Негасимое пламя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он заранее позаботился послать двоих из отряда, чтобы те проводили Джессамин до городских ворот. Но, как ни странно, их вес еще не было. Конечно, вряд ли могло случиться что-то непредвиденное. Но почему-то Рис не мог избавиться от ощущения, что Элинед пронюхала обо всем и каким-то образом ей удалось выместить свой гнев на Джессамин. Теперь Рис уже не сомневался — Элинед узнала о том, что он провел ночь на Рождество в постели Джессамин.

Когда он вскочил в седло, Элинед вдруг выбежала во двор, чтобы поднести ему прощальный кубок вина на дорогу. Разодетая в свое лучшее платье, отороченное драгоценным мехом, с изящно уложенными светлыми волосами, она проводила его очаровательной улыбкой, но глаза ее были холодны как лед. Выпив кубок, он поблагодарил ее и поцеловал ей руку.

— Надеюсь, ты сполна насладишься ею за неделю, любовь моя, потому что, клянусь, это будет в последний раз, — сказала тогда Элинед.

С этими словами она круто повернулась и вбежала в дом.

И все время, пока он ехал по Лоуэр-Бридж-стрит, запруженной народом, гружеными повозками и of арам и овец, Рис не мог выбросить из головы прощальные слова Элинед. Как раз через неделю он со своими людьми рассчитывал прибыть в Кэрли.

Возможно, Элинед догадалась, что Джессамин и была тем самым пареньком, который привез в Честер письмо. После этого нетрудно было догадаться и о том, что в Кэрли он вернется вместе с Джессамин. Так что же за подлость задумала эта хитрая маленькая сучка? Он давно уже знал, как она ревнива, мстительна и жадна, — Элинед никогда не потерпит, чтобы кто-то или что-то стояло между ней и тем, что она уже считает своим. А ведь она давным-давно привыкла к мысли, что именно он и никто другой станет ее мужем. Да разве только это? По какой-то непонятной для него причине она хотела получить его. Риса, и никого другого. Вспомнив об этом, он почувствовал смутную тревогу. Похоже, Джессамин в большой опасности. Он не должен спускать с нее глаз, иначе ему не удастся защитить ее. Как удачно, что у Элинед не хватило ума промолчать о том, что она замышляет! А уж он позаботится, чтобы задолго до того, как она вернется в Уэльс, было официально разорвано то проклятое соглашение, что не хуже кандалов связывало его по рукам и ногам.

Тут он заметил, что с севера к ним приближается группа всадников, закутанных в плащи. Они ехали быстрой рысью, низко опустив головы, укрываясь от пронизывающего ветра. Как только они поравнялись с ним, Рис узнал путешественников. Тревога его исчезла как по волшебству.

— Однако ты не торопился, парень! — прокричал он Бронли, который, завидев командира, пришпорил Коня, чтобы приветствовать его.

— А сколько народу на улицах — мы думали, что так никогда и не выберемся из этого проклятого города! Нет уж, дома куда лучше! — проворчал тот.

Но внимание Риса было приковано к тоненькой фигурке на огромном, слишком высоком для женщины коне.

— Джесси… слава Богу, с тобой все в порядке! А я уже воображал всякие ужасы! — выдохнул Рио прерывающимся от волнения голосом. Он взял ее замерзшие руки в свои и благоговейно поднес их к губам. Нет, он не осмелится обнять ее на глазах у своих людей, хотя порой ему казалось, что они и без того догадываются, кто завладел всеми его помыслами.

— Наконец-то… эти часы показались мне вечностью! Знаешь, до сих пор не верится, что мы и в самом деле вместе отправляемся в Кэрли, — ответила Джессамин. Сердце у нее бешено заколотилось при взгляде на его суровое лицо с гладкой оливково-смуглой кожей. От холода черты заострились, и сейчас Рис казался намного старше. А может быть, его состарило беспокойство — ведь предстоящее путешествие обещало быть нелегким. Ей и самой никак не удавалось избавиться от страха при мысли о том, что придется встретиться с отрядом сэра Ральфа.

Они оставили позади шумный и беспокойный Честер, впереди расстилалась безлюдная равнина.

Вскоре показались Чеширские пустоши, будто призрачным саваном окутанные седоватым покровом тумана. Решив сократить путь, они свернули с главной дороги и направились через болотистые топи. Когда же путники вернулись на дорогу, лошади быстро набрали скорость, а вооруженные всадники, сомкнув ряды, мгновенно превратились в небольшой, но грозный отряд.

Был уже полдень, когда они решили пообедать и дать отдых лошадям.

В следующий раз отряд остановился, когда над землей уже сгустились сумерки. К счастью, им удалось найти какой-то постоялый двор.

Поездка для Джессамин была тяжелой, Но она ни о чем не жалела — ведь Рис все время был рядом. Джессамин опять предпочла переодеться в мужское платье и сейчас напоминала юного оруженосца, отправившегося в свой первый поход. Всю дорогу Рис не переставал дружески болтать с ней — много и охотно рассказывал о себе.

На третий день путешествия они коснулись в разговоре и политики. И хотя Джессамин мечтала, чтобы их отношения так и оставались вне династических разногласий, но в глубине души прекрасно понимала, что вряд ли это возможно.

— Так, значит, ты — один из приверженцев Глендовера? — собравшись с духом, отважилась она спросить наконец.

— А как ты угадала? — ответил он вопросом на вопрос.

— Ну… в конце концов, ты же валлиец. Вот мне и показалось, что так и должно быть.

— А как насчет тебя, Джессамин, — можно узнать, на чьей ты стороне?

Она пожала плечами, даже не зная, что сказать.

— Видишь ли, как ни странно, но владельцы Кэрли традиционно сохраняют нейтралитет.

— Но это невозможно! Вы должны сделать выбор: Генри Болингброк или король Ричард!

Она уставилась на него широко распахнутыми глазами, не веря своим ушам:

— Но ведь король Ричард мертв!

— Или скрывается, дожидаясь удобного момента, чтобы вернуться и потребовать назад свой трон. Оуэн Глендовер верит в это. Когда-то много лет назад он был его оруженосцем. После того как король попал в плен, Глемдовер долго разыскивал его, но все было напрасно.

— Я знаю, многие валлийцы до сих пор верят в то, что Ричард жив, — начала Джессамин, ласково положив ладонь поверх его руки. — Но король умер, Рис. Один менестрель рассказывал мне, что сам видел, как тело Ричарда везли из Понтефракта. Он хорошо знал короля в лицо… тут не могло быть никакой ошибки.

— Может, твой менестрель просто набивал себе цену!