Ей показалось, что голос Дорин звучит слишком громко и нетерпеливо.
В первое мгновение Джэн не могла припомнить, где она. Потом она пришла в себя и улыбнулась.
— Все было очень мило.
— Весь обед съела?
— Все до крошки.
— А как выглядит брауновская сестра? Страшное чудище?
— Да нет, она чудесная. Милейшее и добрейшее существо, симпатичнее просто трудно себе представить. И она ничем не напоминает тебе о том, что работает бесплатно.
— Вот эта новость для меня приятней всего.
Дорин едва успела закончить мытье посуды после обеда, как раздался стук в дверь. Это была домохозяйка. У Джэн оборвалось сердце. Если ты платишь квартплату вовремя, домохозяйка заглядывает только затем, чтоб сделать какое-нибудь замечание. А что, если хозяйка возражает против ее возвращения домой? В санатории ей приходилось слышать и о таких случаях.
Дорин вышла и затворила за собой дверь. Джэн напрягала слух, но они, наверно, пошли в контору хозяйки. Джэн сердилась на сестру. Как это глупо со стороны Дорин: всегда все старается скрыть от нее.
Миссис Смит тщательно прикрыла за собой дверь конторы.
— Вы не предупредили меня, что снова привозите сюда сестру, — сразу выпалила она.
— А я не предполагала, что должна обязательно предупреждать вас. — Голос у Дорин дрожал, хотя она и старалась сохранять спокойствие.
— Как же это не обязательно, если вы привозите тяжелобольную девушку в мою собственную квартиру?
— Так вот и не обязательно. Вы сдавали квартиру на двоих, и я вносила квартплату за двоих все время, пока сестры моей не было, так что, естественно, я думала, что это — мое дело, привожу я ее сюда или нет.
Домохозяйка остановила на Дорин жесткий взгляд своих круглых глазок. У нее была привычка плотно сжимать рот, так что губы становились едва заметными. Дорин молчала, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Это противозаконно привозить человека с инфекционным заболеванием в дом, где живут здоровые люди, и я не позволю, чтобы у меня в квартире жили туберкулезные.
— Мы платим за квартиру и никого не беспокоим, не понимаю, на что вы можете жаловаться.
— Ну так знайте, вам придется выехать, вот и все.
— Но, миссис Смит, нам же некуда деться!
— Это не мое дело. Мое дело содержать дом и смотреть, чтобы никто из жильцов не мог жаловаться. Если станет известно, что у вашей сестры туберкулез, все мои жильцы начнут разъезжаться.
Хозяйка затронула больную для Дорин тему.
— Хотела бы я спросить у них, куда они станут разъезжаться? Если бы это было так легко, как вы говорите, я бы давно уже уехала отсюда.
Миссис Смит взорвалась.
— В общем, я не хочу, чтобы она здесь жила, и все. Вам понятно?
Дорин покачала головой.
— Мы вынуждены будем оставаться здесь, пока не подыщем еще чего-нибудь.
— Тогда я заявлю на вас в департамент здравоохранения. И подам в суд.
— Отлично. Заявляйте в департамент, заявляйте в суд, делайте что угодно, но знайте, что я с места не тронусь, пока мне некуда будет перевезти сестру.
Миссис Смит встала и погрозила Дорин пальцем.