Негасимое пламя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Госпожа, сдается мне, их требуется повернуть, — послышался откуда-то из темного угла хриплый шепот Бена. — Я такое не раз видел. Ножками спутались — вот и ни туда ни сюда.

У Джессамин внутри от страха все перевернулось — Господи Боже, только этого не хватало!

— Как это? — испуганным шепотом спросила она Бена так, чтобы Мэгги ничего не слышала.

— Сначала дайте ей ваше питье. Знаете, миледи, по-моему, если просто тянуть, толку не будет, один вред. Вам нужно просунуть руку и, значит, аккуратненько повернуть их к выходу. Иногда это помогает. Ну… а бывает, что и нет.

С этими «обнадеживающими» словами Бен снова убрался к себе в угол. А Джессамин, засучив рукава, тоскливо мыла руки, собираясь последовать его совету.

Несколько долгих часов прошли в непрерывной борьбе за жизнь близнецов и их матери. С помощью обоих мужчин — Олден, подоив коров, немедленно вернулся к жене — Джессамин в конце концов умудрилась кое-как повернуть малышей. Первый, которого им удалось извлечь, уже, к сожалению, не дышал. Именно его похолодевшее тельце не давало его маленькому брату появиться на свет. Очень осторожно, едва дыша, Джессамин потянула на себя крохотное существо. Передав его Олдену, она склонилась над роженицей. А отец в это время мягко обтер сморщенное багровое личико и принялся вдувать воздух в маленькие легкие. К счастью, тот еще дышал, но вот для второго малыша все было кончено.

В комнате раздался пронзительный крик новорожденного, и слезы облегчения хлынули из глаз Джессамин. От счастья она бросилась обнимать и Олдена, и Бена. Подоспевшая на помощь служанка занялась малышом: хорошенько обмыла его, потом завернула в теплые пеленки и сунула ему в рот туго свернутую тряпочку, которую обмакнула в теплое молоко, чтобы он учился сосать. \ Джессамин вернулась к роженице. С ней дела обстояли куда хуже. Мэгги ненадолго задремала, но вид у нее был не лучше, чем у ее умершего младенца.

Знаком подозвав Олдена, Джессамин велела ему вынести крохотное тельце, не желая, чтобы Мэгги увидела его, когда придет в сознание. С помощью служанки девушка обмыла несчастную женщину и уложила на чистые простыни. Она даже постаралась зашить страшные разрывы — плоть Мэгги не выдержала, когда несчастная женщина, пытаясь родить, отчаянно тужилась. Наконец все необходимое в таких случаях было сделано.

И вот Мэгги очнулась, с трудом приоткрыла глаза и едва слышно пробормотала слова благодарности. Ее пальцы все еще сжимали ладонь Джессамин. Конечно, она была слаба, как котенок, измучена донельзя, но все-таки жива и даже смогла спросить про своего ребенка. Отбросив с глаз Мэгги слипшиеся от пота волосы, Джессамин сообщила молодой матери, что у нее здоровый, крепкий малыш. И та сразу же провалилась в сон. Джессамин тоже рухнула на стул, почувствовав, что ноги се не держат.

— Я сделала все, что могла, — сказала она Олдену, который удивленно уставился на нее. — Все будет в порядке — просто я смертельно устала.

— Вы — святая, леди Джессамин, — благоговейно прошептал он, и Джессамин досадливо поморщилась. — Все, что хотите… если я что-то могу для вас сделать… только скажите!

Джессамин, улыбнувшись, похлопала его по руке и обещала непременно вспомнить о нем, если потребуется помощь. Оставалось надеяться только на то, что сам Олден не забудет о ее трудах по крайней мере до вечера. Склонив голову, они вслух читали молитву, пока Джессамин начертала на лбу Мэгги крест — она позаботилась прихватить из замка бутылочку со святой водой.

— Теперь се жизнь в руках Господа, Олден, — устало прошептала девушка, пока фермер покрывал ее руку поцелуями.

Свистнув Неда, она вышла из дома. И с удивлением остановилась на пороге: наступил день, и яркие лучи солнца заливали ослепительным светом пожухлую коричневую траву, пробиваясь сквозь плотную изгородь, сбегавшую вниз по склону холма. А ей-то казалось, что до рассвета еще далеко. И тут только она поняла, сколько времени провела у постели Мэгги.

Сначала Джессамин ехала, ничего не замечая от усталости. Но по мере приближения к замку сердце ее начало болезненно сжиматься.

Вдалеке, в тени тяжелых туч, тянувшихся длинной чередой, лежал замок. Вдруг что-то заставило Джессамин поднять голову, какое-то неясное предчувствие, потому что она не слышала ничего необычного. Все вокруг выглядело таким мирным, будто дремало. Но, взглянув на Неда, Джессамин заметила, что старый пес тоже насторожился. Уши у него встали торчком, и шерсть на загривке зловеще топорщилась. Что-то было не так. Ветер разогнал тучи, и выглянувшее солнце озарило замок, в его лучах ослепительно сияла вода во рву.

Бен трусил позади нее, улыбаясь довольной улыбкой, и, по-видимому, ничего не чувствовал.

И тут Джессамин резко натянула поводья. Подъемный мост был опущен!

Позади нее старый Бен сделал то же самое и, нахмурившись, удивленно уставился на свою хозяйку, явно не понимая, что происходит.

— Но ведь мост же был поднят, когда мы уезжали?

— Конечно, госпожа. Так оно и было. Может быть, привезли что-то? — неуверенно добавил он, указывая на повозки во дворе, которых здесь раньше не было.

— Привезли или нет, какая разница… разве можно так копаться?! Его следовало поднять сразу же! Поехали, нужно торопиться. Ну, Саймон, погоди! Дай только добраться до замка, а там уж я за тебя возьмусь! — пробормотала Джессамин, подгоняя Мерлина каблуками.

Лошадка стремительно рванулась вперед, и через несколько минут они уже скакали по деревянному мосту через ров. Нед огромными прыжками несся рядом с Джессамин, изо всех сил стараясь не отставать.

Джессамин удивилась еще сильнее, когда обнаружила, что никто даже не заметил, что они вернулись в замок по мосту.

Стиснув зубы, Джессамин чувствовала, как в душе волной поднимается гнев. Скорее всего Уолтер намеренно игнорировал распоряжения Риса. Это в его духе — выкинуть одну из своих дурацких штучек.

Через настежь распахнутые ворота она въехали во двор. И тут краем глаза Джессамин заметила нечто странное… отблеск чего-то голубого и вскинула голову. Страшный сдавленный крик вырвался у Джессамин — на верхушке башни реяли два знамени! Один из них, тот, что висел пониже, был белый с золотом флаг Дакре. А над ним на ослепительно голубом шелке сверкала серебром свернувшаяся змея — герб сэра Ральфа Уоррена!

Глава 17

Испуганно взвизгнув, Джессамин повернула коня. Она едва успела криком предупредить трусившего за ней по пятам Бена, как… было уже слишком поздно!

Вооруженные люди выросли как из-под земли, и через мгновение Джессамин увидела, что их окружают воины сэра Ральфа Уоррена.

— Добро пожаловать домой, леди Джессамин!