Обозрение пророческих книг Ветхого Завета: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шестая пророческая речь из произнесенных во дни Езекии есть видение дебри Сиона или, с подлинника, грозное слово на холме видений (в Синодальном переводе — «Пророчество о долине видения») и содержится в двадцать второй главе. Пророк созерцает какое-то необыкновенное волнение, какое-то несоответственное веселье в Иерусалиме после неприятельского нашествия, потребовавшего значительных средств к обороне (22:1–10 [206]); причем не было обращено должного внимания на Бога, предвозвестившего эти происшествия (22:11 [207]). Минувшим наказанием Господь, несомненно, внушал покаяние и обращение — а у них устраивается веселое пиршество (22:12; [208] сн. 4 Цар 20:12–20 [209]). За то не будет прощено вам это нечестие, пока не умрете, говорит пророк Иерусалимлянам (22:13–14 [210]). В частности предсказывается здесь падение царедворцу Севне и возвышение на место его Елиакима (22:15–25; [211] 4 Цар 18:18–26, [212] 37 [213]). Это последнее предсказание показывает, что Господь устраивает участь не только царств, но и в частности каждого человека; следовательно оно утверждает веру в милосердие и правосудие Божие.

Седьмая пророческая речь из произнесенных при Езекии есть видение на Тир, (или пророчество о Тире) изложенное в двадцать третьей главе. В этом видении открыто предстоявшее славным и богатым Ханаанским городам Тиру и Сидону запустение на семьдесят лет, по прошествии которых Тир восстановится в прежней славе; но потом и этот знаменитый город будет служить Господу (23:1–18 [214]). Вероятно — здесь имеется ввиду разорение Тира Навуходоносором, после чего Тир был восстановлен; а последние слова пророчества указывают на утверждение Церкви Христовой в этом городе святыми Апостолами (Деян 8:40; [215] 21:3–5 [216]).

Восьмая пророческая речь из произнесенных во времена Езекии излагается с двадцать четвертой по двадцать седьмую главу. Здесь пророк говорит, что Господь опустошит вселенную, рассеет живущих на ней и совершенно изменит гражданское устройство государств (24:1–18); шатается земля… и беззаконие её тяготеет на ней (24:19–22). Сии перевороты, совершающиеся в соседних царствах, но минующие Иудею, покажут, когда Господь воцарится в Сионе и в Иерусалиме (24:23); они возбудят людей к прославлению Его святого имени; ибо сотворил Он чудные дела, выполнил совет древний и истинный, когда истребил сильные беззаконные города и оказал защиту слабым обидимым (25:1–5). Затем на горе сей (т. е. в Иерусалиме) некогда сотворит Господь пир всем язычникам, уничтожит смерть и отрет всякую слезу от всякого лица (25:6–9 [217]), тогда как самая Моавитида, не испытавшая набегов неприятельских, будет потоптана, как топчут ток, колесницами (25:10–12 [218]). Тогда в земле Иудейской воспоют песнь: город крепкий у нас, спасение дал Он вместо стены и вала. Отворяйте врата, да войдет народ праведный, хранящий истину (26:1–2), славословящие Господа, воскресшие из своего мертвенного греховного состояния (26:3–19 [219]). Посему народ Божий должен укрыться на некоторое время, укройся на мгновение, доколе не пройдет гнев Господень (26:20). Ибо вот Господь выходит из святого места Своего наказать живущих на земле (26:21 [220]) и навести меч Свой на левиафана, змия лукавого, и убить левиафана, чудовище морское (27:1) а виноградник Свой (Иудею) Господь хранит тщательно; истребляет в нем только терние и волчцы и со временем соберет рассеянных Cвоих из Ассирии и из Египта, чтобы они поклонялись Господу на святой горе и в Иерусалиме (27:2–13).

