— Ты ничего не выбрасывал в мусоропровод?
— Пустые бутылки и пустой тюбик из-под мыла.
— А большой конверт не выбрасывал?
— Нет.
Рут прошелся по комнате, размышляя. Может, не стоит придавать всему этому значения? Однако что-то настораживало… Там, на Плутоне, Рут научился угадывать грозящую опасность. В такие мгновения словно электризовались мышцы и напрягалась воля. Подобное ощущение у него появилось и сегодня. Потом, во время полета с Кари, оно исчезло. И вот сейчас возвратилось. А может, просто сдают нервы? Что могло бы угрожать тут, на Земле?..
Рут взглянул на Ио. Робот продолжал стоять в дверях, очевидно ожидая дальнейших вопросов или распоряжений.
— Ты выходил сегодня?
— Да, на подзарядку.
— Когда это было?
— От четырнадцати до четырнадцати сорока.
— В твое отсутствие кто-нибудь мог войти сюда?
Ио неспокойно шевельнулся, его красноватые глазки замерцали. Рут решил, что он не понял, и хотел повторить вопрос, но Ио неожиданно прошепелявил:
— Я встретил его в коридоре.
— Кого?
— Кто мог войти.
— Но ты не видел, как он заходил?
— Нет.
— Почему же ты думаешь, что он заходил?
— Я не думаю. Робот моей системы не может думать.
— Черт побери, — не удержался Рут. — Почему же ты сказал, что он мог?
— Потому, что он спросил, не робот ли я капитана Доррингтона.
— Ну и что?
— Я не должен отвечать каждому. И ему не ответил.
— Прекрасно, и что дальше?
— Он сказал, если я робот капитана Доррингтона и скажу капитану Доррингтону, что видел его, он велит послать меня в переплавку.
— Вот что… Но разве от него это зависит?
— Не знаю…
— А ты не хотел бы, конечно, чтобы тебя послали в переплавку?
— Никто из роботов моей системы не хотел бы этого.
— Прекрасно, Ио. Обещаю тебе, что пока я жив и ты со мной, никто не посмеет послать тебя в переплавку.