Лисы Аляски: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Намек? Я воздержусь от этого. Лучше расскажу вам одну историю, которую здесь знает каждый, а уж выводы делайте сами. Я же изложу вам только факты, без всяких комментариев.

— Тем лучше.

— Тогда слушайте… — Офицер огляделся по сторонам и, понизив голос, продолжал: — Три с половиной года назад здесь бытовала такая традиция, о которой ни одна газета на родине и словом не обмолвилась, поскольку на базе не было ни одного репортера, а местные власти старались не информировать о своих делах. Все, что происходит в этом медвежьем углу, строго засекречено. Надеюсь, вам об этом известно?

— Догадываюсь.

— О'кэй. В то время майор Горрелл на самолете — разведчике новейшей конструкции ХВ–47, если вас это интересует, потерпел аварию где — то в районе 85–го градуса северной широты. На борту самолета, летевшего на большой высоте, кроме него находился лейтенант Джолион, второй пилот, которого все мы в известной мере любили за то, что он превосходно играл на рояле и был чертовски остроумен. В казино он наигрывал самые модные песенки, хотя помимо этого под настроение мог исполнить кое — что из Шуберта и Шопена. Вместе с ними на борту находился штабс — сержант Хеотер, исполнявший обязанности штурмана, к слову сказать, тоже неплохой малый. В то время кабины делались не из такого прочного материала, как сейчас. Но покинуть «ящик» они успели прежде, чем он разлетелся на куски. Добрая половина оборудования, необходимого при вынужденной посадке, оказалась потерянной. Правда, у них была надувная лодка, которая вряд ли могла понадобиться во льдах, утепленная палатка, но без запасов топлива, два охотничьих ружья без патронов, компас, продовольствие на десять суток, ящик с осветительными ракетами и библия. Радиопередатчик пропал бесследно, зато отыскался бочонок ядовито — зеленой краски, которой они выкрасили такую площадь льда, что это яркое пятно можно было заметить даже с летящего на большой высоте самолета. Но, к сожалению, вскоре выпал снег, который запорошил цветовое пятно. К тому же произошла авария в середине октября, а в районе полюса это самое скверное время года: сразу после полудня начинает темнеть, а спустя два — три часа вообще ни черта не видно.

Лесли слушал рассказ с интересом, так как все это было для него в новинку. Мысленно он сравнивал ситуацию, о которой рассказывал офицер, с ситуацией, в которой оказался лейтенант Харрис, и признавал ее менее безнадежной. Лесли слышал, что Бобу Харрису даже удалось связаться по рации с базой и сообщить, что они находятся в районе 72–го градуса северной широты, да и во всех других отношениях Бобу повезло больше, чем майору, о котором шла речь… Выходило, что первые опасения Лесли не подтвердились, и если будет послана самоотверженная спасательная команда, то ей вполне под силу разыскать Боба.

— Горрелл напрасно ждал помощи, — продолжал свой рассказ начальник по авиационному вооружению. — Патрульные самолеты его не нашли. Много раз майор слышал далекий шум моторов и пускал в небо осветительные ракеты, но либо самолеты летали слишком далеко и не замечали ракет, либо майору это только казалось. Прошла целая неделя, а помощь все не приходила. Кончились осветительные ракеты, которые они время от времени пускали в небо. И тогда майор отдал приказ двигаться в южном направлении. Такой приказ можно считать авантюрой, поскольку расстояние до Айси кейя составляло добрую тысячу миль, ну, к примеру, как расстояние от Нью — Йорка до Флориды, а в день по льду можно было пройти не более трех — четырех миль. Короче говоря, для того чтобы пробиться к чистой воде, им понадобился бы почти год, а затем предстояло еще несколько недель пробиваться к берегу по дрейфующему льду. Но в подобной ситуации человек обязательно должен иметь перед собой цель, которая заставляла бы его что — то делать, в противном случае он впадет в панику и погибнет. И они двинулись в путь: впереди шел Горрелл, здоровенный детина, за ним — штабс — сержант Хестер, лучший устроитель балов на базе, а замыкал шествие лейтенант Джолион, самый молодой и изнеженный, который всегда и во всем отставал.

— Рассказывайте дальше, — попросил Лесли.

— Поначалу они тащили на себе резиновую надувную лодку, так как надеялись рано или поздно выйти к свободной ото льда воде, но, намучившись, бросили ее. Постепенно побросали все, без чего могли обойтись, так как настолько ослабели, что едва держались на ногах. Чем дальше они шли, тем легче становилась их поклажа, тем меньше оставалось у них продуктов. В начале ноября командир пришел к выводу, что они шли не в том направлении. Будучи старым полярным лисом, он знал, что лед под воздействием морского течения и ветров медленно смещается в направлении Северного полюса и далее к Гренландии. Вспомнив об этом, он сообразил, что за ночь их сносило к северу на такое расстояние, какое они проделывали за день. Они напоминали актеров, находившихся на медленно вращающейся сцене, которым кажется, что это кулисы бегут им навстречу, а они остаются на одном месте. В течение нескольких дней Горрелл таил от товарищей свое открытие, но затем откровенно обо всем рассказал. Услышав признание командира, лейтенант Джолион не выдержал и застрелился, пустив себе пулю в рот.

