— Уродцы, — пробормотал Женя.
— Вот именно. Те самые Уродцы, которые так заинтересовали Европейский Информационный Центр. Всякие шесты на колесиках, семиногие ползуны и так далее. КРИ производит их во множестве, и никто не понимает почему. У них есть одна странность: все они до крайности нелепы, и их нельзя привязать ни к одному аспекту задачи. Восхитительные машинки! В особенности задняя нога.
— Черная тень задней ноги, — продолжал, немного помолчав, Руда, — легла на Джакой. Высказываются удивительные предположения. Кое-кто считает, что КРИ свихнулся от натуги, — такое, мол, бывает. Некоторые слабонервные вообразили, что КРИ слишком умен для человека и всех дурачит. А директор Ламба уверен, что что-то не в порядке с программой. Умный старикан. Как только увидел первого Уродца — сейчас же забрал программу и укатил в Москву, в Институт Теории Программирования. Сегодня он возвращается, так что вы приехали вовремя.
— А кого будут бить палкой? — спросил Женя.
— Увидите. — Руда странно усмехнулся. — Все в свое время. Будет очень интересно. А теперь, товарищ корреспондент, пойдемте, я вас представлю заведующей фильмотекой.
— Еще один вопрос, — сказал Женя, засовывая диктограф в футляр. — Где он находится, ваш Великий КРИ?
— Вы на нем лежите. А сейчас встанете и пойдете по нему. Он под землей, двести метров в глубину, шесть гектаров. Мозг, мастерские, — энергогенераторы — все. Пошли.
Фильмотека КРИ находилась на другом конце поселка, в низком павильоне, на крыше которого блестели решетчатые щиты стереосинерамного демонстратора. Сразу за павильоном начиналась саванна.
В павильоне пахло озоном и кокосовым молоком.
Заведующая фильмотекой сидела за столом и изучала через бинокулярный микроскоп какой-то фотоснимок. Должно быть, фотоснимок сустава задней ноги. Заведующей была хорошенькая таитянка лет двадцати пяти.
— Здравствуй, Энни, — сказал Руда.
Заведующая оторвалась от микроскопа и расцвела улыбкой.
— Здравствуй, Поль, — сказала она.
— Это Энни Кент. A это корреспондент Европейского Центра Славин, Энни. Отнесись к нему с уважением. Покажи ему кадры — двести шестьдесят седьмой, триста пятнадцатый и семь тысяч пятьсот двенадцатый.
— Если это вас не затруднит, конечно, — галантно добавил Женя.
— С удовольствием, — ответила заведующая.
— Тогда я оставлю вас, — сказал Руда. — Да, что с оборудованием, Энни?
— В пять должно быть здесь.
Руда кивнул и вышел. Было слышно, как он крикнул на весь поселок: «Акитада! Шеф не звонил?» Ответа слышно не было. Заведующая вздохнула и сказала:
— Берите складной стул, товарищ Славин, и пойдемте.
Женя вышел и уселся у стены павильона. Заведующая деловито прикинула высоту солнца, что-то подсчитала в уме, шевеля губами, и вернулась в павильон.
— Кадр двести шестьдесят седьмой, — объявила она в раскрытое окно.
Солнечный свет померк. Женя увидел черно-фиолетовое ночное небо с яркими незнакомыми звездами.
Низкие плоские облака протянулись над горизонтом, медленно возникли черные силуэты странных деревьев, похожих не то на пальмы, не то на цветную капусту. Звездные отсветы дрожали в черной воде.
Затем над облаками возникло белое зарево. Оно разгоралось все ярче, уродливые тени заскользили по черной маслянистой поверхности, и вдруг из-за горизонта вылетело ослепительное белое пульсирующее светило и рывками понеслось по небу, гася звезды.
Серый туман заметался между стволами странных деревьев, замелькали радужные блики, и все исчезло.
Перед Женей вновь была залитая солнцем саванна.
— Дальше сплошные помехи, — сказала заведующая.
— А что это было? — спросил Женя. Он ожидал большего.
— Это восход сверхновой. Больше ста миллионов лет назад. Эта сверхновая породила динозавров [4]. Теперь кадр триста пятнадцатый. Наша гордость. Пятьдесят миллионов лет спустя.
[4] Существует гипотеза, что возникновение на Земле динозавров было обусловлено мощным потоком радиации от сверхновой звезды, взорвавшейся сравнительно недалеко от солнечной системы. — Прим. авторов.