— Он у нас в доме живет.
— А-а… — Вожатый дружески улыбнулся. — Я знаю товарища Журбина. Так это он вам сказал? Только наш отряд не единственный. Есть в Сокольниках в железнодорожных мастерских и у вас на Гознаке. А ваши родители где работают?
— На фабрике Свердлова, — вмешался Генка. — У нас в доме клуб и драмкружок.
— Теперь все понятно, — засмеялся вожатый. — Вышла маленькая ошибка. Наши ребята, по старой памяти, все со скаутами воюют, вот вам и попало. Ничего, сейчас мы это дело уладим.
Он засвистел в плоский физкультурный свисток. Отряд выстроился вдоль стен, образовав квадрат, в центре которого стоял вожатый и рядом с ним — Миша, Генка и Слава.
Мальчики завороженно смотрели на пионеров. Они стояли стройными рядами, по звеньям, с звеньевым флажком на правом фланге.
— Горнист, приветствие! — скомандовал вожатый.
Горн протрубил приветствие.
— Ребята! — сказал вожатый. — К нам пришли гости из Хамовнического района. Они тоже хотят стать пионерами. Попросим их передать ребятам Хамовников наш пламенный пионерский привет.
И пионеры Красной Пресни приветствовали будущих пионеров Хамовников троекратным «ура».
Только к концу дня покинули мальчики гостеприимный пионерский клуб. Восхищенные всем виденным, возвращались они по бульварам Садовой к себе домой.
— «Пионер здоров и вынослив» — вот самый правильный закон, — разглагольствовал Генка, размахивая руками, — самый правильный! Надо побольше заниматься физкультурой и развивать мускулы.
— Есть законы поважней, — заметил Слава.
— Какие?
— Например, «Пионер стремится к знанию. Знание и умение — сила в борьбе за рабочее дело».
— Это поважней? Ничего ты не понимаешь! Если будешь слабым, тебя буржуи в момент расколошматят, никакие знания не помогут. Верно, Мишка?
— Самых важных законов два, — наставительно произнес Миша. — Во-первых: «Пионер смел, настойчив и никогда не падает духом». Но самое главное — это то, что сказал Ленин. Слыхали, их вожатый читал: «Дети, подрастающие пролетарии, должны помогать революции». Вот это самое главное.
— А вы заметили, как о них сторож в типографии говорил? — сказал Слава. — С уважением.
— Еще бы, — сказал Миша, — их весь район знает, а уж в своей типографии и подавно.
— Только почему у них нет никакого оружия? — недоумевал Генка. — Хотя бы винтовочка какая-нибудь для порядка.
— Мы как отряд организуем, — сказал Миша, — так звенья будем по-другому называть. Зачем все эти звери? Лучше какое-нибудь революционное название. Например, имени Карла Либкнехта или Спартака. А слышали, вожатый сказал: «К Международному юношескому дню передадим лучших пионеров в комсомол». Видали? Этот белобрысый будет комсомольцем, а мы еще даже не пионеры.
— Этому белобрысому нужно наложить как следует, — проворчал Генка.
— За что? — возразил Миша. — Они защищали свое знамя. Ведь они не знали, кто мы такие.
— Надо пойти на Гознак, — сказал Слава, — может быть, нас примут в пионеры.
— Зачем нам куда-то ходить, — возразил Миша, — ведь у нас есть своя фабрика. Их вожатый сказал: отряды будут созданы при всех фабриках и заводах.
Мальчики подошли к своему дому. В воротах они услышали шум и крики, доносившиеся с заднего двора.
Они побежали туда и увидели толпу ребят, окруживших беспризорника Коровина. Он стоял, прижавшись спиной к стене, как затравленный волчонок.
— Воровать сюда пришел?! — наскакивал на него Борька Филин. — А? Воровать?! Бей его, ребята!
Миша растолкал ребят и стал рядом с беспризорником.
— Вы чего к нему пристали?