Из этого очевидно, что обозреваемая восьмая речь Исаии есть как бы сокращение и подтверждение всех предыдущих его пророчеств о судьбе Иудеи и соседних царств: — и что упоминаемые в ней перевороты произведены походами Салманассара и Сеннахирима, в первые двенадцать лет царствования Езекии. В этой речи замечательна влагаемая в уста Иерусалимлян песнь, служащая основанием пятой песни церковных или Богослужебных канонов (26:1–19 [221]). Она также называется песнию о временах Мессии, потому что выражает сильное ожидание небесного спасения или Спасителя, так как без воздействия росы от Бога невозможно нравственное исправление или возрождение человека, и только в союзе с Богом можно находить нерушимую безопасность. Как в предыдущих пророчествах об участи Иудеи в основание особой к ней милости Божией полагается обетование о происхождении Мессии от царствовавшего там племени Давидова, так и в этой песни причина удивительной целости Иудеи в первые тринадцать лет царствования Езекии среди опустошения прочих царств указывается в том, что не стены и валы, но дарованное или усвоенное Иерусалиму Спасение или Спаситель человечества служит ограждением этого города, так что можно бы без боязни отворить городские ворота — пусть входят праведники, уповающие на Господа. А беззаконники, подобно превознесенному и укрепленному городу (Самарии, стоявшей на горе и взятой Ассириянами в шестой год Езекии), будут низвергнуты во прах на попрание всякому прохожему. Добродетель и правда во всем благоуспешны, а беззаконника следует вразумлять наказаниями; иначе он никогда не научится правде и не поймет высоких путей Промысла. В былое время (напр. при Ахазе) и мы, иудеи решались жить без Тебя, Сущий, выбрали себе других владык или богов (4 Цар 16:7–16 [222]); но Ты взглянул, и владык наших не стало; мы оказались во всем безуспешными и как бы омертвевшими. Теперь же при Твоем явлении воскреснут мертвые, восстанут из праха самые трупы, орошенные росою Твоего света, тогда как земля, т. е. обыкновенные понятия и обычаи человеческие, по-прежнему производят Рефаимов или безбожных исполинов, навлекающих небесное правосудие, которое и не умедлит придти и от которого благочестивые должны уйти во внутренние свои покои и запереть свои двери, т. е. на время устраниться от занятий и в уединении переждать невзгоду или бедствия, которые нанесет Иудее богохульное Сеннахиримово войско.

Девятая и последняя пророческая речь из произнесенных в первые годы царствования Езекии излагается с двадцать восьмой по тридцать пятую главу. Она произнесена перед нашествием Сеннахирима на Иудею, бывшим в четырнадцатый год Езекии; ибо пророк говорит здесь, что чрез год и несколько дней начнутся предсказываемые бедствия (Ис 32:10). В этой речи изображена предстоящая участь Иудеи, очевидно, для руководства народа в перенесении грядущих бедствий.

