На дальних мирах (сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Владимир Гопман

Роберт Силверберг — писатель и человек

Творческая судьба Роберта Силверберга поистине фантастична. Литературный дебют писателя состоялся, когда ему едва исполнилось восемнадцать лет — он буквально ворвался в литературу, заставив говорить о себе с первых же опубликованных рассказов. А уже через два года Силверберг был удостоен одной из самых почетных наград в англоязычной научной фантастике — премии «Хьюго» как «наиболее перспективный молодой автор».

Объем сделанного Робертом Силвербергом почти за тридцать лет писательского труда поразителен. На его счету около ста научно-фантастических книг — романов, повестей, сборников рассказов (не считая двух с лишним сотен рассказов, напечатанных только в периодических изданиях). Плюс свыше семидесяти научно-популярных, научно-художественных и биографических книг. Плюс более сорока составленных им антологий НФ. Вряд ли кто из современных американских фантастов (кроме, конечно, Айзека Азимова, число книг которого приближается к тремстам пятидесяти) может похвастать таким «послужным списком». Силверберг неоднократно становился лауреатом премий «Хьюго» и «Небьюла», а также других престижных национальных и международных литературных наград в области фантастики — в частности, премий «Юпитер» и «Аполлон». В 1967–1968 годах он избирался президентом Американской ассоциации писателей-фантастов, а в 1974 году «Мэгэзин оф фэнтези энд сайнс фикшн», один из ведущих журналов фантастики, посвятил ему специальный выпуск.

На русском языке произведения Силверберга отдельным изданием выходят впервые. Но советские любители фантастики не могли не заметить рассказы писателя, появлявшиеся в периодике и в сборниках, и по достоинству оценить сюжетную изобретательность автора, оригинальность научно-фантастической идеи, гуманистический пафос, социально-критическую направленность.

Предлагаемый вниманию читателей сборник позволит советскому читателю составить более полное представление о творчестве Роберта Силверберга, младшего современника широко известных у нас Рэя Брэдбери, Айзека Азимова, Роберта Шекли, Генри Каттнера. В него включены рассказы, написанные в разные годы и в различной манере, в них может быть больше или меньше научно-технических атрибутов, они могут быть серьезными или проникнутыми скрытым юмором, но все отмечены неудержимой фантазией автора, теплом его сердца и тревогой за судьбу человека.

Роберт Силверберг родился в 1935 году в Нью-Йорке. Читать, по собственному признанию, он научился в три года, а в шесть уже сам начал сочинять рассказы. Мальчик читал запоем. В восемь лет он получил в подарок подписку на журнал «Нейшнл джиогрэфик», который открыл ему далекие экзотические страны. А увлечение фантастикой с раннего детства помогло понять, что самая лучшая и безотказная машина времени — это воображение: в залах музея естествознания, куда любил ходить подросток, можно было перенестись в романтическое прошлое, а читая Жюля Верна, Уэллса, Берроуза, — оказаться в не менее романтическом будущем.

С тринадцати лет Роберт рассылает по редакциям фантастические рассказы (фантастика, вспоминает писатель, притягивала его неотразимо, хотя он хорошо знал и Шекспира, и Сервантеса). Настойчивость молодого автора была вознаграждена публикацией в 1953 году рассказа «Планета Гордона», а вскоре имя никому не известного Роберта Силверберга замелькало во всех американских научно-фантастических журналах. Через несколько месяцев он, по собственному признанию, превращается буквально в пишущую машинку и может написать рассказ на любую тему и любого объема, уложившись в любой срок, установленный издателем (порой он писал по два рассказа в день: один до ленча, второй — после). Только за лето 1956 года в июне он написал 15 рассказов, в июле — 20, в августе — 14 (и это не оставляя писать вестерны и детективы). Неудивительно, что в том же году фантастическая активность молодого писателя была отмечена премией «Хыого».

С начала 60-х годов Силверберг занимается еще и популяризацией самых разных областей знания. О чем он только ни писал: и о древних цивилизациях, и об американских индейцах, и о Великой китайской стене. Здесь и история семьи Рокфеллеров, и биографии Черчилля и Сократа. Критика высоко оценила научно-популярные книги Силверберга, он приобрел репутацию одного из лучших в стране популяризаторов. Так, по отзывам специалистов, его книгой, посвященной государствам доколумбовой Америки, мог бы гордиться даже профессиональный археолог. Что же касается фантастики (до миллиона слов в год!), то собратья Силверберга по перу, отдавая должное его работоспособности, рассказы и повести писателя оценивали невысоко. Сам он тоже ощущал все большую неудовлетворенность собственной работой.

В 1966 году во время отдыха после нервного срыва от переутомления Силвербергу попалась на глаза рецензия на одну из его книг в итальянском журнале. Malcondotto е prolisse — «сделано плохо, многословно», гласил вывод. Эта язвительная и, увы, справедливая оценка ощутимо задела писателя и запомнилась надолго — недаром в его романе «Тернии» (1967) появляются герои Малькондотто и Пролиссе. С романа «Тернии», над которым автор работал долго и упорно, начинается «новый» Силверберг, которого восторженно приняли как любители фантастики, так и коллеги по профессии.

