Мы другие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   —  Значит, есть третья сила, которая поддерживает и наращивает этот конфликт, и эта сила — мы, — сказал Габор и добавил: — К власти пришли Ханоты, сильные и наглые, сметающие все на своем пути, плюющие на общепринятые и мировые правила и законы. В открытом противостоянии с Ивори на Украине это могло быстро прекратиться, но телевидение, принадлежащее олигарху рода Милнов, не дает быстро закончить конфликт. Мы подливаем масло в огонь, поддерживая то одну, то другую сторону.

   —  Но несложно же понять, что есть и третья сторона, — возразил Гари.

   —  Милнов никогда ни во что не ставят, сосредоточившись на основном враге, а мы через телевидение и Интернет сталкиваем их между собой, ожидая, когда они перебьют друг друга. Миллионы противоречивых комментариев от несуществующих людей только раздувают конфликт, а эмоциональные истории порождают ненависть между сторонами. Телевизор программирует население, а типа «умные», которые не смотрят, как они говорят, «зомбоящик», еще быстрее программируются через Интернет и собственное тщеславие. Две стороны конфликта быстрее договорятся или одна из них уничтожит другую, но когда есть третья сторона, влияющая на обеих, то конфликт может длиться очень долго, — сказал Габор.

   —  А что дальше? Как мы выиграем? — спросил Дмитро.

   —  Нам не нужно выигрывать, мы уже выиграли. Нам нужно управлять и влиять на людей, и это не будет открытое противостояние. Взяв все рычаги управления, мы можем оставаться в тени, влияя на умы через тысячи нитей воздействия.

Запомните: мы управляем удовольствиями, а человек в жизни платит всего за две вещи: за удовольствие и за решение проблем. Мы научились управлять через удовольствие, теперь будем создавать проблемы, предлагая их решения, — сказал Габор и вышел на небольшой балкон, находившийся над основным, на котором собралось много народу в ожидании чего-то.

Внезапно раздался хлопок, и черноту ночи озарил красивый салют, разрывая небо и сердца людей, которые вскидывали руки вверх и были счастливы. С каждым грохотом очередного залпа энергия все сильнее вырывалась вверх, словно килотонны света летели в космос. Залпы не заканчивались, с каждым разом все сильнее и сильнее озаряя темное небо.

Где-то внизу много людей праздновало и веселилось, получая удовольствие от всего, что происходит. Гари стоял и улыбался, получая удовольствие от другого чувства, до сих пор ему не ведомого. Он возвышался над всеми этими людьми, которые раньше были для него недосягаемыми, а сейчас он был выше их. Гари думал, что находится с первыми людьми его рода, которые посвятили его и пригласили в глобальную игру. Он понял, что весь его путь за последнее время — это спланированный план по столкновению двух сил, чтобы их род вышел из всего победителем. Сердце бешено колотилось, отдаваясь во всем теле, под такт музыки, которая была повсюду, и взрывам салюта, который освещал все вокруг на километры. Гари закрыл глаза и расправил руки, обнимая все, что он видит и слышит, словно вбирая всю энергию происходящего в себя. В этот момент он не думал ни о своем прошлом или будущем, ни об Иване или Миле Йовович, ни даже о Милене… Он вообще ни о чем и не о ком не думал. Он просто стоял на балконе и улыбался, управляя всем миром…

   —  Ты все равно слабак.

   —  Нет, ты же видишь, что я изменился.

   —  Да, ты стал умнее, многое понял, но глубоко внутри остался прежним.

   —  Я совершенно другой, ты не знаешь меня.

   —  Не смеши. Я знаю тебя, потому что я — это ты. Когда у тебя будет выбор, не уверен, что ты выберешь то, о чем сейчас говоришь и во что веришь. Повторю тебе: люди не меняются…

   —  Я не такой…

   —  Сущности не меняются… ты другой… ты с другой стороны…

ПЛАНЕТА ЗЕМЛЯ

   —  Знаешь, Андрей, я заметила за собой, что мне теперь сложно общаться с людьми, у которых карие глаза, — сказала Лиза Андрею.

Они стояли возле окна в своих апартаментах с выключенным светом, глядя на ночную Москву. Тысячи огней автомобилей неслись куда-то по своим важным делам, миллионы огней города говорили о жизни, которая бурлила в каждой точке. Для всех водителей, спешащих по своим делам, стеклянные башни Москва-Сити воспринимались по-разному. Кто-то думал, зачем их построили, кто-то гордился архитектурным сооружением, кто-то завидовал людям, живущим и работающим там, но никто представить не мог, что там наверху два сердца могут стучать одновременно, вместе с маленьким, редко бьющемся сердечком.

   —  Не думай об этом. Не все люди со светлыми глазами — Ивори. Я вижу такое количество бестолковых голубых глаз, что даже страшно. Они такие пустые, что начинаешь сомневаться, люди ли это вообще. Просто общайся, — ответил Гари Милене, с которой они, укутавшись теплым пледом, сидели на небольшом балкончике и разговаривали. Париж был прекрасен теплым осенним вечером, когда огни Эйфелевой башни уже отчетливо виднелись, а пешеходная улица внизу наполнялась людьми. С балкона можно было наблюдать, как постепенно зажигаются огни большого города, словно новые маленькие мирки зарождались во вселенной. Время практически остановилось, и казалось, что прошлого и будущего нет, а есть только здесь и сейчас.

   —  У меня, кстати, был друг с зелеными глазами. Я не знаю, был ли он Милном, но я ему никогда не доверяла. Он казался каким-то хитрым и странным, мне с ним приходилось сложно, — рассказывала Зена Эльхану, с которым они шли по пустынному пляжу Мидленд-Бич в Нью-Йорке. Вдали виднелся мост Верразано, соединяющий Бруклин и остров Статен. Совсем далеко возвышались небоскребы, подтверждая величие сверхдержавы. Было довольно тепло, но никто не купался в это время года, лишь редкие люди попадались навстречу. Эльхану очень понравилась Америка, особенно пустынные пляжи. Он шел, погруженный в свои мысли, держал Зену за руку, чего раньше практически никогда не делал ни с одной девушкой. Накидку Зены трепал легкий ветерок, дувший справа, со стороны залива Лоуер, который переходил в Атлантический океан.

   —  Мне кажется, что развитие — это умение принимать то, что не разделяешь. Наверное, мы сможем принимать только то, что они не такие, как мы, — сказал Андрей, еще крепче прижав Лизу к себе, а потом добавил: — Они — другие… а для них другие — мы…

   —  Их понимать нужно только в одном случае, чтобы понять своего врага. Мы никогда не примем их, так как они чужие для нас, — ответил Эльхан Зене, а через мгновение остановился, посмотрел в ее глаза и сказал: — Точнее, они не чужие… они не такие, как мы… они — другие…

Милена долго, не отводя глаз, смотрела на Гари, а потом сказала:

— До встречи с тобой у меня не получалось построить близкие отношения. У меня были долгие отношения, а также яркие и скоротечные, но не было близких. Это не любовь, это нечто большее. Когда чувствуешь человека всего и полностью, когда доверяешь ему, и нет в нем ни одного темного угла, в котором может спрятаться ложь, предательство или что-то еще. Когда тебе не нужно искусственно вызывать к себе интерес, сохраняя интригу, чтобы мужчине было интересно. У меня были интересные люди, с которыми меня многое связывало, но никогда не было близких людей… все они были другие, а оказалось на самом деле… это мы… мы — другие…