Дневник космонавта. Три жизни в космосе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

21 марта 2001 г.

Положение у меня трудное. С одной стороны, перед полетом говорили, что лидирующим ЦУПом будет Хьюстон, и я настроился, что это будет английский язык, американский аналог российского плана - «Ф24» и т. п.). Но вчера получил радиограмму, подписанную руководителем полёта Владимиром Соловьевым, где сказано, что в виду неспособности (неготовности) ЦУПа-Х вести оперативное планирование, основной формой работы экипажа на «переходный период» будет «Ф24». На Земле продолжается борьба и это не может не отражаться на нас. Я очень не хочу, чтобы экипаж был вовлечен в эту борьбу - тогда нам труба, можно закрывать люки между сегментами. Пытаюсь взять полезное из обеих форм, знаю, что в ЦУПах работает много людей по вопросу этой интеграции и у каждой из этих форм есть свои преимущества и недостатки. Конечно, у наших побольше опыта, но американцы учатся, и надо их научить планировать. Стараюсь сделать работу экипажа максимально эффективной: Джим и Сюзан поначалу будут больше работать по американскому сегменту и постепенно будут вовлекаться в работы с системами российского сегмента. Так меньше риск ошибок на начальном этапе. Посмотрим, что из этого получится, я ведь тоже учусь на ходу.

Приступили к разгрузке «Прогресса». Ребята ввязались в эту работу с удовольствием, но я стараюсь притормаживать их, очень важно занести все данные в базу - иначе утонем.

Второй день занимаюсь физкультурой на велотренажере - это удивительно, люди хотели сделать как лучше, а получилось… Ну как можно крутить велосипед одной рукой, а другой выбирать режим. Иначе, если остановишься, то экран пульта погаснет, потому что он питается от вращения педалей. Ну привет - приплыли.

Невольно вспоминается старый, добрый «Мир».

Повесил на стенку каюты фото Жени и Веры. Буду менять экспозицию каждую неделю.

«Дискавери» приземлился во Флориде. Ребята уже на Земле.

23 марта 2001 г.

Станции «Мир» больше нет на орбите. В первом сеансе связи главный оператор связи сегодня - Олег Гамаюнов принес это грустное известие. Затопление прошло нормально, она приводнилась в расчетном районе Тихого океана. И это хорошо, что она ушла без «опыта» «Салюта-7». Немногим более 15 лет назад Виктор Боровишки привел меня в ЦУП на запуск Базового Блока «Мира». Была ночь, и в ожидании этого события я бродил по ЦУПу, не зная никого и почти ничего о космическом полете. Так много воды утекло с тех пор. Уже нет ни Виктора, ни «Мира».

Интересные вещи происходят в космосе. Об этом говорили многие. К примеру, работа памяти меняется в невесомости. «Долгая» память не меняется, во всяком случае ощутимо, а вот «оперативная» - с ней явно что-то происходит. Только 4-5 дней назад мы с Сюзан оборудовали туалет в Транспортном Корабле, доставали из «прогресса» доставленное для этого оборудование, а вчера я потратил больше двух часов в поисках того самого мешка, который видел накануне. Стерлось из памяти напрочь - как будто не было никогда. И только когда нашел его, понял, что держал его в руках совсем недавно. Просто поразительно. То ли от того, что слишком много новой информации и голова сама определяет, что ей нужнее в данный момент, либо это какие-то биохимические изменения от невесомости. Пол дня потратил на замену блоков станционного туалета - так было и на «МИРе», новая экспедиция меняет эти блоки «под себя». Поменял все, что можно: от «седла» до фильтра. Испытал после замены. Все работает нормально.

Джим и Сюзан почти весь день занимались блоками канадского манипулятора.

В конце дня на связь в ЦУПе Хьюстона пришли руководители смен и операторы связи. Хороший состоялся разговор «только не о работе». После этого поужинали все вместе. Говорили о «Мире».

Начинаю заниматься физо. Беговая дорожка пока не работает. Кручу велосипед по 5 минут на каждой нагрузке - 100, 125, 150. Пока тяжело, но втянемся. Стараюсь изобретать для себя упражнения с эспандерами и на тренажере с сопротивлением «Айрэд». Это все не заметно откладывается в копилочку.

Хороший иллюминатор в американском ЛЭБе. Когда прильнешь к стеклу, можно видеть почти весь горизонт: просто фантастика! Зависнешь, отбаллансируешьеся - и полное ощущение полета, даже не замечаешь, что находишься внутри станции.

26 марта 2001 г., понедельник, вечер

Закончилась наша первая неделя. У нас есть уже кое-какой свой опыт - свой стиль. График удивительно плотный, времени посмотреть в окно просто нет. «Грузовик» усугубляет ситуацию. Каждую свободную минуту стараюсь проводить в нем. Очень много грузов надо разгрузить, чтобы можно было уложить отходы. Вчера провозился с подготовкой к сегодняшней работе до часу ночи, а утром с 6:00 продолжил. Не смотря на хорошую базу данных много времени отнимают поиски оборудования. Джим сделал защитный кожух для «Воздуха», и шум снизился на 4 децибелла. Молодец он, рукастый мужик. А значит наши ушки будут в лучшем состоянии после полета. Сюзан вся в базе данных и в организации размещения грузов из «Прогресса». Вчера еще раз «поиграли» с Джимом в перевернутое пространство - сели на выступ на потолке так, что потолок стал полом - ну совсем другая станция перед глазами. Все предметы интерьера вроде бы знакомы, но чужие. Перевернешься на 90° в одну или другую сторону - снова все становится на свои места. Нет, лучше жить в этом положении.

