– Будь проклят этот Дансбери! – прорычал виконт. Заметив Уильяма, он воскликнул: – А ты с ним общался! Поверить не могу!
Лилит покосилась на брата и пробормотала:
– Папа, но я…
– Это катастрофа! – загремел виконт. – Теперь не избежать скандала! Все знают, что вы были обручены. Будь проклят этот…
– Но, папа, – перебила Лилит, – ведь Дольф Ремдейл – убийца.
Лорд Хэмбл пристально посмотрел на дочь:
– Как ты об этом узнала?
Сложив на коленях руки, чтобы они не дрожали, Лилит проговорила:
– Я помогла лорду Дансбери и сыщикам с Боу-стрит задержать его светлость.
Все в изумлении уставились на Лилит.
– Ты… что ты сделала? – прохрипел виконт.
– В какой-то момент я убедилась, что лорд Дансбери прав, что его светлость – убийца. Поэтому я помогла его разоблачить.
– Ты убедилась? – переспросил отец. – Но ведь ты даже не разговаривала с Дансбери!
Лилит нахмурилась. Казалось, отца нисколько не смущал тот факт, что Дольф Ремдейл убил своего дядю, чтобы завладеть титулом.
– Нет, я говорила с ним, – возразила Лилит. – И я бы не вышла замуж за человека, который убивает ради титула. И за человека, который бьет женщину.
– Дольф ударил тебя? – спросил Уильям, невольно сжимая кулаки.
– Помолчи, Уильям! – закричал лорд Хэмбл. – Я говорю с твоей сестрой. О Господи, Лилит! Ты не хотела выходить за Уэнфорда, поэтому устроила заговор, чтобы погубить его? Как же ты глупа! Ты ведь могла стать герцогиней. А теперь никто даже не подойдет к тебе!
Лилит вскочила:
– Папа, он ударил меня! Он угрожал убить меня! Он убил собственного дядю! Как вы можете сердиться, что я не хотела выходить за него?
Виконт погрозил дочери пальцем:
– Ты слишком себялюбива! Думаешь только о себе! Ты знала, как твоей семье был нужен этот брак. Но ты взбунтовалась, потому что тебе не нравился муж, которого я выбрал для тебя. Ты все погубила! Нам придется вернуться обратно в Нортгемптоншир, и мы никогда больше не сможем снова появиться в Лондоне.
Лилит в негодовании передернула плечами. Почему отец ее оскорбляет? Она этого не заслужила.
– Но, папа…
– Видит Бог, мне придется лишить тебя наследства. Ты такая же, как твоя мать. Думаешь только о себе.
Тетя Юджиния кивнула в знак согласия. Уильям же помрачнел и снова сжал кулаки.
– Папа, шесть лет я только и делала, что думала о вас и о семье, – проговорила Лилит дрожащим от гнева голосом. Отец не любил ее. Ему было наплевать на нее. – Но взамен я не получила ничего, кроме оскорблений. Что ж, я согласна. Меня надо лишить наследства, потому что я больше не желаю быть вашей дочерью. – Она повернулась к брату: – Уильям, поможешь мне перевезти вещи в дом Пенелопы? Я больше не желаю оставаться под этой крышей.
Ошеломленный словами сестры, Уильям какое-то время молча смотрел на нее. Наконец кивнул и пробормотал:
– Конечно, помогу.
Лицо виконта побагровело. Он в ярости закричал:
– Если ты сейчас уйдешь, я никогда не разрешу тебе вернуться! У тебя не будет ни денег, ни друзей, ни дома. Ничего!