Президент: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Врачи, кажется, уже изнемогали, смеялись, животы надрывали после каждого визита пуговичного президента. Они облегченно вздыхали после того, как он уходил к тете Хасе Карасик в отель отдыхать от трудов праведных.

А он не отдыхал. Лежал, придумывал, к каким врачам ему следует еще сходить, не переставая, подсчитывал, сколько долларов уже тут заработал, получив бесплатное лечение.

И еще одна мысль тревожила его, не давала покоя: что, если бы ему еще ко всему сделали операцию – скажем, вырезали бы аппендикс? Тогда почти полностью окупилась бы вся поездка из Штатов в Хмельник! Разве эти врачи представляют себе, сколько стоит такая операция в Америке? Вырезать аппендикс стоит целого состояния! И не только за операцию там придется заплатить, но и за палату, за питание, обслуживание, воздух и.еще черт знает за что.

Нет, это, пожалуй, невообразимо, подумать только! В Хмельнике можно, оказывается, удалить аппендикс, вырезать грыжу, гланды и прочее, и все это без единого цента! Удивительные здесь порядки.

«Да, все это, конечно, хорошо, – размышлял с самим собой гость. – Но вот беда – где взять аппендицит или грыжу?» Над этим он неустанно ломал себе голову.

Как назло, президент пуговичной корпорейшн не чувствовал никаких болей в паху, никаких колик. Прямо-таки досада его разбирала. Да, никакого аппендицита у него нет, рассуждал он, но ведь может появиться неожиданно в дороге. Что тогда? Возвращаться в Хмельник? У каждого человека ведь имеется аппендикс и когда-то даст себя знать, то не лучше ли избавиться от него?

Подумать только, такую операцию здесь производят быстро и хорошо, а главное – без единого цента. Больше того, если б он принадлежал к юнионам, к союзам, то ему бы еще выплатили, как это по-ихнему называется? О, соцстрах. Бюллетень временной нетрудоспособности.

Даже грешно упустить такую возможность. Что, если он все же попытается? Чем черт не шутит, когда всевышний спит? В России ведь говорят: попытка – не пытка!

После длительных и мучительных размышлений бизнесмен обратился к той же многострадальной тете Хасе Карасик со своей новой идеей.

На сей раз, бедная, просто остолбенела. Боже, что еще этот президент надумал!

Однако тетя Хася Карасик по природе своей была человеком отзывчивым, и добрым, она сочувствовала людям в беде. В особенности, когда они болели и нуждались в помощи. Выслушав на сей раз гостя, она задумалась. Президент жалуется на боли в животе, на аппендикс. Это дело не шутейное. Уж сколько с ним здесь отмучилась, столько она бегала просить за него. Придется склонить голову и на сей раз помочь ему.

И она повела его к хирургу. Президент, мол, отвратительно себя чувствует и нуждается в операции. Ему нужно что-то там вырезать и срочно. Она очень просит…

– Странно, что значит – просит? – уставился на нежданных пациентов хирург. – Это ведь не фунт изюму слопать. Оперировать и срочно? Существует на свете медицина, которой дано право решать, нужна операция человеку или можно обойтись без нее.

– Не знаю, доктор, – печально заметила тетя Хася Карасик, выслушав слова врача, – но человек жалуется на боли, что-то его коробит, ему надо что-то вырезать, ему ведь виднее.

Короче говоря, пациента тут же раздели. Он остался стоять, в чем мать родила. Начали ощупывать, ворочать, мерить давление, взяли у него на анализ кровь и прочие жидкости. И выводы были весьма неутешительные для президента: хирург не видит пока необходимости оперировать…

Но гость принадлежал не к той категории людей, которые сразу же сдаются. Даже хирургам. Уж если он что-то задумал – то кровь из носа, а своего добьется. Ни на шаг не отступит.

И стал атаковать врачей. Он заходил с фланга и с тыла, поклялся всеми святыми, что это уж будет его последняя просьба. Больше, мол, никому не будет морочить голову. Пусть только его прооперируют. Ему надоел хуже горькой редьки этот проклятый аппендицит, который изредка напоминает о себе. К тому же хирургу должно быть известно, что Джейкоб готовится в обратный путь, за океан. Ему еще по дороге крайне необходимо побывать в Бразилии и Уругвае по срочным делам пуговичной корпорейшн. Не приведи господь, если начнется приступ аппендицита на самолете или пароходе. При морской качке это не безопасно. К тому же дома ждут его дела, жена и дети…

Тут снова вмешалась тетя Хася Карасик, вставила свое авторитетное слово, просила за президента и, может быть, не так ради него, а ради того, чтобы избавиться от него, дабы кончились ее муки.

И врачи вошли в ее положение.

Местные зубоскалы говорили!

– Да, в неравном бою с врачами победил президент пуговичной корпорейшн…

Через два дня его положили на операционный стол и успешно удалили аппендикс.

Пациент был на седьмом небе. Мало сказать – счастлив, как никто другой на свете. Он замечал, как некоторые над ним посмеивались, но это на него не действовало. «Если б эти острословы знали, – думал он про себя, – сколько долларов он заработал благодаря тому, что вырезали аппендикс, они бы не смеялись. Даже трудно подумать, в какую копеечку влетела бы такая операция в Штатах».

Почти восемь дней пациент возлежал в палате, пользуясь всеми жизненными благами. За ним был установлен особый уход – как-никак президент из-за океана. Гость. Нельзя обижать такого.

Несмотря на отличный уход за больным, тетя Хася Карасик тоже не сидела сложа руки. Она, бедная, сбивалась с ног. Каждый день носила больному передачи в больницу, дабы высокий гость, будь он неладен, поскорее встал на ноги и отправился восвояси.

Вы что, шутите, представляете себе, сколько у нее из-за этого нежданного гостя мороки?! Какое-то наказание.

Она с нетерпением, кажется, больше, чем больной, ждала, чтобы поскорее его выписали из больницы. Чего доброго, если долго это у него продлится, чудак может еще что-нибудь придумать. И тогда все начнется с самого начала.

Все старались. Всем хотелось чем поскорее выпроводить его. А гость не спешил. Ему здесь нравилось.

Временами, тете Хасе Карасик чудилось, что этому конца-края не будет, и она отчаивалась. Она уже потеряла было всякую надежду, что когда-нибудь избавится от своего назойливого, странного гостя.

Но всему есть начало и конец. Бог милостив. Президент наконец-то выписался из больницы, собрал свои пузатые чемоданы, набитые, как потом выяснилось, образцами пуговиц собственного корпорейшн, и стал со всеми прощаться.