«Горе венку гордости пьяных Ефремлян, увядшему цветку красивого убранства его» (28:1) говорит пророк. В ней все, и жрецы и пророки, сбиваются с пути от сикеры (28:1–7) и отвергли наставления Божии (28:9–10 [223]). За то и преподано им наставление иным языком: они упали в беду, сокрушились и уведены в плен (28:11–13 [224]). Теперь услышите слово Господне…, князи людей, сущих в Иерусалиме. Вы заключили совет с адом [Очевидно, здесь указание на союз с Египтом, и приводимая пословица имеет буквальный смысл такой: ад нам свой брат, — не тронет. А истинное переносное значение ее таково: «став в семейство языческих государств, мы не должны их бояться, потому что члены семейства не дадут один другого в обиду». Короче, здесь выражается всецелое отрицание надежды на Бога, а проповедуется упование на силу человеческую.] и надеетесь преуспевать обманами, тогда как основанием благоденствия Сиона Господь положил камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный, как сказано в книге псалмов (Пс 117:22 [225]), и как во времена Давида, так и теперь верующий в него не постыдится (28:14–17 [226]); ваши же умыслы Господь разрушит и понесется бурей на нечестивых, как было на горе Фарасине (1 Пар 14:11; [227] 2 Цар 5:20 [228]) и в долине Гаваонской (Иис. Нав. 10:10 [229]), хотя будет действовать с некоторыми промежутками и употреблять средства не всегда одинаковые, подобно тому как земледелец не беспрестанно пашет землю и не одинаковыми орудиями вымолачивает все роды хлебных растений (28:23–29 [230]). И увы! Через некоторое время Иерусалим — этот Ариил (лев-город) будет пойман в клетку или заключен в тесную осаду и крайне унижен врагами многочисленными, как пыль подколесная (29:1–6 [231]). Впрочем, эти многочисленные враги будут Иерусалим считать своей добычей только в своих мечтах; а на самом деле он им не достанется. Как спящий иногда видит во сне, будто он ест и пьет, а проснувшись чувствует себя по-прежнему голодным и жаждущим: так будет богатство или множество народов, воюющих против горы Сиона, владеть оною только мечтательно (29:7–8). Конечно, эти предсказания теперь для Иерусалимлян не понятны, как содержание книги запечатанной (29:9–12 [232]); но это происходит от того, что приближаются ко Мне людие сии устами своими, и устами своими почитают Меня, сердце же их далеко отстоит от Меня; — и что они судят по своему; в тайне затевают установить свой порядок в мире, как будто брение учит горшечника (29:13–16 [233]). Впрочем, скоро эти предсказания сделаются столь ясными, что глухие и слепые поймут их на опыте, когда многое перевернется кверху дном: Ливан сделается садом, а сад — диким лесом (29:17–18 [234]). Тогда страждущие найдут отраду в Господе и научат детей своих страху Божию (29:19–24 [235]).

А теперь что? Увы, чада непокорные! Вы, не вопросив меня, заключаете союз с Египтом; но сия надежда обманет (30:1–7 [236]). Теперь, говорит Господь Исаии, пойди, начертай это на доске у них, и впиши это в книгу… Ибо это народ мятежный, дети лживые, дети, которые не хотят слушать закона Господня (30:8–9). Они запрещают пророкам говорить правду…, и этот грех доведет их до состояния, как сокрушают глиняный сосуд, разбивая его без пощады, так что в обломках его не найдется и черепка, чтобы взять огня с очага или зачерпнуть воды из водоема (30:9–14). Господь говорит им: оставаясь на месте и в покое, вы спаслись бы, т. е. нравственным исправлением, точным исполнением принятых обязательств и отсутствием военных приготовлений, навлекающих подозрение; а они готовят конницу, говоря: мы на конях убежим, — зато и убежите; мы на быстрых ускачем, — зато и преследующие вас будут быстры. От угрозы одного побежит тысяча… и остаток ваш будет как веха на вершине горы и как знамя на холме (30:15–17). И при всем том Господь медлит, чтобы помиловать вас, если вы покаетесь и оставите идолов (30:18–22 [237]). Тогда возвратится к вам благоденствие совершенное (30:23–26 [238]). Ярость гнева Божия прольется на язычников, а вы со свирелью пойдете на гору Господню, к Богу Израилеву (30:27–30). Самые Ассирияне поражены будут язвою в долине Тофеф или на долине Енномовой и достанутся в пищу огню, когда трупы 185,000 падших от руки Ангела погубляющего будут на ней преданы сожжению в предотвращение заразы (30:31–33 [239]). Вы ищете помощи у Египтян, а не у Бога, как будто человек может заменить Всемогущего. Не Египтяне, но Сам Господь, как лев, вступится за гору Сион… И падет Ассур не от меча человеческого, и не меч человеческий потребит его, он избежит от меча… (31:1–9). А царь (Езекия) будет царствовать в правде, восстановит упадшее правосудие и поддержит уважение к истине (32:1–8 [240]). Но до наступления этого счастья, считая от переживаемого времени, несколько дней сверх года, и ужаснетесь, беспечные дщери Иерусалимские; на земле народа моего будут расти терны и волчцы, равно и на всех домах веселья в ликующем городе, т. е. настанет запустение (32:9–14) и оно продолжится, доколе не изольется на вас Дух свыше; и пустыня не сделается садом; тогда будет возвращено Иудеям благоденствие (32:15–20).

