«Тогда, как же ее завести?» — спрашивал внутренний голос…
«Ага, понимаю… Нужно немедленно действовать. Понимаешь, немедленно!»
Я включил свет и быстро оделся. За окном было еще темно, но мне было все равно. Нужно действовать!
На улице моросил дождь. Ни автобусов, ни троллейбусов. Одинокие электрические фонари. За углом, у «Гастронома», телефон-автомат.
Ответа долго не было. Затем послышался сонный женский голос:
— Вам кого?
— Мне профессора Карнова.
— Боже, да он спит. И вообще, товарищ…
— Мне немедленно нужно поговорить с профессором Карновым. По очень срочному делу.
— Разве дело не терпит трех-четырех часов?
— Ни одной секунды! — отчаянно закричал я.
— Ну, если так…
Мучительно долго тянется время. Я дрожу от холода. Наконец голос профессора:
— Я вас слушаю.
— Георгий Алексеевич, это говорит Сергей Самсонов.
— Слушаю вас, Сережа, что случилось?
— Случилось нечто очень важное. Вы бы могли сейчас прийти в институт?
— Сейчас? — удивился профессор. — А что там стряслось?
— В институте ничего… А вот со мной… То есть я сегодня был у Ани Зориной. Она высказала мысль… И мне кажется, что…
— Ну, если речь идет о мыслях, то давайте сохраним их до утра.
— Я не могу, Георгий Алексеевич… До утра я сойду с ума… Это точно…
Профессор кашлянул и затем сказал:
— Может быть, вы мне сообщите эту мысль по телефону?
— Хорошо, слушайте, вы когда-нибудь видели, чтобы хороший, исправный автомобиль сам, без завода, взял и поехал? Или чтобы ваш телевизор включился и начал работать по собственной инициативе?
Карпов долго ничего не отвечал. Затем я услышал:
— Хорошо. Я иду в институт. Жду вас там.
Карпов жил рядом с институтом, и, когда я пришел, он уже сидел в своем кабинете и грел руки над электрической печкой. Я упал в кресло и плотно зажмурил глаза.
— Я уверен, что мы правильно воспроизвели структуру живой клетки. Теперь ее нужно только запустить!
— Как?
— В нее нужно ввести информацию.