— Спрашивайте у вашего робота, которому приказали убить меня.
— Какая ерунда, господин Кокс! Вы сами не верите в то, что говорите. Я не вижу на вас ни единой царапины, а стоимость очков и вашего костюма я, разумеется, компенсирую.
— Еще бы! Вы компенсируете и моральный ущерб, который причинили мне?
— С удовольствием. Сколько вы желаете?
— Ничего мне сейчас не надо. Только выпустите меня отсюда.
— Но вас никто не держит.
— Он! — прерывающимся голосом воскликнул адвокат, указывая на Ио. — Он продержал меня здесь три часа, не давая выйти, не позволяя приблизиться к видеофонам. Вы не станете отрицать, что это сделано по вашему приказанию?
— Действительно, я просил его передать моим возможным гостям просьбу подождать моего возвращения. Но я не предполагал…
— О-хо-хо, просьбу! — снова взорвался адвокат, воздев руки к потолку. — Ничего себе, просьба! Это покушение на неприкосновенность личности. Если я подам на вас в суд…
— Вы не станете подавать на меня в суд, господин Кокс, — спокойно прервал Рут, — не станете… по многим причинам… А что касается неприкосновенности личности в нашей стране, то вчера вечером в центре города почти на моих глазах убили человека — женщину, а сегодня, полчаса назад, выбросили другого человека из окна. Примерно с двадцатого этажа… И кажется, никого это особенно не удивило…
Адвокат испуганно покосился на открытую балконную дверь и поспешно отступил к противоположной стене кабинета.
— Я сказал это не для того, чтобы испугать вас, господин Кокс, — продолжал Рут, — но мне показалось, что именно с неприкосновенностью личности здесь не все благополучно… Поэтому — лучше без демагогии… За прискорбное недоразумение прошу меня извинить. Я совсем не ждал вас сегодня. Кроме того, рассчитывал вернуться много раньше.
— Тем не менее я категорически отказываюсь от ведения ваших дел.
— Он сказал это сразу, как вошел, — послышался вдруг шепелявый голос Ио.
Рут обернулся. Красноватые глазки робота были устремлены на адвоката. Их выражение не будило сомнений. Во взгляде Ио читалась ненависть.
— О чем ты говоришь, Ио? — спросил Рут, отстраняя робота подальше от адвоката.
— Он пришел сразу после вашего ухода, капитан Доррингтон. Он сказал, что не будет больше вести ваши дела. Просил сказать это вам. Потом дал письмо и хотел идти. Я просил подождать. Он не хотел. Я еще просил. Он не хотел; кричал разные слова: некоторые я знаю — это плохие слова; другие — не знаю, но я их запомнил…
— Где это письмо? — спросил Рут, обращаясь к адвокату.
— У вашего робота что-то не в порядке с программой, — пробормотал адвокат после довольно долгого молчания, — советую вам заменить его.
— Где это письмо?
— Письмо, которое я написал здесь… Оно на вашем столе…
— Это то письмо, Ио? — спросил Рут, указывая на конверт, лежавший на письменном столе.
— Нет, — отрезал робот. — То письмо он схватил, когда я не хотел, чтобы он ушел…
— Где первое письмо, господин Кокс? — повторил Рут тоном, не предвещавшим ничего хорошего.
— Уверяю, капитан, у вашего робота не в порядке тут, — адвокат повертел пальцем у своего виска, — или в другом месте. Сдайте его в переплавку. Иначе он натворит бед. Никакого другого письма не было, клянусь вам…
Ио неспокойно шевельнулся.
— Скажи, Ио! — кивнул Рут.
— Он разорвал письмо и положил туда. — Ио указал пальцем на правый карман куртки адвоката.
— Дайте то, что осталось, Кокс. — Рут протянул руку. — Ну, живо! Не советую дальше разыгрывать комедию.
Адвокат молча бросил на стол разорванный надвое конверт.