А ты, опустошитель (народ Ассирийский), знай, что когда кончишь порученное тебе опустошение от Господа, тогда опустошат и тебя (33:1 [241]). Живущих же в Сионе Господь сохранит, истребив между ними одних беззаконников; Господ царь наш, Той и спасет нас (33:2–24 [242]). Но да будет известно также, что грядет гнев Господень на вся народы, еже погубить их и предать на заклание и во первых, снидет меч Господень на Идумею и произведет в ней запустение, которое потом распространится повсюду (34:1–17 [243]), частью — завоеваниями царей Вавилонских, Персидских и Александра Македонского, частью — царей Сирийских, Египетских, Карфагенян и Римлян, опустошавших и материально и нравственно. Но да возрадуется и эта пустыня языческая: ей дана будет слава Ливанова и честь Кармилова. Бог Сам придет и спасет. Тогда отверзутся очи слепых и уши глухих отверзутся. Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь; ибо пробьются воды в пустыне, и в степи — потоки. (35:1–7). И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святы… и возвратятся избавленные Господом, придут на Сион с радостным восклицанием; и радость вечная будет над головою их (35:8–10).

В обозреваемой девятой речи из произнесенных в первые тринадцать лет царствования Езекии, замечательны два места: о краеугольном камне, положенном в основание Сиона (Ис 28:16), и о пустыне жаждущей (35:1–10). Первое из этих мест, очевидно, указывает на Пс 117:22, [244] где под именем камня, отвергнутого строителями царства Иудейского, Саулом и его приближенными, подразумевается Давид, ставший основанием этого царства и утверждением столицы его Сиона, честным и мирным образом восторжествовавший над сильными и многочисленными своими врагами, именно — путем терпения и послушания воле Божией; — при появлении своем бывший соблазном для народа; т. е. для веровавших помазанию Самуилову — избранник Божий, а для взиравших на него глазами Елиава (1 Цар 17:28 [245]) — ненасытный честолюбец.

Таковыми качествами и обстоятельствами Давид прообразовал Мессию (Мф 21:42 [246]). Поэтому святые Апостолы Петр (1 Пет 2:6–8 [247]) и Павел (Рим 9:33; [248] 10:11 [249]) приводят вышеозначенное изречение Исаии, как пророчество о Христе Иисусе, служащее объяснением разномыслия о нем Иудеев и твердым основанием непостыдной христианской веры.

Второе место (35:1–10) по ходу речи у пророка Исаии указывает на утверждение Церкви Христовой преимущественно между язычниками. Как Иудеев только бедствиями и пленением Господь доведет до непоколебимости в вере отцов, так и в мире языческом страшными опустошениями и переворотами пробудит Он жажду истинной религии. Ибо среди сих переворотов или, по выражению пророка, в день суда Господня у язычников превратятся реки в смолу и прах в серу, будет земля их горящею, не будет гаснуть ни днем, ни ночью (Ис 34:9–10 [250]), т. е. все объято будет пламенем диких страстей; взаимные отношения людей установятся под влиянием личного произвола и расчета; не будут уважаемы ни правда, ни истина; погаснут чувства доброжелательности и сострадания; над всем и у всех воцарятся влечения грубых инстинктов; самые боги будут игрушками в руках завоевателей, и естественная религия, превращенная в идолослужение, потеряет свое влияние на человека….. Тогда у язычников настанет нравственное запустение, среди которого утвердятся самые нелепые понятия и религиозные учения; суеверия, как дикие кошки, шакалы, филины и ночные страшилища, будут перекликаться между собою или дополняться одно другим (Ис 34:13–15 [251]). Но поскольку правда и истина присущи человеку, и он никогда не может совершенно отрешиться от религиозно-нравственных потребностей своей совести, то вышеупомянутые перевороты и опустошения, по устроению Божию, покажут язычникам несостоятельность их религиозных воззрений и учреждений; пробудят томительную жажду истинной религии, действительно просвещающей и спасающей.

