«Розовый» убийца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пришлось пересказать беду. И еще не закончил Трошин, как засобирались мать и сын.

— В такую погоду добрый хозяин собаку не выгонит, как же вы в дороге? — беспокоилась женщина. — Борь, ты не заплутаешь? — говорила она и сама, уже одевшись, объявила Трошину:

— Я к Федяевым побегу. Побереги мне сына, ладно, Сережа? — тихо, чтобы не слышал Борька, попросила она.

Трошин молча кивнул.

Побережет, конечно. Это прямая его забота — сберечь таких вот Борек от разных невзгод. Да добро бы только таких, а то вот…

Внезапно рванула душу мгновенная злость на тех, кого он собирался спасать — тех, кроме Кольки Федяева, неизвестных людей, кому грозила смертельная опасность. Те добровольно принимали яд, а он добровольно шел их спасать, да не один, а с Борькой, который состоял вроде из двух жизней — своей и материной. Эти две жизни можно было погубить одним махом из-за тех «добровольцев», которым хоть кол на голове теши, а они все ловят свой сомнительный «кайф».

Инспектора мучила жажда, в тепле запылало жаром иссеченное метелью лицо, опять поднимался кашель. Он выпил приготовленный Борьке чай с молоком, присел на табуретку у стола, молча наблюдая, как Борька вытаскивает ухватом из русской печки большой чугун с теплой водой — мать, видно, позаботилась, чтобы Борька утром теплой водой заправил свой ЗИЛ.

Борька между тем утащил чугун на улицу, прихватив его меховыми рукавицами, а потом инспектор заметил в руках Борьки пачку горчицы, которую тот сунул за пазуху, и только хотел спросить, зачем это, как Борька по-мальчишески озорно козырнул:

— Готов к труду и обороне. Командуй, лейтенант.

— Старший, — машинально поправил Трошин.

— Я тоже старший, — гордо сказал Борька, — только сержант.

— Пошли, старший сержант, — невольно улыбнулся инспектор, — пробьемся, раз мы старшие.

— Пробьемся! — было ему ответом.

Но пробиться было непросто.

Снег и ветер превратили дорогу в сплошную целину и единственным ориентиром остались столбы. Как свечки в именинном пироге сразу после того, как их задули, — они слегка дымились белым и указывали путь машине. Руки Бориса словно приросли к рулю, большие и сильные руки были у Борьки, а инспектор помнил их еще худыми и слабыми, покрытыми стойкими деревенскими цыпками. «Вырос Борька», — с удивлением и нежностью подумал Трошин, точно ему открылось это только сейчас, когда увидел парня рядом в черный час, когда прощупал его в начавшемся трудном деле и понял, что может на него опереться. Еще один человек состоялся с его, трошинской, помощью, значит, не зря он живет на земле, нет, не зря.

Наверное, от того, что сам рос сиротой при живом отце, который знать его не пожелал, и неизвестно, где до сих пор обретается, Трошин отлично помнил свою мальчишескую тоску по мужчине в доме, знал, как нужна ребятам отцовская забота, и старался всегда быть поближе к таким, как Борька, безвинно обездоленным, ополовиненным и обедненным пацанам, которые нередко мстили за полусиротство неизвестно кому и безжалостно коверкали свою жизнь.

Прислонялись к нему многие пацаны, каким-то чутьем определяя, что не просто это служебная забота, а человеческая обязанность, натура, что называется. Ну, и нечего греха таить, не всегда получалось — это было самой тяжелой утратой для Трошина. Хуже беды, чем потерять человека, он и не мыслил.

Все пережить можно, все — кроме самой человеческой жизни. Рано понял это Сергей, отслужил армию, отучился в школе милиции и приехал в родные края, к матери, на всю — ее и свою жизнь. Плохо вот, детей у него нет, да что уж и говорить об этом. Есть куда приложить заботы, минуты свободной не бывает…

В кабине ЗИЛа работала печка, было сравнительно тепло и участкового забивал кашель, ставший сухим и мучительным.

Борис косился на инспектора, когда тот, обессиленный приступом, запрокидывал голову, отдыхая.

— Ну, Сергей Захарыч, — посочувствовал шофер после очередного приступа, — чего ты дома не остался? Я б и один управился.

— Ладно, — отмахнулся инспектор, — крути баранку.

Не было сил объяснять Борьке, что не мог он остаться, долг и совесть не позволяли тетешкать свой кашель, когда пришла пора вступить в бой с «розовым» убийцей, грозившим смертью Кольке Федяеву и другим людям.

В этом бою даже сам Колька Федяев на стороне своего смертельного врага, а ему, Трошину, в помощь крутит баранку Боря, где-то на центральной усадьбе спасают Феню врачи, утешают федяевских сирот Надежда и жена бригадира, скотник вот тоже помогал, отдав теплую свою одежду.

Так кто победит? Посмотрим.

Машина тяжело пробивалась сквозь снежные заносы, то и дело сбиваясь с колеи, неразличимой под снегом. Мотор натужно ревел, когда Борис отчаянно крутил баранку, выбиваясь на дорогу.

— Были бы оба ведущие, — сквозь зубы говорил он. — Сколько прошу, дайте машину с двумя ведущими. Дальняя же ферма, вон какие дороги, что зимой, что летом.

— Дай срок, Боря, попрошу за тебя, — пообещал участковый.

Снегопад уменьшился, но ветер не терял силу, хватал снежные комья с дороги и злобно швырял в стекло ЗИЛа.

Трошин беспокойно вглядывался в дорогу. Как медленно движется машина!