Вот черт! Привязался с этой машиной!
В поредевшей толпе он заметил Анну Тропеано, которая разговаривала с хорошо одетым мужчиной лет сорока. Наверняка это Гвидо Серравалле. Монтальбано окликнул проходившего мимо Джалломбардо:
- Ты куда собрался?
- Иду домой обедать, комиссар.
- Какая жалость! Придется с этим повременить.
- Пресвятая Богоматерь! Как раз сегодня моя жена приготовила потрясающую пасту!
- Вечером поешь. Видишь вон тех двоих, темноволосую синьору и синьора, который с ней разговаривает?
- Так точно.
- Не теряй его из виду. Я скоро поеду в комиссариат, информируй меня каждые полчаса. Что он делает, куда идет.
- Так точно, - сказал смирившийся со своей участью Джалломбардо.
Монтальбано направился к мужчине и женщине. Анна, увидев его, словно засветилась изнутри: очевидно, общество Серравалле ее раздражало.
- Сальво! Как дела?
Она представила их друг другу.
- Комиссар Сальво Монтальбано, доктор Гвидо Серравалле.
Монтальбано безупречно сыграл свою роль.
- А ведь мы с вами разговаривали по телефону!
- Да, я предлагал вам свою помощь.
- Очень хорошо помню. Вы приехали из-за несчастной синьоры?
- Не мог не приехать.
- Понимаю. Уезжаете сегодня же?
- Да, выпишусь из гостиницы около пяти вечера. Мой самолет вылетает из Пунта-Раизи в 20.00.
- Очень хорошо, - сказал Монтальбано. Словно его безумно обрадовало то, что все, к их великой радости, могли, помимо всего прочего, положиться на регулярность авиарейсов.
- Знаешь, - заметила Анна светским непринужденным тоном, - доктор Серравалле пригласил меня пообедать с ним. Почему бы тебе к нам не присоединиться?
- Буду очень рад, - подтвердил Серравалле, у которого не было другого выхода.
Глубокое сожаление тут же отразилось на физиономии комиссара.
- Если бы я знал раньше! К сожалению, у меня неотложные дела.
Протянул руку Серравалле:
- Очень рад был с вами познакомиться. Хотя, принимая во внимание обстоятельства, не следовало бы так говорить.
Он испугался, что переигрывает, изображая полного кретина. Жаль, он уже начал входить в роль. В самом деле, глаза Анны изумленно округлились.
- А с тобой мы созвонимся, да, Анна?