Золото богов. Инопланетяне среди нас: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

1. Золото богов

По-моему, это самая безумная и бессмысленная история нашего времени. Она кажется неправдоподобной, невероятной, но я был ее свидетелем. У меня есть фотографии. Это не сон, не галлюцинация, а безусловная реальность: по южноамериканскому материку глубоко под землей проходит гигантская сеть галерей, настоящий лабиринт протяженностью в тысячи километров! В Перу и Эквадоре сотни километров этих туннелей были исследованы. Но это оказалось всего лишь скромной попыткой, и она не привлекла внимания специалистов. 21 июля 1969 г. аргентинец Хуан Мориц заверил у нотариуса в Гуаякиле господина Густаве Фалькони акт, в котором он ставил в известность государство и будущие поколения о своих правах на владение открытой им системы подземных коммуникаций. Основанием для данного акта послужили многочисленные свидетельства сограждан Морица, которым было известно о его исследованиях. Вот выдержки из этого документа:

Эффективности исследований этнолога во многом способствовала группа перуанских индейцев, выполнявших роль переводчиков и посредников между своими недоброжелательными соплеменниками и ученым. Однажды Хуан Мориц, занимаясь своими обычными изысканиями, совершенно случайно наткнулся на вход в подземные галереи.

Случилось это в июне 1965 года. Осторожный и осмотрительный, как и подобает ученому, Мориц три года хранил молчание. И только весной 1968 г., пройдя многие километры туннелей и собрав значительную коллекцию удивительных предметов, он решил просить аудиенции у президента Веласко Ибарры. Но в этой стране президенты редко удерживаются на своем посту до окончания срока их полномочий, и Веласко Ибарра не стал тратить свое драгоценное время на чудака, желающего рассказать ему о своем необычном открытии. Чиновники из аппарата президента убеждали археолога, что президент непременно познакомится с его докладом, но позже — когда у него будет свободное время.

Короче, нужно подождать несколько месяцев… В конце 1969 года Морица все еще не приняли, несмотря на бесконечные просьбы. Тогда он оставил эту затею и продолжил свои подземные исследования в одиночку.

Первый раз я встретился с Хуаном Морицем 4 марта 1972 г. По моей просьбе археолога разыскал его адвокат в Гуаякиле господин Матеус Пена. Два дня кряду он посылал телеграммы своему клиенту. Я почти что поселился в адвокатской конторе, но, признаюсь, лишь безмолвно наблюдал за происходящим. Я знал, что Морис неохотно идет на какие-либо контакты, но он избегал встреч с пишущей братией. Наконец одна из телеграмм настигла его.

Он позвонил в контору и попросил соединить со мной: он знал мои книги!

— Я готов с вами встретиться! — сказал он. Вечером 4 марта Хуан Мориц приехал в Гуаякиль. Это был худой человек сорока пяти лет, с лицом, изборожденным морщинами, и легкой сединой в волосах. Он принадлежал к тому типу людей, из которых надо вытягивать каждое слово. Короче, он в совершенстве владел искусством хранить молчание. Я засыпал Морица вопросами, что, по-моему, сильно его позабавило. Все же понемногу мне удалось втянуть его в разговор о подземных залах и галереях. Он описал их довольно подробно, со множеством невероятных деталей.

— Просто невозможно поверить! — воскликнул я.

— И, тем не менее, — вмешался господин Пена, — так оно и есть! Я видел это собственными глазами!

Мориц пригласил меня посмотреть «его» галереи. Мы отправились на джипе «тойота»: Мориц, я и мой постоянный спутник Франц Зейнер. Ехали ровно сутки, сменяя друг друга за рулем, чтобы не останавливаться. Приехав на место, прежде всего отоспались: дорога оказалась очень утомительной. Сразу же после восхода солнца, до наступления жары, началось наше путешествие — и какое путешествие!

Мы были в провинции Морона-Сантьяго, в треугольнике, вершины которого — Гуалакиза, Сан-Антонио и Яупи. Именно здесь, в центре треугольника, населенном негостеприимными индейцами, находится вход в лабиринт. Огромный проем, похожий на портал, прорублен в толще скалы.

Мы вошли в его тень. С каждым шагом отблеск дневного света мерцал все дальше и дальше, и наконец мы погрузились в полную тьму. Над головой хаотично носились птицы. Мы зажгли фонари. Перед нами разверзлось отверстие, уходящее вертикально вниз. По этому узкому колодцу при помощи простой веревки спускаемся на ровную площадку на глубине 80 метров. Затем следуют еще два спуска по 80 метров каждый. Отсюда начинается наше знакомство с миром, тысячелетия тому назад созданным ныне забытой расой.

Бесспорно, речь идет не о природных образованиях: подземные коридоры сворачивают строго под прямым углом, они — то широкие, то узкие, но стены всюду гладкие, словно отшлифованные. Потолки идеально ровные и будто покрыты лаком. Все это напоминало бы бомбоубежище, если бы не находилось на глубине в 240 метров!

Тщательно, точно врач, изучая потолок и стены, я вдруг разражаюсь неудержимым дурацким смехом, эхо которого, отозвавшись в соседних галереях, возвращается к нам. Мориц посветил мне в лицо фонарем:

— Что с тобой? От глубины в голове помутилось?

Но смеялся я по другой причине. Я подумал об археологах, которые непременно объяснят нам, каким образом эти галереи прорубили примитивными каменными орудиями!

Отогнав эти мысли, я действительно ощутил нечто похожее на приступ головокружения. Ведь если верить Морицу, эти галереи протянулись на многие сотни километров под поверхностью Перу и Эквадора.

— Здесь сворачиваем вправо! — кричит Мориц.

Перед нами огромный зал, размером с ангар для реактивных самолетов. Мне он напомнил и некое хранилище. Из него во всех направлениях поднимаются лестницы.

Я смотрю на компас. Он неподвижен. Я трясу его, но стрелка не двигается.

Мориц, молча наблюдавший за мной какое-то время, говорит:

— Этот прибор здесь ни к чему. Работе компаса препятствует излучение. Что за излучение — не знаю, я не силен в этой области. Надо было бы пригласить физиков разобраться с этим на месте.

У входа в одну из боковых галерей лежит человеческий скелет, с головы до ног обернутый в тонкую золотую пленку.

Мориц приказывает нам потушить фонари и следовать за ним. Вокруг — тьма и тишина. Слышно лишь собственное наше дыхание и смутный шелест крыльев.

Невидимые птицы всюду. Они как бы часть декорации.

— Свет! — кричит Мориц. От изумления мы замираем в центре зала, но теперь уже ярко освещенного. Эффект удался! Мориц напомнил мне брюссельцев, влюбленных в свой город, когда они показывают вам неповторимую «Grand-Place» в свете прожекторов. Нам открылся зал величественных пропорций и поразительной красоты. Думаю, высота его 140–150 м, что сразу же вызвало ассоциации с лунной пирамидой в Теотиуакане. Ее размеры были приблизительно такими же. Но как там, так и здесь неизвестны ни создатели этих колоссальных сооружений, ни технические средства, которые позволили их воздвигнуть. В центре зала стол. Но стол ли это?

Несомненно, если судить по стульям, стоящим вдоль него. Но стулья ли это?

Допустим, что стулья. Они сделаны из камня? Нет, в них нет холода камня. Из дерева?

Нет. Если бы они были сделаны из дерева, они бы не простояли так долго.