Адрес — Лемурия?: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Колыбель приматов?

Около ста миллионов лет назад нынешние острова Мадагаскар, Маскаренские, Коморские, Сейшельские были объединены в общий массив суши. Возможно, что эта суша соединялась «мостом», находящимся на месте нынешнего Аравийско-Индийского хребта, с другим массивом суши, объединявшим полуостров Индостан, остров Шри-Ланка, Мальдивский и Лаккадивский архипелаги. Индостан же был отделен от остальной Азии средиземным морем Тетис, располагавшимся на месте теперешних Гималайских гор. Таким образом, вся эта суша являлась огромным островом-материком Лемурией, большая часть которого сейчас покоится на дне Индийского океана.

Лемурия лежала между двумя тропиками — Козерога и Рака и, естественно, климат здесь был тропический. Там, где горные гряды не позволяли влажным массам морского воздуха проникать в глубь материка, образовывались саванны. Здесь, главным образом в южной части Лемурии, развились гигантские нелетающие птицы, чьи потомки дожили на островах, обломках затонувшего материка, почти до наших дней. Вспомните трехметрового эпиорниса Мадагаскара и дронта Маскаренских островов. Помимо дронта на Маскаренских островах существовали и другие виды нелетающих птиц, например, водяная курица, ростом превосходившая человека.

Но основная часть Лемурии была покрыта влажными тропическими лесами, напоминающими те, что сейчас существуют в Юго-Восточной Азии. Тут наряду с яйцекладущими и сумчатыми появился новый отряд насекомоядных — небольшие зверьки, жившие на деревьях. Из Лемурии эти зверьки попали в Азию, где оказались в самых разнообразных экологических условиях. Приспосабливаясь к ним, они дали начало всем высшим млекопитающим, причем важнейшим центром их эволюции стала Центральная Азия.

Однако на территории самой Лемурии и прилегающей к ней Индии, покрытых густыми тропическими лесами, древние насекомоядные продолжали жить на деревьях. «Все более и более приспосабливаясь к лазанью по ветвям деревьев и лианам, эти зверьки в конце концов приобрели развитые пятипалые хватательные конечности. Быстрое перепрыгивание с ветки на ветку в погоне за насекомыми усовершенствовало их зрение, а употребление в пищу съедобных растений изменяло биохимию организма. Некоторые из подобных зверьков стали передвигаться прыжками при более вертикальном положении туловища, и их задние конечности сделались более мощными и длинными, — пишет Ю. Г. Решетов в монографии «Природа Земли и происхождение человека». — Так, между 100 млн. и 70 млн. лет назад и возникли пер вые приматы… От них началась все ускорявшаяся во времени эволюция, приведшая к появлению разумной жизни на Земле». Произошло это уже в новой и последней эре геологической истории нашей планеты — кайнозойской.

Современные тупайи, питающиеся насекомыми, живущие на деревьях или в кустарнике, умеющие прыгать, бегать по земле и лазать по деревьям, лучше всех сохранили черты древнейших приматов. Но уже в начале кайнозойской эры существовала и другая разновидность приматов. Потомки ее обитают ныне в тропических лесах Индонезии и Филиппинского архипелага и называются долгопятами. Внешне они напоминают тушканчиков. У долгопятов огромные глаза (характерная черта животных ведущих ночной образ жизни), очень длинные задние конечности и очень короткие передние. Череп у долгопятов округлый и голова напоминает скорее человеческое лицо, украшенное большими очками, чем звериную мордочку. У долгопятов, так же как у лемуров, обезьян и людей, стереоскопическое зрение (глаза расположены впереди, на лицевой части черепа, что дает схождение зрительных осей обоих глаз). По земле долгопяты передвигаются «по-человечески», на двух задних «ногах», держа туловище в вертикальном положении.

Но совершенно «нечеловеческой» деталью в строении долгопятов является длиннющий хвост. Он служит им и опорой при сидении, и рулем, а также противовесом, когда они с необычайной ловкостью перепрыгивают с ветки на ветку.

