Начальник пристроил его в углу на табурете и заслонил двумя пограничниками.
— Как только я скажу громко: «Ребята, а где же ваш дед Мороз?» — так ты сразу же поднимайся и говори: «Я здесь, давно жду, когда ребята про меня вспомнят». Затем становись у елки и раздавай из мешка подарки, кому что… Понял?
— Понял.
Начальник сказал бойцам, чтобы они пока держали деда в «секрете», а сам стал протискиваться к учителю. Иван Фомич, очень торжественный, слушал Тодди.
— Я никогда не буду брать без спросу винтовку, — горячо уверял мальчик Ивана Фомича.
— Well, — отвечал ему по-английски Иван Фомич. — Very well,[28] Тодди, никогда не бери.
— Но я не хочу сидеть с девчонкой, не хочу, чтобы девчонка брала меня на буксир.
— Тодди! — укоризненно воскликнул Иван Фомич. — Как тебе не стыдно?! В нашей стране мальчики и девочки — хорошие товарищи.
Тодди пожал плечами.
— Ну, слушай… — и учитель рассказал ему следующее.
После операции Дику, когда учитель узнал от ребят о поведении собаки и пограничника странные вещи, он сразу же заподозрил неладное. Когда же он обнаружил у себя пропажу винтовки, то побоялся, что кто-нибудь из ребят наделает чего-нибудь серьезного, и поднял тревогу в поселке.
В это время в поселок прибежала Мери и переполошила всех криками и слезами.
— Скорей, скорей, спасайте Тодди! — плакала Мери.
— Что с Тодди? — заволновались взрослые.
— Он поймал Кондия! То есть нет — Кондий поймал Тодди.
— Отвечай толком: кто кого поймал?
— Я не знаю… Они оба поймались!
Иван Фомич собрал женщин поселка, вооружил их всем, что осталось в домах, и во главе с Мери весь отряд двинулся в лес.
Мери храбро привела их на место, где Тодди встретился с Кондием. По следам они вышли к старой, полуразвалившейся бане, тихонько подкрались к двери и приперли ее сплавным багром. Кондий начал стрелять из винтовки в пазы между бревнами.
По команде Ивана Фомича весь отряд залег в снег, и Мери тоже. Она тихонько повизгивала от страху, но, по своему обыкновению, трещала:
— Караульте его, караульте, а то убежит…
Скоро подошли вернувшиеся с облавы лесорубы и окружили избу. Кондий сдался только после того, как расстрелял все патроны.
Мери первая бросилась к Тодди и поцеловала его прямо в нос.
— И надо признаться, что ты, Тодди, в тот момент совсем не был красавцем, — заметил учитель, — нос у тебя распух от слез, под глазом был синяк, который не прошел еще до сих пор, а все лицо и руки были перемазаны сажей… Согласись, что Мери — молодец девчонка.
— Согласен! — протянул руку Тодди.
Ребята кружились вокруг елки и пели.
Из-под елки вынырнула пара зайчишек, то есть ребят, одетых в костюмы зайцев. Они принялись резвиться и танцевать под елкой.
Дик не выдержал волнующего зрелища и бросился в круг:
— Гав… гав…
Повязка с его головы съехала на ухо. Преглупо расставив ноги и помахивая хвостом, Дик с большим недоумением смотрел на удивительных зайцев и громко лаял.
[28] Хорошо… очень хорошо… (англ.).