Сказки для взрослых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она остановилась возле суковатого столетнего вяза: на краю дупла сидела, свесив босые ноги, покуривая трубку, старуха в рысьем кафтане. Сестрицы перемигнулись - и в овраг слетела туча соек и сорок, которые принялись помогать в дележке. Миг-другой - и с этим занятием было покончено.

Рыбакляч в последний раз шлепнул налетавшего Жобля акульим хвостом, Жобль напоследок вырвал у Рыбакляча пучок конского волоса. Обнаружив пропажу серебра, они хотели сцепиться снова, но сил хватило только на ругань. Исхудалые, грязные, истрепанные, они проклинали падение нравов и называли весь свет жестоким.

Кто спорит, что на свете и вправду всякого предостаточно? Нравы, может быть, и не жестки, но требования... При том, что жесткого и малосъедобного хоть заешься.

А сколько недожаренного, которое само так и просится дойти до точки?

Но, однако же, пока не исчезли и прелести, полные всяческой готовности - пожалуй, даже более заманчивые, чем, сказать к слову, телятина по-бургундски. Она припуталась к похождениям кувшина с талерами, о чем и не подозревал Икота, раздумывая: может ли кто-нибудь готовить нынче эдакое, что, при кажущейся простоте, удается нечасто?

Невидимый, подлетал он к городу в вечерний час, еще издали уловив запах, который говорит, хотя и не каждому, что мясо, со слегка обжаренным луком, тушится в винном соусе.

Чутье привело невидимку к обсаженному смородиной домику, чьи прочные стены оплетал плющ, как бы намекая на укромность ожидающего внутри уюта. Помнилось: на двери довольно долгое время висело объявление о сдаче внаем так, значит, едва ли не сегодня домик нанял тот, кто понимает толк в кухне.

Без промедления проникнув внутрь, искушенный и самоуверенный кавалер смутился. Навряд ли его удивило простенькое и вместе с тем дорогое платьице хозяйки. Но оно, как и чепец из кипенно-белого батиста, было надето на... Адельхайд - ту, что проживает в лесу исключительно нагишом.

Поразмыслив, невидимка сказал себе: а почему городская молодица не может походить на лесную прелестницу? И он пустил в ход свои чары, но хозяюшка, хлопоча над снедью, и не подумала икнуть. Тогда он рискнул разом разрешить сомнения: если это Адельхайд, то он пристыдит ее за то, что, одевшись, она изменила себе. Если же это обыкновенная молодочка, которая почему-то не поддалась волшебству, то вдруг она не устоит против того, в чем почти и нет ничего волшебного: хотя, и то сказать, на чей взгляд?

Одним словом, он предстал перед нею видимым - причем так, что видно было совершенно все.

- Опомнись! - горячо сказал он, повторил это несколько раз и добавил: Знай, как может быть горько, когда кое-кто не похож на себя!

Хозяйка подняла крышку с кастрюли, откуда неожиданно вырвалось чуть ли не целое облако пара. Он окутал ее лицо, которое она тут же вытерла накрахмаленной салфеткой - и перед Икотой оказалась тетушка Клюки-Клюгенау с ее резкими морщинами и мужественным выражением.

- Нашел же, когда заявиться проповедником! - она колола взглядом, точно иголкой, смелого, но совсем малорослого кавалера, который подумал о своем нарядном кафтане.

- Раз уж ты тут, я дам насытиться твоему любопытству, - благосклонно сказала Клюки, и он узнал, что, заполучив кувшин с талерами, она решила не пожалеть их ради сокровенного из замыслов.

Женщина давно мечтала забрать в свои руки некоего знатного и в больших чинах господина. Наняв домик, она попросила Флика дер Флита, который затем попросил лесную красотку - и тетушке было дозволено семь часов и двадцать девять минут выглядеть вылитой Адельхайд. Срок достаточный, ибо как только хозяйка бросит в нужное варево необходимый корешок, известный ей господин мигом выбежит из своего дворца и прикажет шестерку серых в яблоках гнать галопом к уютному домику.