Водворить сию религию придет Сам Господь. Тогда слепые увидят, глухие услышат; все недостатки восполнятся. Тогда и среди язычников процветут наилучшие нравственные качества, и будут созревать самые высокие добродетели. Слава Ливанова дана будет им, великолепие Кармила и Сарона. Словами сего пророчества Исаии Господь дает ответ недоумевавшим о Нем ученикам Иоанновым: пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют (Мф 11:4–5; Лк 7:22). А святой Апостол Павел словами этого пророчества утверждает слабых в вере: итак укрепите опустившиеся руки и ослабевшие колени (Евр 12:12). Имея в виду это пророчество Исаии, Церковь воспевает: «процвела есть пустыня яко крин, Господи, языческая неплодящая Церковь пришествием Твоим».

2) Отделение второе.

Содержит историю или описание некоторых замечательнейших обстоятельств царствования Езекии, в которых Исаия принимал ближайшее или непосредственное участие, а именно:

1) описание нашествия Сеннахиримова на Иудею и осады Иерусалима в четырнадцатый год Езекии, царя Иудейского, когда, по молитвам Исаии, истреблено 185,000 богохульного войска Ассирийского (Ис 36:1–37:38; [252] ср. 4 Цар 18:14–19:37; [253] Апок. 8:2–9);

2) повествование о болезни и выздоровлении царя Езекии на пятнадцатом году его царствования (Ис 38:1–22; [254] ср. 4 Цар 20:1–11 [255]); и

3) описание прибытия послов царя Вавилонского Меродаха Валадана, коим обрадованный Езекия показал все сокровища царские, увлекшись тщеславием и упованием на могущество человеческое; за что и услышал от Исаии: выслушай слово Господа Саваофа: вот, придут дни, и все, что есть в доме твоем и что собрали отцы твои до сего дня, будет унесено в Вавилон; ничего не останется, говорит Господь. И возьмут из сыновей твоих, которые произойдут от тебя, которых ты родишь — и они будут евнухами во дворце царя Вавилонского (Ис 39:1–8; сн. 4 Цар 20:12–20; [256] 2 Пар 32:31–33 [257]).

В связи с предыдущими речами первые два из описанных обстоятельств фактически показали иудеям, что Господь верен в слове и готов избавлять призывающих Его от всякой беды. А последнее обстоятельство обнаружило слабость религиозных убеждений тогдашнего поколения и вполне оправдывает ниже изложенные пути Божественного промысла, т. е. что для исправления иудеев был нужен бич страшного завоевателя и жестокого поработителя.

3) Отделение третье.

Начинается оно с сороковой главы и простирается до конца книги Исаии, содержит, так называемое, утешительное воззвание ко всему Еврейскому народу, написанное после упомянутого откровения воли Божией о переходе сокровищ царя Иудейского в Вавилон, где само собою подразумевалось пленение Вавилонское.

Таким образом, поскольку десять колен, составлявших царство Израильское, уже отведены были и рассеяны за Евфратом в шестой год царствования Езекии, а остальным двум коленам, составлявшим царство Иудино, указана около пятнадцатого года Езекии такая же участь, то, очевидно, весь народ Божий имел нужду в утешении и в прояснении своей судьбы, страшно изменившейся вопреки обетованиям, которые даны Патриархам. Посему в этом воззвании изображается беспредельное величие, строгое правосудие и вместе неизреченное милосердие Божие, в самом порабощении устрояющее льготы Своему народу, в унижении — его славу; правосудие, и на чужбине развивающее любовь к Богу своих предков и к отечественным обычаям. Поддерживается также надежда на освобождение из плена и возвращение в отечество с установлением одного царства, в котором Иерусалим будет столицей; и, наконец, изображается имеющее последовать освобождение всего рода человеческого от уз греха и от власти диавола.