В 1968 году в жизни Силверберга происходит событие, углубившее перелом: сгорает дом, построенный им в Нью-Йорке по собственному проекту и много значивший в его жизни (невольно вспоминается один из трагических эпизодов в жизни Джека Лондона — пожар, уничтоживший «Дом Волка» в Лунной Долине, который, как мечтал писатель, должен был стать его «родовым замком»). Пройдя своего рода «очищение огнем», Силверберг испытал потрясение, завершившее его духовную трансформацию. Он стал писать медленнее, труднее, но все лучше и лучше — и с 1970 года, когда он получил свою первую премию «Небьюла», к нему пришло истинное признание.

В настоящее время Силверберг продолжает активно работать, уделяя внимание главным образом жанру романа («Замок владыки Валентина», «Летопись Маджипура», «Бедный Том», «Звезда цыган»). Как и тридцать лет назад, писатель предан фантастике за ее удивительную способность «открывать врата Вселенной, показывать корни времен…». Эта цитата взята из книги «Картографы ада», где автор подробно рассказывает о начале своей работы в литературе: мгновенный успех, громадные гонорары, позволившие молодому человеку осуществить мечты небогатого детства. Тогда, вспоминает автор, он не утруждал себя заботой о качестве того, что выходило из-под его пера, а просто «гнал» количество.

Феноменальная плодовитость писателя — палка о двух концах: серьезные проблемные произведения порой тонут в потоке облегченной, коммерческой фантастики, не обладающей литературными достоинствами и преследующей лишь развлекательные цели. Творчество Силверберга весьма неровно, и наряду с яркими и бесспорными взлетами у него есть и огорчительные неудачи.

И все же, думается, писатель, рассказывая о своем творческом пути и делая упор лишь на материальное преуспевание, немного лукавит. В его истории собственных финансовых достижений на поприще фантастики содержится скрытая, но очевидная насмешка. Насмешка прежде всего над методами работы mass media, буржуазных средств массовой информации, стремящихся свести жизненный успех любой «звезды» к двум показателям: размеру банковского счета и «индексу» активности внебрачных связей. Повествование Силверберга о своем «пути наверх» походит на старый анекдот о том, как встречаются два человека и один из них в ответ на стандартный вопрос «как поживаете?» начинает подробно излагать свои семейные и служебные неурядицы. Иными словами: вы хотите услышать только о том, как я делал деньги на фантастике? Извольте…

Немало из того, что написал Силверберг, уже кануло в Лету. Однако, как подметил английский писатель и критик Брайан Стэблфорд, хотя темпы работы Силверберга кажутся сверхчеловеческими, больше всего поражает метаморфоза, происшедшая со средним автором НФ, который превратился в первоклассного художника; это, признает критик, просто невероятно и не имеет аналогов в истории жанра.

Действительно, не могут не восхищать работоспособность, собранность, целеустремленность писателя, его умение организовать себя, наконец преданность своей профессии. И, очевидно, поэтому терриконы пустой «породы» не помешали писателю создать произведения, вошедшие в золотой фонд американской фантастики.

Жизнь Роберта Силверберга не богата примечательными событиями. Из пятидесяти с лишним прожитых лет он две трети провел за письменным столом. Поэтому применительно к нему более чем справедливо высказывание: биография писателя — это его книги.

Сюжеты рассказов и повестей Силверберга остры, хорошо выстроены, а фантастические ситуации, в которые автор помещает героев, говорят о силе его воображения. Сюжетная изобретательность в лучших вещах Силверберга сочетается с четкой нравственной позицией: его произведениям неизменно присущи человечность, доброта, они воспевают мужество, самоотверженность, верность долгу — словом, те человеческие качества, которые ценны «на все времена».

Силверберг — писатель широкого диапазона, работающий в разных направлениях современной научной фантастики: социальной, психологической, философской, приключенческой (даже ей писателю удается придать социально-психологическое звучание), сказочной. Силверберга интересуют не сами по себе технические чудеса мира будущего, а мысли, переживания человека, живущего в этом мире. Хотя действие в большинстве произведений отнесено в грядущие годы и века, герои писателя похожи на его современников, подчас они подчеркнуто современны.

Как правило, Силверберг избегает усложненной фабулы, повествование в его рассказах развивается последовательно, упор делается чаще всего на ударную эффектную концовку, в духе О’Генри.

Писатель не стремится искусственно (нагнетать напряженность действия, увеличивать его остроту — это происходит в его рассказах как бы само собой, логически вытекая из хода повествования. Здесь читатель вправе спросить: а почему речь идет только о малой форме, ведь Силверберг пишет прозу разного объема? Дело в том, что романы и повести писателя новеллистичны: они распадаются на цепь отдельных историй, эпизодов, в каждом из которых свой герой, и «скрепы» между отдельными эпизодами из жизни сквозного героя достаточно условны, в силу чего действие воспринимается фрагментарно.

