Невероятностный двигатель передернулся, еще раз передернулся, и тоже отключился.
— Войдешь в историю. — злобствовал Зафод, лягая Генератор Невероятности. — Говорящая обезьяна!
— Если ты чем-то расстроен… — начал Артур.
— Вогены! — оборвал его Форд. — Нас атакуют!
Артур так и подскочил.
— Так чем же вы занимаетесь? Надо сматываться!
— Не можем! Компьютер подвис.
— Подвис?
— Он говорит, что вся его память занята. Корабль абсолютно неуправляем.
Форд отошел от терминала, вытер пот со лба и прислонился к стене.
— Мы ничего не можем сделать, — сказал он, уставился в пустоту и закусил губу.
Еще когда Артур ходил в школу, задолго до гибели Земли, он играл в футбол. Футболистом он был весьма посредственным, и единственное, что ему хорошо удавалось в игре — это забивать мячи в свои ворота на важных матчах. Всякий раз, когда это случалось, он чувствовал странное покалывание, начинающееся с затылка, и медленно распространяющееся на щеки, а потом на лоб. Сейчас Артур ясно увидел большое футбольное поле и толпы маленьких мальчиков, которые размахивали руками и кричали ему что-то издевательское.
Странное покалывание началось с затылка и медленно распространилось на щеки, а потом и на лоб.
Он открыл рот, и снова закрыл его.
Потом еще раз открыл, и опять закрыл.
Наконец, ему удалось выдавить из себя какой-то звук.
— Э-э, — сказал он, и откашлялся.
— Скажите, — продолжил он, и это прозвучало настолько нервно, что все обернулись и уставились на него. Он взглянул на все увеличивающееся желтое нечто на экране внешнего обзора.
— Скажите, — повторил он, — а компьютер объяснил, чем именно он занят? Мне просто интересно…
Они не отрывали от Артура взглядов.
Зафод протянул руку и сгреб его за воротник.
— Что ты с ним сделал, Обезьян? — проговорил он сквозь зубы.
— Да, в общем, ничего, — промямлил Артур. — Просто, кажется, некоторое время назад он пытался выяснить, как…
— Ну?
— Сделать мне чашку чаю.
— Именно, ребята, — внезапно ожил компьютер, — уже почти разобрался с этой проблемой. У, это круто. Скоро буду с вами. — И он снова умолк, и его молчание по напряженности можно было сравнить только с молчанием Зафода, Форда и Триллиан, которые уставились на Артура.
И, словно чтобы снять напряжение, вогены выбрали именно этот момент для начала обстрела.
Внутри корабля все тряслось и грохотало. Снаружи защитное поле в дюйм толщиной героически пыталось противостоять обстрелу батареи 30-мега-в-ад-фотразонских пушек конструкции Наверняк-Умертвяка, но, судя по тому, как оно выглядело, долго продержаться оно не могло. Четыре минуты максимум, по мнению Форда Префекта.
— Три минуты и пятьдесят секунд, — сказал он немного позже.
— Сорок пять секунд, — добавил он еще немного позже. Он поигрался с бесполезными кнопками и взглянул на Артура. Взгляд его не был полон тепла и братской любви.