Английский биолог и анатом Фредерик Вуд Джонс в 1916 году выдвинул идею, согласно которой именно долгопяты, а не человекообразные обезьяны являются предками человека. Ведь предков долгопятов, передвигающихся на двух ногах, мы находим в слоях, относящихся к началу кайнозойской эры, — именно они первыми из приматов «встали на ноги». Все же черты сходства между людьми и человекообразными обезьянами, по мнению Вуда Джонса, являются результатом параллельного развития, а не кровного родства.

Однако подавляющее большинство антропологов и представителей других наук отвергло гипотезу Вуда Джонса: слишком уж далеки друг от друга мы и хвостатые, большеглазые долгопяты, имеющие размеры крысы. Не насекомоядные тупайи или долгопяты, а третья ветвь древних приматов, употребляющих в пищу, помимо насекомых, плоды, ягоды, растения, — лемуры, или полуобезьяны, также сформировавшаяся в начале кайнозойской эры, дала начало обезьянам. Где, когда и как происходил процесс превращения «полуобезьян» в «полных обезьян»? Существует несколько гипотез, объясняющих это превращение. Мы остановимся лишь на одной, связанной с темой нашей книги, — на гипотезе о затонувшей земле Лемурии.

«Лемурийская Одиссея»

Лемурия была колыбелью первых приматов. И если тупайю, так же как ее предков, легко отличить от всех остальных приматов, полуобезьян, обезьян, людей, то формы ископаемых лемуров, долгопятов, обезьян различаются не так-то просто. Вот, например, несколько находок, сделанных на юге Западной Европы. Так называемые геснеропитеки, жившие там 40–50 миллионов лет назад, имеют черты лемуров, долгопятов и руконожек. На южном склоне Пиренейских гор, в Каталонии, был найден удивительный примат, живший спустя несколько миллионов лет после геснеропитеков. По размерам он не уступал крупному шимпанзе, передвигался на двух ногах, а между тем устройство его зубов говорило о том, что это не человекообразная обезьяна, а лишь гигантский лемур, «собрат» мадагаскарского мегалодописа. В 1947 году в Нижнем Эльзасе (Франция) были найдены остатки примата, жившего тут около 50 миллионов лет назад. Его строение имело много общего как с лемурами, так и с мартышкообразными обезьянами, — и по сей день ученые не решили, к лемурам или к обезьянам отнести этого древнего примата.

Итак, — стартовав из своей колыбели, Лемурии, древние приматы начали постепенно завоевывать другие континенты. Остатки млекопитающего, представляющего собой промежуточную форму между насекомоядными и приматами, обнаружены в провинции Ганьсу (Китай) и имеют возраст порядка 60–70 миллионов лет. Спустя несколько миллионов лет примитивные приматы так называемые анаптоморфиды, появились в Северной Америке. Они имели черты, сближающие их и с тупайями, и с лемурами, и долгопятами (большие, как у долгопятов, глаза не имели стерескопического зрения, как у тупай, и т. п.). Ученые насчитывай 18 различных родов анаптоморфид, обитавших в Северной Америке. И еще 10 родов анаптоморфид обитало в Западной Европе.

Общими для Северной Америки и Западной Европы были так называемые адаписы, небольшие по размерам приматы. Но если в Америке они питались насекомыми и растениями, то в Европе они порой становились конкурентами хищников (а это — яркое свидетельство того, что в лесах той поры, отделенной от нас 40 миллионами лет, европейским приматам не хватало плодов и другой растительной пищи). «Вполне вероятно что близкие европейским адаписам, но менее специализированные формы примитивных приматов попали на Мадагаскар и в Восточную Африку из Лемурии. Ведь предки современных мадагаскарских лемуров, еще сохранившиеся до наших дней, и некоторых полуобезьян Африканского континента по происхождению связаны с лемурами Южной Азии, а следовательно, и с Лемурией, — пишет Ю. Г. Решетов, излагая доводы в пользу «лемурийской колыбели» приматов. — А происхождение какой-либо одной систематической группы, хотя бы и крупной по рангу, от двух разных предков невозможно. Да и сами американско-европейские древние приматы, видимо, имели центр возникновения в азиатско-лемурийском районе».

