— Как же так, Джек? Вы уверены? Откуда вы знаете?
— Один сыщик сказал.
— А кто этот лягавый, вы знаете?
— Догадываюсь.
— Да как же он сюда пробрался? А для чего же тогда наши втерлись в школу сыщиков? Прозевали, значит?
— Уж как-то пробрался. О’Флаэрти тоже не дурак. Это его рук дело, черт его подери.
— Что же вы будете делать, Джек?
— Я думаю, это Бэдсон. Он сейчас тут. Вчера, когда мне сказали про это, мы с Фрэнком пошли к нему на квартиру, но не застали, а от его матери ничего не удалось узнать. Вот я с ним сейчас потолкую. Мы его спросим напрямик.
Джон Уэст вышел в зал и отыскал высокого молодого человека в длинном черном пальто.
— Мне надо с вами поговорить, — сказал он.
Тот покраснел, но, не споря, пошел за Джоном.
— Боров, поди-ка сюда на минуту, — на ходу бросил через плечо Джон Уэст.
В кабинете Уэст уселся за стол; Пэдди Вудмен стал рядом.
— Ваша фамилия — Бэдсон?
— Да, — смущенно ответил Бэдсон, оглядываясь в поисках стула.
— Вы служите в полиции? — в лоб спросил Джон Уэст.
Бэдсон промолчал, вертя в руках шляпу; вошел Боров и остановился у него за спиной.
— Неужели вы опустились так низко, чтобы пойти служить в полицию? — спросил Пэдди.
— Если это должен быть разговор с глазу на глаз, пусть эти люди уйдут, — сказал Бэдсон.
— Это мое дело, кто уйдет, а кто останется, — отрезал Джон Уэст.
— Зачем вы вчера вечером приходили ко мне на дом? — спросил Бэдсон.
— Приходил узнать, не выиграл ли ваш билет, — солгал Джон Уэст. — Но вы не ответили на мой вопрос. Вы служите в полиции?
— Нет.
— Разрешите вас обыскать?
Бэдсон положил шляпу на стол, медленно снял пальто, пиджак и жилет и протянул все это Джону Уэсту; тот с сомнением посмотрел на него, потом стал обшаривать подряд все карманы: немного денег, несколько клочков бумаги, пачка табаку, железнодорожный билет и еще кое-какая мелочь, но ничего уличающего.
Джон Уэст поднялся из-за стола, подошел к Бэдсону и в одном из брючных карманов обнаружил записную книжку. Он быстро перелистал ее, затем внимательно просмотрел каждую страничку, но они были чистые, не исписанные. Он со злостью швырнул книжку на стол и начал ходить из угла в угол, точно зверь в клетке.
— Я же знаю, вы из тех лягавых, что работают на О’Флаэрти. Я вам точно могу назвать день, когда вы нанялись в полицию. Я все знаю!
Бэдсон беспокойно следил за каждым его движением.
— Нечего мне зубы заговаривать. Мне все известно. С тех пор как я открыл клуб, О’Флаэрти нанял тридцать человек, чтобы шпионить за мной. А через полгода их всех вышибли. — Джон Уэст с угрожающим видом остановился перед Бэдсоном. — И вас тоже вышибут. Этому О’Флаэрти шею свернуть надо за то, что он зря губит таких вот парней. — Уэст уже почти кричал. — Будь я его родным братом, я все равно бы ему шею свернул. Слышите? Ему надо шею свернуть!
— Но я же вам сказал, что не служу в полиции и не знаю никакого О’Флаэрти, — с отчаянием произнес Бэдсон, косясь через плечо на Борова.