Дейни забыла и страх и гнев. Она выбежала из зала и бросилась в лабиринт знакомых коридоров, молясь об одном: только бы успеть раньше Сида.
Чем ближе Дейни подходила к кабинету Дженни, тем медленней становился ее шаг. Каждый раз, прежде чем свернуть, она осторожно выглядывала из-за угла. Остался один поворот… С тяжелым вздохом обессиленная Дейни прислонилась к стене. Она проиграла. Из-за поворота доносился знакомый голос. Осторожно выглянув, Дейни увидела Сида: он стоял в дверях кабинета. Когда она, набравшись храбрости, выглянула второй раз, Сида уже не было.
Дейни бросилась в кабинет. Ее подруга стояла посреди комнаты со странной кривой улыбкой на лице, вертя в руках карандаш. Дейни упала в кресло: силы оставили ее.
– Как же ты его не заметила? – спросила она, когда наконец смогла заговорить.
Дженни пожала плечами.
– Может, он был в туалете. А может, бродил по запасным коридорам. – Она бросила карандаш на стол. – Я-то думала, что все обошла.
– Что он сказал?
– Спросил, не я ли провела тебя в офис.
– А ты?
– А что я могла ответить? – тихо ответила Дженни, снова берясь за карандаш. – Сказала, что мы собирались вместе поужинать, вот ты и зашла за мной.
– Хорошо придумано…
– Тогда он спросил, почему человек, который здесь уже не работает, пользуется нашим новейшим и дорогим оборудованием.
– Черт! – выдохнула Дейни.
– Я сказала, что ты составляешь свое резюме. Что ты переживаешь нелегкие времена, и мне тебя жаль. Я решила помочь тебе сэкономить несколько долларов.
– А он?
– Сид? – Дженни подняла глаза к небу. – Он кивнул, проворчал что-то в том роде, что милосердие – это хорошо, но во всем должна быть мера, и пожелал мне счастливого Нового года. – Дженни сухо и недоверчиво рассмеялась.
– Может, он по случаю праздника такой добрый. Ну что ж, слава Богу, все обошлось, – с облегчением выдохнула Дейни.
Красивые карие глаза Дженни уставились Дейни в лицо. Она потеребила нижнюю губу, затем, опершись о стол, наклонилась к подруге.
– Дейни, ты сама-то веришь, что все обошлось? – тихо спросила она.
Дейни грустно покачала головой.
– Нет.
– Знаешь, Дейни, я тоже.
Дейни заплатила таксисту и вышла из машины – так грациозно, как только могла. На Новый год она купила себе потрясающее платье: ярко-алое, короткое, облегающее, с большим декольте – словно созданное для того, чтобы соблазнительно из него выскальзывать. А вот выскальзывать из такси в этом платье было не так удобно. Блейк будет в восторге, думала Дейни. После всех пережитых ужасов она, как никогда, нуждалась в его восхищении.
Дженни уверяла ее, что беспокоиться не о чем. Но Дейни не могла избавиться от чувства вины. Зачем она затеяла эту авантюру с «Апач»? Сначала подвела Блейка, теперь – Дженни. Все начиналось так здорово, и Дейни была полна надежд… И за несколько дней до победы узнала, что успех может стоить ей – Блейка, а лучшей подруге – работы.
Дейни пригладила платье, заправила белокурые волосы за уши, чтобы Блейк видел длинные – до плеч – серебряные серьги, поправила лисью горжетку на плечах и позвонила. Из-за двери раздался ответный звонок. Дейни рассмеялась. Блейк ждет с нетерпением. Пусть подождет: впереди у них вся ночь.
Постукивая каблучками, Дейни неторопливо поднималась в комнату: она знала, что Блейк должен быть там. Остановилась на последней ступеньке, прислушалась. Странно. Из-за закрытой двери не доносилось ни звука. Ни музыки, ни движения. Как будто там никого нет. Зловещая тишина повисла в воздухе. Стены, перила, картины на стенах – такие родные – стали вдруг чужими и косились на гостью мрачно и угрожающе. Дейни тряхнула головой, прогоняя наваждение.
– Три, четыре, пять, я иду искать! – громко объявила она. – Кто не спрятался, я не виновата!
Два шага к двери. Остановка.
– Ну держись, Блейк Синклер! Этого Нового года ты никогда не забудешь!
Молчание. Еще три шага.