Но возникнув в Лемурии и попав в Северную Америку, древние приматы нашли там как бы «вторую колыбель» — отсюда из Нового Света, происходит большинство известных нам видов ископаемых приматов — ископаемых, ибо ни один из этих вида не смог выжить ни в Северной Америке, ни в Западной Европе до наших дней. Примерно 40 миллионов лет назад здесь полностью вымерли все примитивные приматы, все эти анаптоморфиды, геснеропитеки, адаписы, некролемуры, псевдолори, микрохерусы и т. д., и т. п. Иными были пути приматов Южной Азии.

Индо-Лемурия

Родство фауны и флоры Индии, Мадагаскара, Маскаренских, Коморских и Сейшельских островов служит одним из веских аргументов в пользу гипотезы о Лемурии. Но те же данные фауны и флоры говорят, что материк в Индийском океане, если он существовал, не был все время цельным «монолитом»; много миллионов лет назад начался его распад, началась гибель Лемурии.

Некоторые виды лягушек и пресмыкающихся, общие для Индии и Сейшельских островов, не водятся на Мадагаскаре. Значит, этот остров был изолирован от Лемурии с севера. Отделились друг от друга, примерно 60 миллионов лет назад, Мадагаскар и Маскаренские острова.[3] В ту эпоху, когда из примитивных приматов формировались обезьяны, Мадагаскар был уже изолированным островом. Вот почему он и поныне является «царством лемуров», но сюда не проникли обезьяны, сформировавшиеся, согласно Ю. Г. Решетову, из среды южноазиатско-лемурийских низших приматов 50 миллионов лет назад. Происходило это в северной части Лемурии, или Индо-Лемурии, северо-восточной оконечностью которой был полуостров Индостан.

Во второй половине палеоцена, периода, открывающего нашу, кайнозойскую эру, Индо-Лемурия была отделена от Юго-Восточной и Центральной Азии морем. Индо-лемурийские примитивные приматы в отличие от своих европейских и североамериканских родичей — древних лемуров и долгопятов — развивались в изоляции.

«В Лемурии по-прежнему широко распространялись тропические дождевые леса, в составе которых количество плодовых и других съедобных растений было бóльшим, чем в южной, а тем более в северной растительных зонах северных континентов. Поэтому условия обитания насекомоядных млекопитающих Лемурии оказались намного благоприятнее для использования в пищу наряду с насекомыми и мелкими животными различных частей растений. Обилие и многообразие пищи способствовало процветанию приматов и, внося в их организм химически разнообразные вещества, могло стимулировать развитие мозга, вызванное приспособлением к передвижению по стволам, ветвям и лианам с помощью лазанья, беганья и прыжков. Разнообразные способы передвижения и развитие дневного образа жизни (днем легче отыскивать наиболее питательные растения), усилившего подвижность древнейших примитивных лемурийских приматов, привели к формированию конечностей с противопоставляющимся большим пальцем, способствовавшим лучшему захвату и обхвату ветвей. Развитие еще более сильной подвижности кистей и ступней и усложнение их движений были связаны с разделкой плодов, орехов, луковиц».

Читатель, надеюсь, простит за длинную цитату, взятую из монографии Ю. Г. Решетова «Природа Земли и происхождение человека», — но кто, кроме самого автора гипотезы, лучше всего объяснит ее?

Итак, Лемурия была колыбелью не только примитивных приматов, вроде долгопятов и лемуров, затем распространившихся в Европе и Северной Америке, давших десятки разновидностей, и в конце концов бесславно вымерших, но и древнейших обезьян. Быть может, этот гипотетический материк был колыбелью и обезьян человекообразных и даже «хомо сапиенса»?

Глава четвертая

Адам явился из Лемурии

Спор материков

Дарвин первым высказал мысль о том, что ближайшими предками «хомо сапиенса» были обезьяны, жившие в третичный период, миллионы лет назад, и сделал попытку более точно определить место рождения первого человека. Он исходил из того, что «во всякой большой области Земли ныне живущие млекопитающие бывают весьма сходны с вымершими видами той же области. Поэтому вероятно, что Африка была первоначально населена вымершими обезьянами, весьма близкими к горилле и шимпанзе, а так как эти два вида в настоящее время самые близки родичи человека, то предположение, что наши древние родоначальники жили на африканском, а не на каком-либо другом материке становится до некоторой степени вероятным».[4]

