни вернула шарф в магазин, а полученные двенадцать долларов сунула ему в карман брюк.
— Не трать на меня деньги, — попросила она и не стала слушать его возражений. А сама продолжала засыпать Пола подарками, и от этого он чувствовал себя все более неловко.
Как-то раз Пол и Анни обедали в кафетерии, когда к ним подсела хорошенькая брюнетка, с которой Анни познакомилась еще в начальной школе.
— Привет, рада тебя видеть, — сказала она Анни, потом повернулась к Полу. — Анни была у нас самой популярной. Обычно таких хочется ненавидеть, настолько они успешны во всем и с ними невозможно соперничать. Но Анни была такой хорошей, что ее невозможно было не полюбить.
В ту ночь Анни лежала рядом с Полом и рассказывала ему, как она заработала свою популярность.
— На карманные расходы мне давали крупную сумму. — Ее голос звучал еле слышно. — Я покупала другим детям игрушки и сладости. Это сработало.
Пол прижал ее к себе.
— А ты не думаешь, что тебя любили бы и без этого?
— Нет. Думаю, я была некрасивой маленькой девочкой с кошмарными рыжими волосами. Моя мать выходила из себя каждое утро, причесывая их. Она все приговаривала, что они просто ужасны и что я ужасно выгляжу. Дело кончилось тем, что каждое утро по дороге в школу я плакала.
— Ты такая красивая! Как она могла так поступить с тобой? — возмутился Пол.
Ну, видишь ли, — Анни пожала плечами, — я не думаю, что мать хотела меня обидеть. Она просто… Полагаю, у нее были свои проблемы. Как бы там ни было, когда я перешла в старшие классы, я запаниковала. Там было столько незнакомых ребят, с которыми я должна была познакомиться. Я понимала, что игрушки и сладости мне уже не помогут. Я должна была найти способ заставить этих ребят полюбить меня.
— И тебе это удалось?
— Да.
— И как же?
— Я придумала, что надо делать, чтобы меня полюбили хотя бы мальчики.
— О Анни!
— Теперь ты меня возненавидишь.
— Я люблю тебя! — Пол погладил ее по щеке. — Теперь у тебя есть я, и тебе незачем этим больше заниматься.
— Я знаю. — Анни теснее прижалась к нему. — Обними меня покрепче, Пол.
Что он и сделал, благодарный ей за ее откровенность. Пол решил, что это подходящий момент, чтобы задать ей вопрос, мучивший его с того вечера, когда они впервые занимались любовью.
— Меня кое-что беспокоит, Анни, — начал он. — Когда мы занимаемся любовью, ты когда-нибудь кончаешь?
Она лишь пожала плечами.
— Нет, но это и неважно. Я счастлива тем, что я рядом с тобой, мне нравится видеть, что ты доволен.
Пол был разочарован, пришел в замешательство.