Конечно, зная Гэбриэла, его подруга допускала, что тот говорит неправду. Но как раз в этот момент он не лгал.
Когда в гостиничном номере Гэбриэла Локарда погас свет, человеку в сером костюме, наблюдавшему за окнами с улицы, стало ясно, что его подопечный уже никуда не уйдет, Он направился к ближайшей аэростанции. Там он поместил все свои вещи в ячейку камеры хранения, оставив при себе лишь немного денег. Набрав кодовое слово — «телохранитель», он опустил монетку, и захлопнув дверцу, вышел на улицу.
Стань этот человек жертвой несчастного случая, не осталось бы примет, по которым могли бы его опознать. Откровенно говоря, идентифицировать его было бы просто невозможно, так как он — «никто» уже много лет.
Незнакомец сел в свободное авиатакси.
— Куда тебе, приятель? — привычно спросил пилот.
— Я здесь впервые, — ответил пассажир и предоставил выбирать пилоту.
— Понятно! Девочки?.. Наркотики?.. Острые ощущения?..
Но каждый раз незнакомец отрицательно качал головой.
— Азартные игры? — наконец предложил пилот, гадая, что все это могло бы значить. — Кости?.. Рулетка?.. Фарджин?
— Где-нибудь в этом городе играют в зеркл?
Пилот задвигался, чтобы лучше видеть в монитор лицо пассажира, сидевшего у него за спиной; ничего необычного, человек, каких множество.
— Послушай, приятель, почему бы тебе не совершить самоубийство? Это ведь проще и быстрее.
— Ты меня не понял, — едва заметно улыбнулся незнакомец. — Могу поспорить, ты никогда не пробовал играть. Каждый раз, когда я играю, это похоже на… Не могу передать, как меня это захватывает! — Он вздохнул, весь дрожа — так, что пилот ошибочно истолковал это как проявление восторга.
— Каждый раз, говоришь? Так ты, значит, призрак, «летучий голландец»! — Пилот сплюнул в открытое окно. — Если бы не работа, вышвырнул бы тебя прямо из кабины, даже не стал бы приземляться. Ненавижу «голландцев» — любой нормальный человек их терпеть не может.
— Однако глупо ставить личные предубеждения выше служебных обязанностей, не правда ли? — хладнокровно заметил пассажир.
— Конечно. Ну, тогда тебе придется раскошеливаться.
— С этим проблем нет, бластер тоже имеется.
— Да, тебе палец в рот не клади, — мрачно заметил пилот.
Стояла ранняя осень. Ночь выдалась дождливой, небо затянуло облаками. Гэбриэл Локард был пьян и не мог управлять вертолетом, но упрямство брало верх.
— Давай я поведу, дорогой, — предложила блондинка, но тот лишь отрицательно тряхнул красивой головой.
— Погоди, я способен на кое-что большее, чем просто красиво выглядеть, — проворчал Гэб, вспомнив неприятный разговор, который произошел между ними накануне и следы которого виднелись на щеке девушки даже сквозь толстый слой пудры.
К счастью, вертолет летел невысоко, что, несомненно, было нарушением правил. Уже падая, почти у самой земли, он врезался в сигнальную вышку, стоявшую в предместье небольшого городка, и с грохотом обрушился на землю. Сразу же рядом приземлился аэромобиль, все время следовавший за ними. Низенький толстый человек бросился к потерпевшему аварию аппарату, не обращая внимания на моросящий дождь.
Придя в себя, девушка с негодованием увидела, что незнакомец вытащил из кабины на мокрую траву Гэба, склонился над ним и стал его разглядывать, светя себе карманным фонариком. На нее он не обращал ни малейшего внимания, как будто ее не существовало вовсе. Лишь когда она сама попыталась выбраться, мужичок, казалось, вспомнил о ней. Он вытащил девушку из разбитой кабины, и как раз вовремя — через несколько мгновений баки с горючим взорвались и вертолет охватило пламя.
Гэб открыл глаза и увидел толстяка, который задумчиво смотрел на него.
— Мой ангел-хранитель, — пробормотал он. Происшедшее немного отрезвило его, правда, не до конца. Он сел: — Похоже, я не ранен, а то бы вы меня там и оставили.
— Это не шутки, — заметил толстяк.
Девушка вздрогнула, и Гэб вспомнил, что он был не один.
— Что с Элен? С ней все в порядке?
— Похоже на то. С вами все нормально, мисс? — спросил, как ей показалось, совершенно безразличным тоном незнакомец.
— Не мисс, а миссис, — поправил Гэбриэл. — Позвольте мне представить вам госпожу Локард, — заявил он и, сидя, поклонился девушке. — Красивая кошечка, а?