Однако по мере того, как увеличивалось число находок ископаемых обезьян третичного периода (Дарвину была известна лишь одна, дриопитек, «древесная обезьяна», останки которой были найдены в 1856 году во Франции), росло и число претендентов на то, чтобы считаться колыбелью «человека разумного». В споре приняли участие семь материков — пять из шести ныне существующих и два гипотетических — Атлантида и Лемурия. Считать прародиной человечества Австралию осмеливались лишь немногие ученые. Ведь практически никаких доказательств в пользу «австралийской колыбели» нет. Ссылались на «древний облик» австралийцев, которые, дескать, и являются древнейшими людьми планеты, отсюда двинувшимися заселять остальные материки. Но на Австралийском материке не водятся обезьяны, не найдено и каких-либо ископаемых останков обезьян или древних людей.

Гораздо больше усилий потребовалось, чтобы исключить из списка материков — претендентов на право называться «колыбелью человечества» Новый Свет. О находках в Северной Америке ископаемых приматов, родственников нынешних долгопятов и лемуров, мы уже говорили. В Южной Америке водятся обезьяны. Однако относятся они не к человекообразным, а к низшим обезьянам. В течение двух столетий в печати появлялись сенсационные сообщения о «потрясающих открытиях» в Новом Свете, но в эти сенсации оказывались фальшивками, плодами недоразумения, ошибки, а порой и сознательной мистификации. «Возможность находки зуба человекообразной обезьяны в Северной Америке маловероятна сама по себе, потому что таких обезьян там, очевидно, никогда и не было, — пишет профессор М. Ф. Нестурх. — Американские обезьяны не являются предками человека». И пока не найдено доказательств, все гипотезы происхождения человечества (или только индейцев Америки) от «американских обезьян» справедливо считаются необоснованными.

Древнегреческий философ Платон, повествуя об Атлантиде, говорит, что атланты возникли независимо от остального человечества. Легендарный материк в Атлантике различные исследователи считали то «колыбелью хомо сапиенса», то родиной «кроманьонской расы», то «мостом» древнейшего расселения человечества. Мы не будем воспроизводить здесь, в книге, посвященной загадкам Индийского океана, дискуссию об Атлантиде, длящуюся 25 веков. Отметим лишь, что подавляющее число антропологов не принимает всерьез гипотезу об Атлантиде — прародине человечества.

В Европе, так же, как в Северной Америке и Австралии, нет обезьян. Однако мы уже говорили, что около 40 миллионов лет назад в Западной Европе еще были многочисленные древние лемуры и долгопяты. Но более развитые приматы, обезьяны, населяли Европейский континент и в более поздние эпохи. Некоторые из них могли быть в числе предков «хомо сапиенса». Особые споры вызвали так называемые ореопитеки. Зубы этих существ были впервые найдены в 1872 году в итальянской провинции Тоскана, в слоях, имеющих возраст 10–12 миллионов лет. В 1908 году под Тирасполем, в Молдавии, были также обнаружены зубы ореопитека. Тридцать лет спустя в Австрии были обнаружены локтевая и плечевая кости человекоподобной обезьяны, получившей наименование австриакопитек, т. е. «австрийская обезьяна». Позднее удалось доказать, что это — своеобразная разновидность ореопитеков. Наконец в 1958 году на юге Тосканы в слоях бурого угля на глубине 180 метров был обнаружен почти целиком сохранившийся скелет ореопитека, что позволило ученым реконструировать облик этого существа.

Ореопитеки ходили на двух ногах, длина их тела равнялась 130–140 сантиметрам, т. е. как у шимпанзе средних размеров, лоб был покат и надглазничный валик был развит еще более сильно, чем у шимпанзе; однако лицевой отдел выступал вперед меньше, чем у нынешних человекообразных обезьян, оно было больше похоже на лицо человека, чем на звериную морду… Не было ли это существо той формой человекообразных обезьян, от которых и произошел род людской, первым «Адамом»?

[3] Геологических данных в пользу гипотезы былого соединения Мадагаскара и Маскаренских островов, к сожалению, не существует. (Прим. ред.)

[4] Гипотеза Дарвина об Африке как вероятном месте зарождения человека в последние десятилетия получила блестящее подтверждение в работах Л. Лики. (Прим. ред.)