Иногда «тянут» мышцы шеи сзади, сначала никак не мог понять, почему хочется задрать голову. Веса головы не стало! Мышцы привыкли держать ее в вертикальном положении и пытаются сделать тоже самое в невесомости.

Просмотрел электронные фото на «скринсервере», подобранные группой психподдержки и присланные с «грузовиком». Хорошая подборка, многие фото я не видел лет десять.

Вчера состоялся наш первый в этом полете разговор с семьей. Женя молодец - всего 3 четверки за четверть, молодец доча. Хорошо поболтали с Верой и мамой с папой. Все у них нормально и слава Богу.

Сегодня главным оператором был Костя Галаев - удивительно как выросли наши главные операторы после моего последнего полёта - очень любезные и профессионально работающие ребята, молодцы. Откликаются на любую просьбу или предложение. Приятно с ними работать.

Разослал электронную почту по всем известным адресам - будем ждать ответы.

Есть одна особенность выгодно отличающая «Альфу» от «Мира». Там было больше всевозможных ремонтов и замен. То «Электрон» на пузыре сидит, то «Воздух» в отказе. Здесь, как два дня назад включили «Электрон», так больше туда и не заглядывали. И «Воздух» только щелкает своими клювиками - переключателями. Не дай Бог сглазить.

Чувствуется взаимопроникновение двух культур, двух подходов ко всем вещам на станции. Наше - вчерашний день в технологии - зато надежно, ремонтопригодно и работает! Американское - красивое, высокотехнологичное, требует бережного отношения, длинных-предлинных процедур - и не работает. Я, конечно, утрирую, но люди на Земле зачастую не представляют, как можно с этим работать в космосе. Но научатся - другого выхода нет. И мы подучимся - у американцев много вещей, которым нам можно бы поучиться. Только глупый человек считает, что учиться зазорно.

27 марта 20001 г.

Говорила бабушка Маруся: «Не кажи гоп, пока не вскочишь». Только подумал вчера вечером о том, как хорошо работают системы на российском сегменте, и на тебе. Утром с подъема Сюзан говорит, что меня разыскивает Москва: у нас ночью отказал «Воздух», и мы после короткой консультации с ЦУПом приступаем с Джимом к выходу из нештатной ситуации. Все делаем, как написано, но Перекидной Клапан не перекладывается, как ему положено. Начинаем разбираться, и (опять помогает интуиция) тут выясняется, что работа с клапаном гораздо хитрее, чем мы думали. Надо нажать его, а потом повернуть - видимо механизм не входит в зацепление с клапаном и система не понимает, что происходит. До связи далеко, и мы принимаем решение отключить «Воздух» и включить его снова с учетом открытой хитрости. Отключаем и снова включаем строго по Бортовой Документации, с затаенной надеждой ждем перекладки - и вот она маленькая победа над собственным ли незнанием или упущенным важным нюансом при подготовке. Ни я, ни Джим не помним, чтобы кто-нибудь когда-нибудь говорил об этом. Кстати, это могло быть причиной отказа «Воздуха» у первой экспедиции.

Докладываем ЦУПу в сеансе связи - система работает… тьфу, тьфу, тьфу…

Следующая встреча со специалистами по системе инвентаризации - «IMS»- Первый экипаж так много говорил о ней во время своей экспедиции, что это стало традицией. Для нас это только инструмент - важный и нужный, но не единственный. Их было двое на систему, а я отвечаю за экипаж и весь российский сегмент. Я хочу, чтобы эта система ушла из ежедневного обсуждения с ЦУПом. Там работают хорошие девочки, очень любящие свою работу, но у меня нет столько времени на их систему. Я переложил этот груз, надо сказать к взаимному удовольствию на плечи Сюзан. Ей нравится это дело и делает она его лучше, чем я. Вернее будет делать через какое-то время. Вчера она ошибочно поменяла «локейшен код», что вызвало большой переполох и в Москве и Хьюстоне, т. к. специалисты на земле не могли работать с системой, пока не вмешался программист. Это конечно не приятно, но мы учимся и у меня язык не поворачивается выговаривать Сюзан, видя, как она старается разобраться и понять. Это придет с опытом, а на Земле «пережуют». Все будет нормально, нужно какое-то время.

Из ЦУПа все еще пристают с персональным кодом для входа в систему, а я борюсь с ними, пока. Земля всегда хочет найти крайнего, наверное, чтобы погрозить пальцем. Мне же кажется, что для консолидации нас как экипажа, важнее не переходить на личности, особенно при ошибках, а постараться найти причину ошибки. Мы экипаж, ошибки и удачи у нас должны быть общие.

28 марта 2001 г.

Среда