После вступления, в котором изображается несомненность избавления, как бы уже начинающегося (40:1–11 [258]), пророк соответственно порядку порабощений излагает утешение сначала Израильтянам (40:12–49:13 [259]), а потом Иудеям (49:14–52:12) и, наконец, общие обеим половинам народа высокие обетования о пришествии Мессии, о совершении искупления человеческого рода, об утверждении царства Божия на земле, о призвании язычников, которые составят большинство членов сего царства, и о судьбе его противников или врагов (52:13–66:24 [260]).

В этом последнем отделении своего воззвания пророк весьма часто пользуется аналогией царства земного и гражданского с царством небесным или нравственным. Порабощение и предстоящее освобождение и утверждение вновь самостоятельности царства Еврейского ставится ручательством истины обетований об искуплении и возрождении человеческого рода. Грехи разрушили завет, навлекли порабощение и составляют препятствие к возвращению в отечество; грехи же или укоренившиеся материалистические взгляды и преобладание чувственных наклонностей составят коренное препятствие к вступлению в царство Мессии, вне которого нет спасения. Поэтому проповедуется всем покаяние и исправление, как необходимые предварительные условия к восприятию даруемого спасения.

Утешайте, утешайте народ Мой, говорит Бог ваш, или непрестанно напоминайте им о приближающемся спасении, ибо вот в пустыне уже раздается голос: исправьте путь Господу, идущему спасать народ Свой (40:1–5; ср. Ин 1:23). Могущество и слава народов (в том числе и Вавилонян) скоропреходящи, как цвет на траве; неизменны только определения и обетования Божии (40:6–8 [261]). Итак, взойди на высокую гору и велегласно скажи Иерусалиму, что возвратить отторгшийся и собрать рассеянный Свой народ идет заботливый Пастырь — Господь всемогущий, премудрый и столь великий, что все народы пред Ним, как капля из ведра — и что если бы захотели достойно почтить Его, то дубравы Ливанской не достало бы на дрова — и всех четвероногих земных на всесожжение, достойное Ему (40:9–17 [262]). Поэтому не безрассудно ли изображают Его в каких-либо формах или видах, как сделали Израильтяне в золотых своих тельцах, из подражания язычникам ставящим неподвижного идола, — как будто Израильтянам не возвестилось сперва то коренное и гласное понятие, что Господь есть Вседержитель, раскинувший небо, как скинию, и одним дуновением уст Своих сменяющий властителей земных, следовательно существо живое и действующее, а не вылитый какой-нибудь золотой теленок (40:18–24 [263]). Все в мире создано Богом всеведущим, и ни одна звезда не является на небе без определенного повеления Божия; как же уведенные в плен Израильтяне осмеливаются говорить: «путь мой сокрыт от Господа» (40:25–27)? Всемогущество и премудрость Божии беспредельны и неизменны; следовательно и надеющиеся на Господа никогда не должны падать духом; и среди сильных бедствий они поднимут крылья как орлы, пойдут и не утомятся (40:28–31 [264]).

Так бывало в прежнее время. К примеру, кто воздвиг от востока мужа правды или праведника (Авраама) и дал ему превосходство перед царями земли Ханаанской и сильными, и буйными, и коварными? Я Бог первый, и в последних — Я тот же (41:1–4). Язычники ставят себе неподвижных идолов (41:5–7); а у потомства Авраамова (каковым называют себя Израильтяне) покровитель и защитник Господь, проявляющий через него Свое всемогущество и славу (41:8–20 [265]). Итак, почитатели идолов, пусть боги ваши возвестят нам что-нибудь будущее и проявят в чем-либо свое могущество, чтоб можно было видеть, что они боги (41:21–24 [266]). А Я воздвиг его (Кира) от севера, и он придет от востока солнца; призовет имя Мое и одолеет всех противников; — и Я же первый дал Исаию благовестника Иерусалиму об этом его восстановителе (41:25–27 [267]). Между вами же нет никого, могущего сказать это, и боги ваши ничтожны (41:28–29 [268]).

