Шар рос, хотя свечение его и не становилось сильнее, и начал медленно летать над столом. Потом остановился, и внутри у него что-то стало вращаться.
Дальше случилось нечто и впрямь любопытное: от шара медленно отделился какой-то отросток. Он рос, становился шире, принимая очертания человеческой руки.
– Рука! – произнес Лестер Кармайкл. – Смотри, мама, рука! Да открой же глаза, ты все пропустишь!
Тилли, однако, не только отказывалась открывать глаза, но даже прикрыла их руками.
Отросток принял уже вид настоящей человеческой руки с пальцами, которые то сжимались, то разжимались.
– Видите? – раздался голос Красного Пера, правда, на этот раз более тихий – очевидно, материализация потребовала от него больших энергетических затрат. – Способен ли Моррис на такое?
– Черт побери, Красное Перо, – взорвался вдруг Сайлас, – ты будешь фокусы показывать или скажешь наконец, чего хочет Моррис?
– Сайлас! – прикрикнули на него одновременно Дон и Рейнбоу.
Но было поздно. Шар с рукой начал прыгать по столу, словно баскетбольный мяч. Одни вскочили со своих мест, забились в углы, другие, напротив, застыли, будто приклеенные, но взгляды всех по-прежнему были устремлены на странное явление. Шар уже летал по всей комнате, выделывая немыслимые фигуры.
– Прекратите! – завизжал кто-то из женщин. – Дон, ради Бога, остановите его!
– Не могу! – откликнулась Дон, от страха забившаяся в угол дивана.
“Шоу” закончилось столь же неожиданно, как и началось. Шар с рукой вдруг исчез, и через минуту зажегся свет. В комнате царил беспорядок. Многие стулья были перевернуты.
Дэни посмотрела на Сайласа:
– Зачем ты это сказал? Ты все испортил! Тебя же предупреждали: поосторожнее с духами!
– Извини, – пробормотал он, – не сдержался. Рейнбоу поднялась с пола, поправляя упавшие на лицо волосы.
– Пожалуй, – произнесла она, – надо попробовать другую частоту.
Рокси, как ни странно, все еще не вышла из транса. Голова ее была опущена, глаза закрыты. Рейнбоу вынула из рук матери большой красный шар и вложила в них голубой, поменьше.
– Попробуй этот, мама, – сказала она.
– Ну и тип этот Красное Перо! – проворчал Сайлас, ставя на место один из стульев.
Дон пожала плечами:
– Они все ведут себя словно капризные дети – во всяком случае, те, с которыми нам удавалось выйти на связь.
– Может быть, – предположила Рейнбоу, – именно такие духи и выходят на связь.
– Да, тяжело, должно быть, вашей маме приходится с духами! – посочувствовал Сайлас.
– Я бы никогда не согласилась этим заниматься! – поддержала его Айна. – А после смерти не хотела бы, чтобы мой покой тревожили какие-нибудь вызыватели духов.
– А по мне, это здорово! – воскликнула Пепита.
– Было бы неплохо, – шепнул Сайлас Дзни, – если бы Пепите после ее смерти не давал покоя какой-нибудь вызыватель духов! – Он повернулся к Дон и Рейнбоу: – Это все или продолжим?
– Может быть, закончим? – сердито проворчала Герта. – Ведь мы так ничего и не узнали! Если Моррис захочет говорить, он выйдет на связь сам. А если нет, мы просто потеряем время. Как называется та штука, которую мы видели?
– Эктоплазма, – с видом знатока произнесла Дон. – Это особый вид материи…
– Никакой эктоплазмы не существует! – фыркнул Сайлас. – Это было доказано еще в прошлом веке…
– Сайлас! – одернула его Дэни, опасаясь, как бы он не втянул собравшихся в неуместную “научную” дискуссию.