— Возраст! Да и артрит. Надо как-то сохранить оставшуюся энергию, — сказал он с натянутой улыбкой. — Эта компания стоит много миллиардов долларов, Левантер. Тысячи служащих. Держатели акций. Пока я здесь, они не могут следить за состоянием моего здоровья. Никому до меня нет дела. Вы — первый, — усмехнулся он.
Левантер махнул рукой в сторону обширного парка:
— И это все ваше?
Вестон кивнул:
— Конечно. Но это не так много, — быстро добавил он. — Всего лишь двадцать пять акров. Мой сосед — араб, так у него земли в четыре раза больше, и он выстроил восемь отдельных вилл — по одной для каждой жены! Левантер снова сел в кресло:
— Что вы предпримете, если я расскажу, от кого получил подробную информацию о сделке в Монако и о переговорах на озере Тахо?
Вестон оживился:
— Того, кто допустил утечку информации, я уволю. Я преподам этому ублюдку такой урок, которого он вовек не забудет.
— Зачем?
— Затем, что это открытое акционерное общество. Подобная утечка может иметь весьма серьезные последствия. — Он замолчал.
Тогда заговорил Левантер.
— Конечно может. Она может привести к отставке руководства и к утрате доверия в Вашингтоне и на Уолл-стрит. Акционерный капитал пойдет на дно, миллионы держателей акций лишатся своих сбережений. Вы будете сидеть здесь, наслаждаться уютом высокогорного поместья, наслаждаться плодами удачи, сопутствовавшей вам годами, а тем временем множество вкладчиков, подрядчиков и субподрядчиков и десятки зависящих от вашего конгломерата компаний будут выкинуты из бизнеса.
Вестон поднялся с кресла с пылающим лицом:
— Минуточку, минуточку! — Он повысил голос. — Я никому ничем не обязан!
— Минуточку! — в тон ему сказал Левантер. — Я знаю человека, по вине которого произошла утечка информации.
— Сколько вы хотите за то, что назовете его имя?
— Я не сказал, что собираюсь торговать своими сведениями. И не сказал того, что собираюсь предоставить их кому-то другому, — сказал Левантер. — Но если к вам придет кто-нибудь другой, готовый выдать вам источник информации, сколько вы заплатите ему?
Вестон опустился в кресло.
— Этот ублюдок в «Пасифик-энд-Сентрал» — единственный, кто виноват в утечке информации?
— Насколько я знаю, единственный, — уверенно сказал Левантер.
— И его можно остановить?
— Без всякого труда!
Вестон взял карандаш и написал что-то в маленьком блокнотике. Затем оторвал листочек и протянул его Левантеру.
Левантер взглянул на листок.
— Вы уверены, что не слишком расщедрились? — спросил он.
— Но ведь это еще не чек! — усмехнулся Вестон.
Левантер поднялся и вышел в холл. Он достал конверт из кармана пальто, вернулся в гостиную и вручил конверт Вестону.
— Вот он, в целости и сохранности, — сказал он. — А отправитель и есть тот ублюдок, из-за халатности которого мне удалось его заполучить.
Вестон прочитал имя. Он густо покраснел и поспешно вскрыл конверт.
— Что вы называете «халатностью»? — спросил Вестон.