— Генерал в ярости, может из принципа повесить, чтобы столичным показать, кто здесь хозяин.
— Если мы здесь останемся, нас могут обвинить в трусости, — резонно заметил Эр. — Наши товарищи там погибают, а мы вроде как в стороне.
— Я останусь. Ты можешь идти. Ты ведь знаешь, что я не струсила?
— Знаю. Вдвоем нам здесь делать нечего, я пойду на передовую, надеру рульвам задницы.
— Будь осторожен, сегодня необычное нападение.
— Я понял. До встречи, — Эрангон бегом помчался к краю купола.
Ильмирина осталась стоять у края оцепления. Выглядела она глупо. Весь лагерь стоит на ушах готовясь отразить нападение, а она мнется возле внутреннего оцепления. Со стороны можно подумать, что она струсила. Что делать? Решение пришло через пять минут, когда девушка окончательно запуталась в мыслях.
— Рульвы под защитным пологом, — раздался в ушах голос. — Всем внимание, рульвы проникают под купол. Командирам организовать сопротивление имеющимися силами.
От новой информации похолодел позвоночник. Спасение Малика может стать бессмысленным, если они проиграют рульвам. Решение пришло мгновенно.
— Оцепление слушай мою команду, занять оборону у входа. Построение в две шеренги, щитоносцы вперед. Вооружаемся быстро, скоро здесь будут рульвы.
На этот раз ее послушались. Команду сопротивляться на местах слышали все. Судьба пленников теперь не имела значения. Собранный отряд из двух рядов оцепления насчитывал сорок бойцов. Ильмирина командовала лишь десятком, с даэмоном на передовой. Сейчас она одна и с ней сорок простых солдат. Половина молодые, остальные с опытом. Вооружение плохое. Щиты остались в казарме. Поблизости реквизировали лишь десяток. Удаляться дальше побоялись. Рев рульвовских чудищ и звон стали уже слышался в лагере. Бежать вперед смысла не было. Неприятель придет к ним сам. Было видно, как твари нападают впереди на их товарищей. Тварей было много, несколько незнакомых видов, что было плохо. Похоже, рульвы неплохо подготовились к нападению. Нашли ведь предателя, кто продал им секрет ошейников. Лично бы наматывала его кишки на руку, — со злостью подумала девушка. В последний момент Ильмирина спохватились, она же рядом с Маликом.
— Это Ильмирина, — закричала девушка абоненту.
— Он рядом?
— За моей спиной под замком.
— Спасибо, — разговор прервался.
В воздухе рядом с эльфийкой формировался силуэт. От неожиданности девушка чуть не влепила по нему заклинанием. Хорошо смогла догадаться, что враг не будет появляться столь медленно. Тем более она держит щит перед своим отрядом.
— Это я, — раздался знакомый голос. — Не волнуйся.
Старик в халате прошаркал тапками к бараку. Взмах руки и замок с двери снят, фигура в халате скрывается внутри. Ильмирине уже не до них, впереди враг. Два чудовища заметили их отряд. Десяток мелочи несется следом.
— Копейщики готовность, — командует Сарина.
***
Ночью поспать не удалось. Известие, что тебя завтра повесят, не способствует крепкому сну. Стыдно себе признаваться, но Малика слегка колотило. Такой еле заметный мандраж, словно перед схваткой. Только сейчас причиной был страх. Страх уйти из жизни бессмысленно. Ведь он может утащить за собой рульвов, неважно сколько, но может. Идиотам в командовании нужна показуха вместо вражеских смертей, а Малик в цепочке таких случайностей. Это же надо, насколько ему не повезло в жизни. Столько неприятностей одна за другой, все с ним — разве не гадство? Жаль, связь с Серым будет потеряна по его вине. Шансов подать весточку никаких, сбежать в ошейнике невозможно, мир ополчился на Малика. Еще этот хлюпик рядом носом шмыгает, нашел, о чем скулить. Пришлось ему пару раз врезать для успокоения. Затих, но сопли пускать не прекратил. Может еще врезать? Бесполезно, этому уже не помочь.
Непонятная движуха началась снаружи после рассвета. Непривычный шум, рев сирены, суматоха, затем команды в ушах. Через ошейник всем солдатам можно транслировать команды. Стало понятно, что командованию не до избирательности. Транслировали на все ошейники, информация была удручающей. Зато у Малика появилась надежда, у него есть шанс слинять, нет, не получится, проклятый ошейник. Значит, он сможет погибнуть в бою.
— Чего замер, мы сможем сражаться, — радостно ткнул в плечо соседа Малик.
— С чего ты решил? — печально осведомился тот.
— Да не до нас будет, выберемся и в бой вступим.
— Как выберемся?
— Копай, быстро копай землю, — Малик за шиворот стряхнул хлюпика на пол. — Здесь копай, чтобы дыра наружу была через час.
— Чем копать?
— Руками, чем хочешь копай, — рявкнул Малик.
Глядя, как пальцы труса пытаются что-то сделать с утрамбованной землей, стало ясно — пустая затея. Волос, у него есть волос, вспомнил Малик. Если враг ворвется, он попробует отрезать пару голов. Руки принялись лихорадочно нащупывать заветный узелок. Малик не успевал, замок на двери лязгнул. В распахнутую дверь вошел старик в халате.