Записки прокурора: читать начало книги онлайн

— Нет, — покачал головой следователь.

— Очень жаль. Нынешнее состояние больного, несомненно, результат его прошлого.

— Если нам станет известна хоть малейшая деталь из его жизни, ты её узнаешь, — заверил я врача.

— А может случиться так, что после этих хором, — он обвёл руками вокруг, — пайщик попадёт в более охраняемые? И без диеты?

— Не знаем, — ответил я. — А вот насчёт диеты… Один вопрос.

— Хоть тысячу.

— Что больной ест охотнее всего?

— Сейчас он ест неважно. А так, пожалуй, рыбу…

Мы с Жаровым невольно переглянулись. Борис Матвеевич заметил это и спросил:

— Что из этого?

— Подтверждение одного предположения, — уклончиво ответил следователь.

— Мы, кажется, договорились, — шутливо погрозил пальцем Межерицкий.

— Верно, — согласился я. — Любовь к рыбе — ещё одно доказательство, что Домовой прятался у Митенковой с сорок шестого года. А может быть, и раньше…

…Прошло несколько дней. И вдруг раздался звонок от Юрия Александровича Коршунова. Инспектор уголовного розыска находился в Свердловске, где нашёл бывшего студента Ленинградской консерватории. Яснев работал заместителем директора областного Дома народного творчества. Жаров, прихватив с собой ноты, найденные у Митенковой, выезжал для встречи с ним.

Едва поздоровавшись, он выпалил:

— Автора нот, кажется, узнали, но он… — следователь развёл руками. — Убит в 1941 году перед самой войной…

— Погодите, Константин Сергеевич, давайте по порядку.

— Давайте. — Следователь расстегнул шинель.

— Да вы раздевайтесь. Разговор, наверное, не на одну минуту.

— Конечно… Если вы свободны…

— Вижу, новостей много. — Я вызвал Веронику Савельевну, секретаршу, и попросил, чтобы нас не беспокоили.

— Начнём с того, что Аркадий Христофорович Яснев именно тот человек, о котором говорила Асмик Вартановна. Очень доволен, что о нем помнят в Ленинграде. И о его необыкновенной музыкальной памяти…

— А почему Яснев на административной должности?

— Он так и сказал: гениальный пианист из него не вышел, зато руководитель…

— Заместитель директора Дома народного творчества? — уточнил я.

— Да, но у него несколько книжек по народному творчеству, выходит второй сборник собранных им народных песен…

— Понятно. Вот где, наверное, пригодился его дар?

— Именно так. Он действительно запоминает мелодию с одного раза… Ну, рассказал я ему, каким ветром меня занесло. Он взял ноты, пообещал посмотреть их и, когда закончит, позвонить в гостиницу… Через пару дней звонит: приходите. И говорит, что «Песня» ему знакома. Сочинение студента Ленинградской консерватории Белоцерковца. Имя он не помнит. Учился на курс младше. Ещё говорит, что «Песня» опубликована в сборнике лучших студенческих работ в сороковом году. Она получила какой-то приз на конкурсе. Поэтому он её и помнит. Но, по его мнению, автор её немного переработал.

— А остальные произведения?

— Никогда не слышал. Однако по стилю, по мелодике можно предположить, что тот же композитор. Белоцерковец. Но… Вы представляете, Захар Петрович, Яснев утверждает, что перед самой войной Белоцерковец погиб. Трагически…