Так привыкаешь ко всяким препирательствам, бормочет Алли, что забываешь осмотреть человека, и я не лучше прочих. Он не произносил таких слов: «умеренно тяжкие увечья»? Я говорю о враче.
Нет.
Как у тебя с дыханием? немного покалывает?
Да.
А сложности с грудной клеткой? с легкими? Я о прошлом.
Случались.
Доктор тебя об этом спрашивал?
Не помню.
С какими веществами тебе приходилось работать?
Ни с какими.
Он не проверял, не сломаны ли у тебя ребра?
Не знаю.
А сам-то ты проверял?
Да пробовал.
Спину он исследовал?
Нет.
Я сейчас тебя в ребра потыкаю, так что не подскакивай, если рука у меня холодная.
Сэмми начинает глубоко дышать.
Да нет, дыши как обычно… Будет больно, скажи.
Немного, ну то есть совсем немного, да.
Угум. Стетоскопом он не пользовался?
Да вроде бы пользовался.
А волнистых попугайчиков ты никогда не держал?
Чего?
Это называется формальными доводами, Сэмми. Дыши нормально. Ты на скольких подушках спишь?
По-разному, если Элен дома, она кладет две, а нет, так сплю на одной.
Форточку на ночь открываешь?
Иногда.
Понимаешь, Логан – каверзный сукин сын, я тебе уже говорил. У него было медицинское заключение насчет тебя, так что твои тюремные рентгеновские снимки он видел и снимок левой лобной доли тоже. Воспалением легких или туберкулезом ты не болел?
Нет, не думаю.