Темная сторона света: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Алек придвинулся ближе к столу.

— Я пригласил вас не для того, чтобы вас расстраивать. — Их колени соприкоснулись под столом, и Оливия немного отодвинулась и принялась теребить салфетку.

— Я ничего не понимаю… Мой муж был таким замечательным до встречи с ней. У нас был благополучный брак, и вдруг все рухнуло. Я все жду, что вернется прежний Пол, но у меня такое ощущение, что он умер.

Алек покачал головой.

— Возможно, он просто запутался. Оставайтесь в его жизни, Оливия, напоминайте ему, как вам было хорошо раньше.

Оливия перестала плакать, но от слез у нее покраснел нос, и она выглядела такой беспомощной. В ней сейчас не осталось ничего от той женщины, которую Алек встретил неделей раньше.

— Я старалась стать похожей на нее, — продолжала Оливия, — на ту, другую, женщину.

Алек снова нахмурился.

— Но ведь ваш муж влюбился в Оливию, верно? Именно с Оливией у него был счастливый брак, а не с этой… — он хотел сказать «сукой», но ему показалось неудобным употреблять это слово при Оливии, — не с этой женщиной, которая довела его до безумия.

Она скрестила на груди руки, кулаки были крепко сжаты.

— Я не могла родить ребенка, — призналась Оливия. — Думаю, поэтому Пол стал иначе относиться ко мне. Я сделала операцию, но оказалось уже слишком поздно.

— А если вы скажете ему о ребенке? — предложил Алек.

— Тогда я никогда не буду уверена, ради кого он вернулся, ради меня или ради ребенка.

Неожиданно из ее сумочки раздался писк пейджера Оливия достала его, прочитала сообщение.

— Здесь есть телефон? — спросила она.

— Я уверен, вам разрешат воспользоваться телефоном в зале.

Оливия встала, выпрямилась, легко тряхнула темными блестящими волосами и пошла внутрь ресторана. Она снова стала уверенным в себе врачом.

Когда Оливия вернулась, Алек раскрошил свой нетронутый кусок хлеба и кормил уток.

— Вам надо ехать? — поинтересовался он. Она покачала головой.

— Нет, там справятся без меня.

Оливия посмотрела на свою изорванную салфетку, насупилась, словно не понимая, как эта бумага попала на столик. Она собрала клочки и положила на тарелку, виновато улыбнувшись Алеку.

— Извините, Алек. В следующий раз, когда я снопа начну плакаться на мою жизнь, просто засуньте мне в рот пробку, договорились?

— Я готов вас выслушать. — Он бросил последний кусок хлеба в воду. Утки начали шумно драться за него. — Ваша жизнь совсем не похожа на мою, но итог одинаковый. Мы оба одиноки. И я знаю, каково это.

Оливия крутила соломинку в чае со льдом, потому что с салфеткой уже было покончено.

— Когда я начинаю тосковать о Поле, я сразу вспоминаю, каково вам без Анни. И я… — Она замялась, покачала головой. — Мне очень не хватает прикосновений. Я говорю не о сексе, а о том, что нет человека, которого можно взять за руку, нет близости с другим человеком. Пока это имеешь, не понимаешь, насколько это важно.

Алек кивнул, Оливия откинулась на спинку стула и снова сложила руки на коленях.

— Я начала ходить на массаж, чтобы чувствовать, что хоть чьи-то руки касаются меня. — Она смутилась от собственного признания.

Алек улыбнулся ее откровенности, понимая, что она имеет в виду. Интересно, Оливию массирует женщина или мужчина и имеет ли пол массажиста значение? Может, ему самому начать ходить на массаж? Как он будет себя чувствовать, если станет платить постороннему человеку за то, что тот облегчит боль тела, преданного забвению?

Они остановились у светофора на обратном пути в мастерскую, и Алек указал на улицу, ведущую к пляжу.

— Видите вон тот коттедж, третий справа? Там мы с Анни жили, когда только приехали на Косу. — Маленький коттедж стоял на сваях над песком. — Как вы уже поняли, у нас почти не было денег.