Из этой тирады Ингер вынес одно - подняли его в воздух какие-то силы, которыми управлять у него никогда не получится.
Он уже долго крутился на своей жесткой койке, но заснуть не мог. В своем воображении он все еще разглядывал драконов в призрачном свете воздуха заполнявшего полость в недрах земли. Сейчас он уже знал, то, что показалось ему пропастью на самом деле не такая уж большая и глубокая пещера, просто она была специально сделана так, чтобы драконы могли в ней летать.
Он оставался у драконов недолго, но достаточно для того, чтобы понять, что теперь ему суждено быть переводчиком между ними и Магрионом.
И хотя общение у мага с драконами было уже давно налажено, и они вполне понимали друг друга, все же ментальный разговор, давал те оттенки, которые нельзя было передать написанными словами, а только образами. И сейчас драконы надеялись, что Ингер станет именно тем звеном, чтобы уточнить вопросы, интересующие как драконов, так и псионов Лории.
Утром, когда Ингер пришел на завтрак, за столом уже сидел насупленный целитель.
- Ну, что молодой человек, ты ничего не хочешь мне сообщить?- язвительно спросил он.
- Учитель, я виноват,- понурив голову, признался Ингер, - я зашел в виварий, несмотря на твое предупреждение.
- Ты понимаешь, что ты, когда заходил, куда ходить запрещено, подвергал свою жизнь и жизнь своих близких опасности, - продолжал морально добивать ученика Магрион, - представь, что там находились не разумные существа, а дикие твари, что случилось тогда бы с тобой?
- Я все понимаю учитель, больше такого не повторится, - совсем по-детски пробормотал Ингер.
Магрион смотрел на краснеющего сопящего юношу и внутренне улыбался. Он еще удивлялся, как долго его ученик терпел и не входил в запретные для него места.
- Хорошо, будем считать, что я тебе поверил. А теперь расскажи мне, как ты общался с драконами? - с явным интересом спросил Магрион.
Он долго допрашивал ученика, но так, как ментального контакта между ними не было, Ингер так и не смог объяснить, все те ощущения и эмоции, которые он испытал. Поэтому вскоре их беседа начала напоминать разговор глухого со слепым. Целитель понял это первым и с сожалением отложил свои вопросы на будущее, в котором он все же сможет сам общаться с своими гостями, так неожиданно навестившими его триста лет назад, и с тех пор пользующихся его гостеприимством, из-за которого он бы давно пошел по миру, если не совет псионов, который компенсировал его затраты, надеясь, что в конце концов от этих существ будет хоть какая-то польза, кроме черной и золотой чешуи, которую уже много лет использовали для изготовления доспехов, интригуя весь остальной мир ее наличием. Магрион неоднократно с досадой думал, что в те времена совершил большую ошибку, если бы он знал, сколько будет стоить каждая чешуйка, то никогда не обратился в Совет, сделав тайну драконов общим достоянием.
Неожиданно раздавшийся грохот, вывел Ивашова из забытья. Рядом с ним, судорожно схватив его за руку, кричала Наташа.
-Нас сбили, мы падаем!
А в пассажирский отсек из кабины пилота уже заползали клубы дыма.
В дыму кашляли другие пассажиры, и за тонкой обшивкой все сильнее свистел воздух, обтекая идущий в последнее пике самолет.
Из небытия Наташу вывел теплая ладонь, положенная ей на лоб. Она открыла глаза и увидела над собой, немного взволнованное лицо Ивашова.
- Игорь, мы, что на том свете, - смогла она спросить.
Похоже, что своим вопросом она его изрядно удивила, потому, что он несколько опешил, и наверно минуту собирался с мыслями.
- Нет, мы пока еще на этом свете, - ответил он и улыбнулся.
- Ой, так, что мы смогли приземлиться? А как все остальные?- начала она задавать вопросы.
Игорь вновь положил ей ладонь на лоб и она, сразу забыла, о чем собиралась спрашивать. Почему-то это казалось сейчас не важным и не стоявшим разговора.
- Кажется, у нас скитания по немецким тылам начинаются снова и опять вдвоем ,- подумал Игорь и встал, - м-да, теперь у меня будет множество проблем, интересно, каким образом я объясню чудесное спасение с падающего самолета. Чего бы такого придумать?
В это время его тронули за плечо, обернувшись, он увидел пожилого майора в очках окулярах внимательно смотревшего на него.
- Э, рядовой, - обратился он к Ивашову, который был в ступоре от его появления, - я смотрю, вы что-то понимаете в медицине, может, глянете моего подчиненного, ему чем-то попало по голове, когда нас, по-видимому, выкинуло из самолета. Ума не приложу, почему мы остались живы?
Игорь повернулся и прошел к лежавшему без сознания молодому лейтенанту. Внешних повреждений видно было. Ивашов положил руку на голову подержал с минуту и сказал, обращаясь к старшему по званию
- Товарищ майор, здесь видимо просто контузия, думаю, что он скоро придет в себя.
После этого он, наконец, смог оглядеться. Еще три человека со знаками различия старших офицеров бродили по лесной поляне, на краю которой догорали останки самолета.
- Вот это да, - восхитился про себя Ивашов, - наконец, то я могу хоть что-то, даже сам не заметил, как прихватил всех живых в защитный купол. Эрн был бы недоволен таким отсутствием контроля окружающего. Ну, ладно, а что мы, интересно, теперь будем делать? Три полковника один майор, лейтенант, рядовой и сержант медик. Хорошо хоть, что от меня в данном случае ничего не зависит.
Это он подумал правильно, потому, что через пару минут три полковника отошли от удивления, в котором пребывали, после того, как неведомым образом из горящего самолета попали на зеленую траву поляны, притом почти без синяков и травм.