Васко да Гама: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Португальские короли, сами недавно вышедшие из рядов феодальной знати,[2] вели с ней ожесточенную борьбу. Эта борьба проявлялась в кровавых расправах королей с их могущественными вассалами, в дворцовых смутах и переворотах.

При короле Аффонсо V «Африканском» (1438–1481) власть захватили «временщики»– герцоги Браганца. Они сосредоточили в своих руках до трети земель Португалии и владели пятьюдесятью городами.

Когда Васко да Гаме шел двадцать первый год, на португальский престол вступил Жоао (Иоанн) II. Это был типичный деспот эпохи Возрождения – умный, дальновидный и жестокий. Жоао II, прозванный португальскими историками «Совершенным», поставил своей задачей любыми средствами сокрушить могущество феодальной знати. Он любил говорить, что из-за попустительства прежних королей вся страна захвачена знатью, а королям остались лишь большие дороги Португалии.

В 1483 году шурин короля, всесильный Фернао, герцог Браганца, был схвачен по обвинению в государственной измене и немедленно обезглавлен. Через год Жоао II «Совершенный» заколол кинжалом другого своего шурина, герцога Вижеу, в его собственном дворце. Затем король приказал бросить в колодец одного из любимцев Аффонсо V, епископа Эвуры, и казнить восемьдесят знатнейших дворян Португалии.

В борьбе против знати Жоао II опирался прежде всего на среднее и мелкое дворянство – помещиков средней руки, не имевших значительных земельных угодий и целиком зависевших от королевской службы и королевской милости.

Такими дворянами средней руки были Эстевао да Гама и его сын молодой Васко да Гама. Они близко стояли к Жоао II и принимали самое непосредственное участие во всех внешних и внутренних делах королевства.

События конца правления Аффонсо V и царствования Жоао II оказали сильнейшее влияние на формирование характера Васко да Гамы. Он научился ценой любых жертв и крови, любыми средствами, не гнушаясь лестью и обманом, упорно добиваться поставленной цели и там, где дело шло о службе королю или его собственной выгоде, не щадить ни своей, ни чужой жизни. Он привык скрывать свои мысли и намерения и быть «без лести преданным» властелину.

Сокрушая знать и борясь с городскими вольностями, Жоао II уделял большое внимание развитию португальской торговли и мореплавания. Он превратил Лиссабон в вольную гавань, пригласил в Португалию известного еврейского математика и астронома, профессора Саламанкского университета Абрахама бен Самуэля Закуто и назначил его «королевским астрономом».

Жоао II усилил продвижение португальцев на юг вдоль африканского берега. Почти каждый год в Лиссабон с далекого, неведомого юга приходили каравеллы, и Васко да Гама слышал рассказы бывалых капитанов о «Ниле негров» – Сенегале, о великанах тропиков – баобабах, о людоедах, что нападают по ночам, о таинственных шумах тропической ночи, о черных рабах и рабынях, об отмелях, где добывают золотой песок, и о сваленных под пальмами грудах слоновой кости, которую негритянские царьки меняют на красивые тряпки.

Еще в семидесятых годах XV века португальские моряки добрались вдоль африканского берега до Гвинеи. Здесь был неисчерпаемый источник добычи рабов, золотого песку, слоновой кости. В 1481–1482 годах в Гвинею послали Диого д'Асамбужа, одного из лучших моряков португальского флота. В числе офицеров его эскадры находились два малоизвестных тогда моряка – Бартоломеу Диаш, которому суждено было обогнуть Африку, и Христофор Колумб, носивший тогда имя Кристобаль Колом.

Д'Асамбуж основал на гвинейском берегу крепость Сао Жорже да Мина (ныне Эль Мина). Вскоре между этой крепостью и португальскими портами стали крейсировать каравеллы. На юг, в Африку, они везли красные тряпки, бусы, ножи и толпы всякого рода проходимцев, одетых в тускло отсвечивающие на солнце шлемы и темные кожаные кирасы. Корабли возвращались тяжело нагруженные крепкими пальмовыми ящиками с золотым песком, желтовато-кремовой слоновой костью и партиями закованных п ручные и ножные кандалы черных людей.

В 1482 году один из приближенных короля Жоао II, Диого Као, был послан во главе новой экспедиции на юг. Као открыл устье Конго и двинулся дальше. Он добрался до 13°28 южной широты и водрузил на конечной точке своего плавания «тадрао» – каменный столб с гербом Португалии и надписью: «Сюда приходили корабли славного короля Дом Жоао II Португальского – Диого Као, Педро Аннеш, Педро да Коста».

В апреле 1484 года Као вернулся в Лиссабон. Во время второго плавания он добрался до 21° 50 южной широты и вернулся в Лиссабон в 1487 году. Его плавания удлинили вдвое известную португальцам линию африканского берега.

Но умный и жестокий правитель Жоао II прекрасно понимал, что основной целью всех морских экспедиций Португалии должны быть не только захват и разграбление африканского побережья, но и поиски Индии.