— А что можно было сделать?

— Ничего. Спустя несколько часов труп лейтенанта превратился в льдышку, хотя все еще сохранял очертания человеческой фигуры, но за ночь его так занесло снегом, что на этом месте вырос маленький белоснежный бугорок. Оставшиеся в живых продолжили свой путь. Думаю, что оба находились в полубезумном состоянии, в особенности Хестер. Время от времени им удавалось подстрелить из кольта какую — нибудь птичку, мясо которой они съедали сырым. Однако частенько они промахивались. А вскоре у них кончились патроны, и пришлось голодать…

Офицер замолчал и, отпив из бокала глоток пива, стал размазывать по столу пивную лужицу. Можно было подумать, что он вычерчивает на столешнице путь страданий, по которому шли двое несчастных. А сзади, за стойкой, дежурный по кухне мыл посуду.

— Двадцатого ноября на военно — воздушной базе Барроу, сто сорок миль к востоку отсюда, сел самолет — разведчик РБ–47, совершавший рядовой полет над районами Арктики. Видимость была неважной, так как надо льдами повисли зимние сумерки. Однако, несмотря на это, на серии фотографий, сделанных с помощью инфракрасной фотокамеры, обнаружилось нечто любопытное. И хотя снимки получились не очень четкими, оказалось возможно рассмотреть три человеческие фигуры: два человека стояли, а третий лежал…

— Третий? Но их же было двое.

— Как я сказал вам в самом начале, капитан, я излагаю лишь голые факты, воздерживаясь от комментариев. С базы сразу были высланы самолеты на поиски. Мы прочесали весь регион, сбрасывали осветительные ракеты… Короче, 25 ноября майор Горрелл и штабс — сержант Хестер были еще живы. Хестер находился в невменяемом состоянии — так подействовали на него холод и голод. В течение целой недели он пребывал между жизнью и смертью. Горрелл чувствовал себя несколько лучше. Я уже говорил: он обладал железным характером, к тому же был теплее одет — натянул на себя одежду Джолиона. Доктор Фробисхер был крайне удивлен, что желудок у него работал безупречно: ведь несколько недель он почти ничего не ел.

Лесли почувствовал, как по спине у него побежали мурашки.

— А третий? — резко спросил он. — Третий, который был на фотографии?

— Ах, на фотографии… Довольно редкий случай… При аэрофотосъемках подобное возможно. Вот, собственно, почему и возникли некоторые противоречия между объяснениями нашего командира, которые позднее подтвердил и Хестер, и этими любопытными фотографиями. Лейтенант Джолион вряд ли мог превратиться в льдышку 6 ноября, если 20–го инфракрасная фотокамера зарегистрировала тепловое излучение его тела…

Таким образом, в штабе базы пришли к выводу, что трое людей, попавшие на пленку, не группа Горрелла, а скорее всего какие — нибудь русские. Да и разведывательный полет РБ–47, пилот которого сделал для нас эти снимки, был, собственно говоря, предпринят в целях наблюдения за деятельностью русских в этом районе Арктики. Видимо, русских парней снесло на льдине в этот же район.

— Во время поисков были обнаружены какие — либо следы пропавших?

— Этого я не знаю. Но от русских можно ждать любого коварства. Вот, собственно, и все, что мне известно об этой истории.

— Большое спасибо, — поблагодарил Лесли.

— Смотрите, у вас еда остыла, — заметил офицер и, отодвинув стул, встал. — Я, кажется, испортил вам аппетит… Командир Горрелл ждет вас у себя в пятнадцать ноль — ноль. Не опаздывайте, капитан, Это единственный совет, который я могу вам дать.

— Ну, ты доволен нашей базой? — спросил полковник Рид, сидя после обеда в кресле — качалке, которое некогда принадлежало его отцу и было собственноручно им отреставрировано. — Прогулка, как мне кажется, пошла тебе на пользу — у тебя разыгрался аппетит.

— Аппетит у меня всегда такой, — ответил Грей. — Твоя база в полном порядке, Тони. Разумеется, это мое частное мнение. С обслуживанием у тебя тоже о'кэй. Вот разве что в библиотеке я обнаружил небольшой изъян, но его можно устранить в два счета.

Рид вынул изо рта трубку и выдавил из себя:

— Хм…

— Я обнаружил там несколько коммунистических книг.

— Русских? — уточнила Бренда, и ее светлые брови удивленно взметнулись вверх. А еще она подумала о том, что от внимательного взгляда Гордона ничего не ускользает и что это ей импонирует. Приехал, осмотрелся, заметил кое — какие ошибки, но указал на них очень тактично.

— Нет, американских, — ответил Грей. — Две книги Синклера, который в молодости был коммунистом, и несколько книг Драйвера, который стал им уже в зрелом возрасте. Об этом можно было бы и не упоминать вовсе, но я думаю, что молодым парням незачем читать эти зловредные книги.