- Уже подходил момент, а тут ты принялся подбивать меня на икание, будто я и сама не умею вызвать икоту, - выговаривала Клюки, и кавалер не знал, куда деться от ее небольших пронзительных глаз.

- Прошу прощения, что отнимаю драгоценное время.

- То, которое ты имеешь в виду, остается в целости и сохранности: сейчас-то я при моем обычном старом и добром теле, - ответила тетушка и вонзила иголку по самое ушко: - Ты же не приехал в карете с золочеными львами и не имеешь в подчинении жандармских полковников.

Уязвленный Икота хмуро надел шапочку с пером и услышал:

- Давеча тебе было горько, что Адельхайд не похожа на себя, ибо недоставало мелочи... Погоди минуту, и она будет в наличии.

Икота поспешил махнуть рукой на прощание - но вдруг икнул: и раз, и второй, и третий...

А когда винный соус выкипел до последней капли и телятина оказалась приготовленной совсем не по-бургундски, он и Клюки наверняка подумали, что надо бы сказать спасибо пегой лошадке.

Сказка "Пегая лошадка" следует в цикле второй, после сказки "Про барона и Темнющий Лес".

Простуженная Ворона и ее друзья

Говорят, раз в восемьдесят восемь лет бывает Год Тягучих Дождей. Про то вспомнили, когда после студеной ветреной весны, вместо летнего жара, нахлынули сырость и холод, и в тусклые полдни светлели одни только лесные мхи, напитавшись тяжелой влагой. У Камышового Озера неумолчно шуршали под дождем остролистые заросли, и ольховые кусты, сплошь усыпанные дробью капель, казались не зелеными, а сизо-стальными. Временами стремительно обрушивался ливень - неистовый ветер косил его и гнал по озеру белесые пляшущие волны.

Не стало никакой радости лесным жителям, и даже духи затосковали, как и все, а тонкие сосенки, что росли из болотных кочек, начали помаленьку гнить.

И вдруг небо очистилось, солнечные лучи скользнули в чащу, и на толстых замшелых стволах прозелень так и расцвела затейливыми узорами. А до чего приветливо залоснилась атласная кора молодых березок! Все существа до самой мелкой мошки выбрались на припек.

Виллибальд растянулся на поляне у озера, приняв обличье толстого бобра. Прекрасная Адельхайд, обернувшись выдрой, грелась на стволе поваленного бурей старого тополя, кроной погрузившегося в ручей. Флик дер Флит прилег на солнышке на берегу: он оборотился огромной дикой кошкой, одряхлевшей, давно не чесанной. Тут же подставляла бок солнцу грациозная Виола, изящно выгибая удивительную шею. Павлин Пассик слетел со своего ветвистого платана и расхаживал по поляне, распустив хвост, поворачиваясь грудью к лучам. ?ж Тобиас лежал на траве брюшком кверху, и точно так же рядом лежал барсук Розетом, раскинув все четыре лапы.

Простуженная Ворона на суку старого ясеня отогрелась и сняла с больного горла повязку из мха и паутины. Да как примется тереться шеей о кору дерева! Уж очень истомилась шея под повязкой. Каждое перышко расправила птица под жаркими лучами, стараясь просушиться получше.

Одному Икоте надоело греться. Потянуло его побывать где-нибудь далеко, поглядеть, не придумано ли какое новое кушанье?Он попросил старшего духа, чтобы дал ему силу летать невидимым, взмыл над лесом и понесся - гораздо быстрее, чем стрижи и соколы. Зажмурившись, он проносился сквозь крепко сбитые ветром облака, но густо-лиловые градовые тучи предпочитал облетать стороной. Таким образом, он перемахнул через земли четырех королевств и шести княжеств и очутился над городом, где высились дворцы из мрамора и фонтаны рассыпали мириады сверкающих брызг.