От экспедиций вдоль африканского берега Жоао II получал большие доходы. Для португальских королей доходы от заморской торговле имели особенно большое значение.

Вечно нуждаясь в деньгах, португальские короли принуждены были, вводя новые налоги, каждый раз созывать кортесы. Одобряя вводимый налог, кортесы старались выторговать у королей новые вольности.

Заморские экспедиции давали в руки португальских королей новый источник доходов, не подпадавший под контроль кортесов. Но Жоао II отлично сознавал, что до тех пор, пока португальцы не доберутся до богатого Востока, Португалия и в будущем останется в зависимости от стран-посредников, и львиная доля доходов от африканских экспедиций будет уплывать из Португалии в уплату за непомерно дорогие восточные товары.

Индийские товары шли в Европу сложным и дорогим путем. Богатые арабские торговцы скупали пряности на западном побережье Индии, в портах Каликут, Кочин и Кананор, и грузили их на большие морские суда. Аравийские суда имели плохую оснастку; они шли медленно и даже при попутном ветре плыли до аравийского порта Джедды пятьдесят дней.

В Джедде купцы выгружали товары и платили пошлину местному султану. Затем товары грузились на маленькие суда и отправлялись на пристань Тууз, находившуюся в самом северном углу Красного моря. Там вновь платили пошлины и перегружали пряности на верблюдов. По дороге платили пошлины с каждого навьюченного верблюда. Шли медленно. Обычно купцы собирались в большие караваны, чтобы лучше защищаться от кишевших на дороге разбойников. Путь от красноморского побережья до Каира занимал десять дней.

В Каире с индийских пряностей снова взимали пошлину. Из Каира индийские товары шли водой. Их везли на больших, неуклюжих барках с косыми парусами. Барки медленно скользили по Нилу. На палубах расстилали цыновки, перебирали и сушили на египетском солнце отсыревшие во время долгого пути пряности.

В Розетте местные власти тоже взимали с индийских товаров пошлины. Пряности вновь грузили на верблюдов и перевозили в Александрию. Там пряности ссыпали в каменные хранилища, сортировали и перебирали. В Александрию приходили корабли венецианских и генуэзских купцов. Итальянцы покупали у египетских торговцев индийские пряности, чтобы перепродать их в Европу.

Естественно, что португальцы мечтали преградить этим товарам доступ в Египет и овладеть потоком, несущим несметные богатства.

Еще одну задачу ставили перед собой португальцы – найти путь в царство первосвященника Иоанна.

В XII веке в монастырях и замках Европы стала передаваться из уст в уста легенда, что где-то на Востоке существует мощное христианское царство.

Его повелитель – «первосвященник Иоанн» – был якобы самым могучим государем и самым правоверным христианином. Ему подчинялись семьдесят два короля, прислуживали семь королей и шестьдесят герцогов. На его землях жили всевозможные драконы, грифы и гарпии средневековых сказок, рыбы, рождающие пурпур, огромные муравьи, строившие муравейники из золота.

Первосвященник был одет в несгораемую одежду, в руке он держал скипетр, высеченный из гигантского изумруда. Перед его дворцом находилось волшебное зеркало, при помощи которого он мог видеть все, что делалось в сокровеннейших уголках его царства.

В этой легенде причудливо переплелись мистические чаяния европейцев, надежды, что на Востоке существуют могущественные союзники в борьбе против мусульман, обрывки христианских преданий о деятельности апостола Фомы в Индии и отголоски сведений о существовавших на самом деле в Монголии христианских (несторианских) государствах найманов и кераитов и христианского (коптского) царства в Абиссинии.

В 1145 году сирийский монах, странствовавший по Европе, рассказывал, что первосвященник Иоанн нанес мусульманам поражение и лишь отсутствие судов для переправы через реку Тигр мешает ему вторгнуться в мусульманские владения Малой Азии. Еще в 1177 году папа послал к Иоанну своего лейб-медика. Разговоры о первосвященнике Иоанне оживились в XIII и XIV ве ках, после поездок в Монголию посла папы римского – монаха-францисканца Джованни де Плано Карпини и посла французского короля – Вильгельма Рубруквиса, а особенно после появления книги Марко Поло, подробно рассказавшего о борьбе государя одного из монгольских христианских племен с Чингисханом. Марко Поло всюду называл монгольского князька первосвященником Иоанном. Правда, он рассказывал о поражении первосвященника Иоанна и гибели его царства, но и это известие не охладило умы пылких мечтателей.

В Европе неоднократно подвизались различные авантюристы, выдававшие себя за послов первосвященника Иоанна.

Португальцы, много лет боровшиеся со своими заклятыми врагами – маврами, мечтали добраться, наконец, до могущественного первосвященника Иоанна. Он казался им естественным союзником в борьбе с мусульманами. С помощью его армий и боевых слонов они думали одолеть мавров.

[2] В 1383 году португальский престол захватил Дом Жоао да Авиш, незаконный сын Фернао, последнего короля из Бургундской династии. Он царствовал под именем Жоао I и был отцом Инфанте Энрике – Генриха Мореплавателя.