Сюжетные ситуации в произведениях Силверберга неизменно фантастичны, однако они всегда имеют земную основу. Писатель вправе повторить за Станиславом Лемом: «В конечном счете я пишу для современников о современных проблемах, только облекаю их в галактические одежды». Будущее необходимо Силвербергу, чтобы с его высоты полнее увидеть настоящее.

Наиболее заметно это, когда писатель рисует жизнь Земли в последующие века. Он переносит в будущее негативные стороны современной цивилизации: преступность, коррупцию правящих кругов, аморальность и беспринципность политиканов, расизм. Общество, которое изображает Силверберг, — это экстраполяция, проекция в грядущее тех уродливых явлений, которые окружают его сегодня.

В таком будущем мы оказываемся, читая рассказ «Торговцы болью». Телевизионные компании делают деньги на том, что снимают страдания тех, кто попал в аварию или оказался на операционном столе (и платят родственникам несчастного за согласие на операцию без наркоза), — такая ли уж это фантастика для сегодняшней американской действительности? Интерес к зрелищу страданий ближнего — точная и беспощадная характеристика нравственного состояния общества, бесчеловечности мира, вызывающего у писателя гневное осуждение.

Силверберг безошибочно выбирает социальные мишени для сатирического обличения, причем мишени эти имеют обобщенный, а не единичный, частный характер. Разобщенность людей в обществе будущего, в котором каждый существует сам по себе и для себя, эгоизм, равнодушие ко всему, что выходит за пределы собственного благополучия, — вот что ненавистно писателю. Духовная нищета присуща жизни современной Америки, самой богатой страны Запада, тема эта неоднократно поднималась литературой — прежде всего прогрессивной литературой страны. Но только фантастика с присущей ей гиперболизацией и гротеском может довести общественную ситуацию до логического завершения, обнажив саму сущность цивилизации «полых людей».

Для понимания общественной позиции писателя важен рассказ «Сезон мутантов». Повествование ведется от лица добропорядочного обывателя, рассказывающего о мутантах — странных существах, отличных от всех, по его словам, «обычных людей». Цветной, иноверец, инородец, наконец мутант — каких только уничижительных характеристик не придумали «обычные люди» для тех, кто хоть чем-то не похож на них! История цивилизации история борьбы за равноправие всех людей независимо от цвета кожи, вероисповедания, национальной принадлежности. Показатель уровня цивилизованности, просвещенности общества, его культуры — отсутствие границ между различными группами его членов, уничтожение деления на «высших» и «низших», на «обычных» и «необычных». Эта мысль, столь важная в контексте общественной жизни Америки, в течение столетий страдающей от раковой опухоли расовой сегрегации, не раз повторяется во многих произведениях.

Генри Каттнер в известном цикле рассказов о семействе Хогбенов с насмешкой писал, как обыватель относится к тем, кто не похож на него. Роберт Силверберг идет дальше своего старшего товарища по «фантастическому цеху» и показывает будущее, когда социальная ксенофобия становится пережитком. По словам рассказчика, «за последнюю сотню лет мы избавились от множества предрассудков… Теперь, кажется, мы научились принимать людей такими, какие они есть, даже тех, которые на нас не похожи. Теперь мы даже принимаем людей, которые не совсем люди. Как мутанты».

Сезон мутантов — символическое обозначение этого этапа в развитии человечества, когда в основе поведенческого модуса человека утвердится, наконец, принцип терпимости, когда воцарится новый тип человеческих отношений. Не о них ли мечтал Роберт Бернс:

Космические полеты, обживание далеких миров — непременная черта мира будущего в фантастике. В произведениях Силверберга на эту тему не часто встретишь «малый джентльменский набор» космической оперы — от похищенной инопланетными злодеями земной красотки до спасающего ее лихого «странника по звездам». Для писателя космос не просто место, где разворачиваются увлекательные приключения («закручивает» писатель сюжеты мастерски!), а своего рода испытательная площадка, полигон для проверки человека на психологическую, нравственную прочность.

Освоение космоса — это непрерывная цепь непредвиденных обстоятельств, аварийных ситуаций, возникающих по самым разным причинам (а чаще всего — вследствие совокупности их). Мир космоса суров, он требует от людей, дерзнувших вторгнуться в него, мобилизации всех сил, отваги, присутствия духа, умения в самом сложном положении принять оптимальное решение. Люди, осваивающие иные миры, живут и работают в сложнейших условиях, претерпевают лишения. Без взаимовыручки, взаимного доверия, дружбы трудно выжить вдали от родины. И нелепым анахронизмом выглядят в рассказе «Тру-ру-ру-ру», герои которого несут вахту на лунной базе, косность администрации Америки будущего, требования чиновников с Земли обязательной бюрократической отчетности.