Но увы, это вам не семнадцатый век. На ней нет корсета, которым он мог бы занять руки. Более того — она не обладает головокружительными формами Сибиллы, и ей не известна техника долгих, пьянящих поцелуев. Но даже если бы каким-то чудом ей удалось притупить его бдительность и высвободить руки толку от этого никакого: у него за поясом нет кинжала!
— Я знаю приемы кун-фу, — пробормотала Си Джей.
— Хватит пудрить мне мозги! — заявил он оскорбительно-бесцеремонным тоном. — Я спрашиваю, как вас зовут.
Си Джей предприняла последнюю отчаянную попытку освободиться. В ответ на это Гаррет сузил глаза, и мышцы его бедер напряглись, еще плотнее придавив ее к земле.
— Вот что, детка… я не могу сказать, что ваши телодвижения мне неприятны, только вряд ли вы сможете извлечь из них какую-либо выгоду для себя. Я слыву хладнокровным и бесчувственным типом, но в любви необходима хоть небольшая прелюдия — это мое глубокое убеждение. Так что бросьте свои уловки и говорите прямо, кто вы такая.
Си Джей задохнулась от возмущения и почувствовала, как по щекам медленно разливается краска стыда. Вложив в свой тон все высокомерное презрение, на какое только была способна, лежа в столь двусмысленной позе, она проговорила:
— Мое имя — Си Джей Карузерс. Я правнучка полковника Огаста Парсонса и внучатая племянница Роберты Парсонс д'Аллер. И если вы немедленно не уберете свои грязные лапы, клянусь, до конца жизни будете в этом раскаиваться.
Она запнулась, с досадой отметив, что угроза не подействовала. Разве что враг ее чуть помрачнел.
— Си Джей… Карузерс. — В голосе прозвучали нотки обреченности.
— Совершенно верно. А теперь отпустите меня, пока я не приказала вас арестовать.
— Похоже, у вас это идея фикс. — Он угрюмо покачал головой, но в глазах его промелькнул невольный оттенок восхищения. — Чтоб я сдох!
В последнюю фразу Гаррет вложил столько пафоса, что она показалась Си Джей чуть ли не библейским проклятием.
Затем внезапно он разжал руки и встал. Она проворно откатилась на безопасное расстояние и тоже поднялась.
— Если через двадцать минут вы не уберетесь отсюда, — пригрозила она, отступая к воде, — я прикажу натравить на вас собак.
В следующую секунду Си Джей уже неслась, как лань, по мягкому горячему песку; блаженство вновь обретенной свободы переполняло ее; казалось, она вот-вот взлетит.
А Гаррет неподвижно стоял в тени тропических деревьев и с чувством фатальной безысходности глядел вслед удаляющейся фигурке.
Ничего подобного он не ожидал. Господи, такое и в страшном сне не приснится!
— Нынче у нас был незваный гость.
Си Джей хмуро взглянула на украшенный драгоценными камнями гребешок, который только что воткнула в серебряные волосы тетки.
— Да ну? — Берти поймала взгляд племянницы в зеркале, оправленном в богатую раму. Кто такой?
— Буду я выяснять! — фыркнула девушка. Выгнала его, да и все. Должно быть, очередной агент по торговле недвижимостью.
— Опять! — проворчала Берти. — И когда мы от них избавимся! В следующий раз, ей-богу, насыплю им соли на хвост.
Си Джей воткнула второй гребень.
— Слушай, тебе не кажется, что эти гребешки…
— Вульгарны, да? — Берти повертела головой, разглядывая в зеркале блестящие гребни. — Да, пожалуй, эти огромные изумруды несколько вульгарны. Но женщина в моем возрасте уже может все себе позволить — даже выглядеть вульгарной. Хотя бы для того, чтоб доказать всем, что она еще жива!
— Едва ли кому-нибудь придет в голову усомниться.
Си Джей отступила на шаг и оценивающе оглядела тетку с головы до ног.
— Чего-чего, а драгоценностей ты на себя навешала, как на елку. Что до платья — у меня просто нет слов. К тому же, — она выдернула у Верти из пальцев тонкую дамскую сигару, — от тебя вовсю разит виски. Не боишься, что твои гости рухнут на месте?
— Так и задумано. — Берти с удовольствием разглядывала свое отражение. — Как считаешь, не сделать ли мне подтяжку и впрыскивание?
— Обсуди это за ужином с доктором Уиллерсоном. Наверняка он придет в восторг. Возможно, даже напишет статью в медицинский журнал о том, как нарастил грудь семидесятишестилетней пациентке. Все будут наперебой брать у тебя интервью. Представляешь, как сразу подскочат тиражи? Еще бы, такая реклама! «Прославленная писательница с новыми грудями!»