Кроме этого Я теперь же возвещаю, что придет отрок Мой (Мессия) и возвестит закон язычникам; не возопиет, и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах; трости надломленной не переломит и льна курящегося не угасит (т. е. будет весьма кроток, снисходителен и миролюбив), и на имя Его будут уповать народы (42:1–9; ср. Мф 12:18–21 [269]). Воспойте Господа Спасителя своего и радуйтесь о сем, язычники (42:10–12 [270]). Он долго терпел ваше отчуждение и заблуждения, но теперь поставит слепых на путь правды и глухих заставит услышать истину, в числе которых первое место занимает народ Израильский, называющий себя вестником Всевышнего (Рим 2:18–19 [271]), после столь многих опытов очевидного Божия помышления оставивший своего Господа и за то отведенный в плен (42:13–25 [272]).

Несмотря на то Господь называет Израильтян Своими, сохранит их в плену, соберет изо всех стран, куда бы ни рассеяли их, и объявляет об этом теперь же заблаговременно, так как никто другой не знает будущего и не в силах отменить определений Господа (43:1–13 [273]). За ними пошлет Кира в Вавилон и сотворит при этом столь много чудес, что прежних (например, сотворенных при исходе из Египта) и вспоминать не станут (43:14–21 [274]), хотя Израильтяне и не заслужили этого, ибо не чтили Всевышнего жертвоприношениями, а только обременяли Его беззакониями (43:22–28 [275]).

Ныне слушай, Иаков, раб Мой, и Израиль, которого Я избрал. Так говорит Господь, создавший тебя и образовавший тебя, помогающий тебе от утробы матерней: не бойся, раб Мой, Иаков, и возлюбленный [Израиль]… излию дух Мой на племя твое и благословение Мое на потомков твоих; они умножатся и утвердятся в Боговедении (44:1–5). Я предсказываю об этом, чтобы ты и за Евфратом не боялся; чтоб не упал духом и в плену, но знал, что Я один Бог распорядитель везде, хотя несмысленные язычники и ставят сами себе рукотворенных богов из того же материала, коего половина употреблена на отопление и приготовление пищи (44:6–20 [276]). Помни об этом, народ Израильский: Я, один всемогущий и всеведущий, говорю Иерусалиму: «ты будешь построен», и Киру: «пастырь Мой» (царь Мной поставленный) и исполнитель воли Моей касательно восстановления Иерусалима и храма (44:21–28).

Так говорит Господь помазаннику Своему Киру: Я пойду пред тобою и горы уровняю, медные двери сокрушу и запоры железные сломаю… Ради Иакова, раба Моего, и Израиля, избранного Моего, Я назвал тебя по имени, почтил тебя, хотя ты не знал Меня (45:1–5); дабы уразумели, что нет кроме Меня; Я Господь и нет иного. Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия, т. е. попускающий несчастия для наказания беззаконных по требованию правосудия, [277] как например, отдал Израильтян в плен (45:6–8). И за это-то попущение порицают Меня Израильтяне, — этот черепок из черепков земных!? Глина стала ныне учить горшечника! Тварь осуждает распоряжение всемогущего Единого Бога, заранее изреченное — не тайно я говорил и не в темном месте (45:9–21 [278])! Единственное условие безопасности для человека — обращение к Богу, Кому поклонятся все народы и Кем прославится все семя сынов Израилевых (45:22–25 [279]).

Вил и Нево, главные боги Вавилонские, сделаются ношей изможденному скоту и пойдут в плен (46:1–2 [280]). И таких-то богов глухих, требующих помощи для своего передвижения, отливают из драгоценных металлов, — из серебра и золота. Какое же вещество следует употреблять на изображение Бога всемогущего, Коего каждое слово действенно и все советы или намерения непреложны, в числе коих находится и возвещаемое намерение о призвании орла от востока, т. е. Кира, быстрого исполнителя воли Божией (46:3–11 [281])? Помните это, жестокие сердцем; Господь не замедлит сделать спасение на Сионе; там, а не в Самарии возвратит Он славу Израилю (46:12–13 [282]).