— Пошлите Хугго, он мальчик крепкий.
— В этом водевиле, Траммэр, каждый играет свою роль. Сто фунтов сейчас и через десять минут ни пенса! — резко закончил Лаусон и пошел к трапу.
В это время судно накренило на противоположный борт, Лаусон не успел ухватиться за поручни, и его отбросило назад, к Траммэру.
Поддержав Лаусона, механик сказал:
— Можно, сэр, чеком на Варде. Да пришлите мне двух парней на помощь…
Водолаз еще был под водой, когда справа за бортом показалась шлюпка с «Вьюги». Траммэра вытащили на палубу, он съехал по трапу вниз, и только в машинном отделении удалось снять с него водолазный шлем.
По внутреннему телефону Лаусон спросил:
— Траммэр, вы честно заработали сто фунтов?
— Я, сэр, честно заработал двести! Очищен правый и средний! Гарантирую двадцать узлов хода.
— Швартуются пограничники. Траммэр, чтоб у вас был достаточно кислый вид!
— Есть, кэп!
Ответа Лаусон уже не слышал. Держась за поручни, он шел на ют.
Нагорный закрепил конец. На палубу поднялись капитан Клебанов, боцман Ясач-кый и радист Аввакумов, в шлюпке остался старшина Хабарнов.
Открыв на первой странице разговорник, Клебанов спросил:
— Ер де ди сом ер капитан? [26]
Вежливая улыбка сбежала с лица Лаусона, он не понял вопроса.
— Йей ер репресентант фор Совиет Унион гренсе вахт! [27] — внушительно произнес Клебанов.
Снова наступила пауза, во время которой Лаусон, любезно улыбаясь, развел руками.
— Вильди комме мед скип документер! [28] — потребовал капитан.
— Послушайте, капитан-лейтенант, на каком языке вы говорите? — по-русски спросил Лаусон.
— Вы же идете под норвежским флагом! — сдерживая растущее раздражение, сказал Клебанов.
— «Бенони» приписан к норвежскому порту. Что касается меня, я англичанин, Генри Лаусон. Рад с вами познакомиться. Впервые я встретился с вашими соотечественниками на Эльбе, в сорок пятом году. Несколько лет работал с русскими в комендатуре Берлина.
Пока капитан объяснялся с Лаусоном, боцман Ясачный, окинув взглядом ют, увидел еще мокрые водолазные калоши с грузом. Внимание его привлекла и шлюпка без чехла, под ее кормовой банкой лежали два туго набитых рюкзака и саперные лопаты. Подтянутая на талях, двойка была поднята с кильблоков и готова к спуску на воду.
Боцман отозвал капитана Клебанова в сторону и доложил обо всем, что увидел на юте.
Выслушав Ясачного, капитан вернулся к поджидавшему его Лаусону.
— На все время, пока «Бенони» находится в наших территориальных водах, радиорубку закрыть, — сказал Клебанов и, сопровождаемый Аввакумовым и Лаусоном, направился к надстройке.
Нагорный с автоматом в руке последовал за ними.
Человек шесть команды мотобота собралось на юте. Подняв воротники подбитых мехом курток, они курили и безучастно наблюдали за происходившим.
Заряд затянулся. Снежная мгла плотно закрыла сторожевой корабль.
Осмотрев рубку, капитан Клебанов приказал Нагорному остаться здесь для наблюдения.
[26] Вы капитан? (норвежек.).
[27] Я являюсь представителем пограничной охраны Советского Союза.
[28] Прошу предъявить судовой документ!