– Мам?
– Все в порядке. Все живы.
Сначала ее затопило облегчение, а следом неудержимые слезы ручьями хлынули по щекам…
– Они… дома?
– Пока нет. Штормом их отнесло с обычного курса, они оказались в канадских водах. Канадским властям потребовалось время связаться с представителями нашей береговой охраны – шторм повредил связь.
Ари вдруг громко разрыдалась, негодовала на себя, но не в силах была остановиться. Родители, конечно, здорово встревожатся, а у отца – так душа на части разорвется, едва поймет, да еще по телефону, в каком она состоянии.
– Извините, – только и смогла проговорить она.
– Ничего, девочка, тебе нужно выплакаться. Одному Богу известно, через какой ад тебе пришлось сегодня пройти.
– Я собиралась вылететь домой – на похороны.
– Домой – ты и сейчас можешь. – Пегги не утаила надежды.
– Нет!.. – Ари тяжело вздохнула. – Не думаю, что это удачная мысль.
– В следующий уик-энд мы переезжаем в новый дом, – сообщил Расти, – Как раз к каникулам. У Расса и Карен перед Днем благодарения будет пара недель на обустройство.
– А еще, – провозгласила Пегги, – я купила тот мягкий коричневый диван.
– Поздравляю.
«Макс жив!»
– И за нами сохранится старый номер телефона.
– И еще я собираюсь свозить твою мать после Нового года во Флориду.
– Я рада, папа. – Голос отца звучал для Ари как с другого конца длиннющего тоннеля. «Макс жив!»
– Отдохни немножко, Ари. И подумай о том, чтобы приехать на Рождество домой. Нужно же нашим малышкам увидеть свою крестную маму.
– Ладно, я постараюсь. Пока.
– Ари?
– Да, мам?
– Передать что-нибудь капитану? Сказать, чтобы он тебе позвонил? – с вкрадчивой надеждой предложила Пегги.
– Нет, спасибо. Я… сама свяжусь с ним через недельку другую.
Пегги не стала спорить. Нет, думала Ари, она правильно сделала, вернувшись в Монтану, сбежав от любви моряка. Теперь ей ведомо все до конца о том, какую боль может принести с собой такая любовь; это не ошибка, что она порвала с Максом и теперь дома, у своих Скалистых гор.
«Но ведь ты все равно страдала – и сейчас страдаешь», – подзуживал ее ехидный голосок логики. «Больше не стану, с этим покончено». «Какое там – покончено, это уж навсегда», – не унимался голос.
Ари вышагивала по своей крохотной квартирке, пока, наконец, не упала без сил на неразобранную кровать. Она заснула глубоким сном, и ей снился сон: бушуют волны, воет ветер, и океанские шторма пурпурными вихрями овевают смеющееся лицо Макса… Ну конечно, он смеется, он счастлив – его маленькое судно завалено живым серебром, а у босых его ног свернулась клубочком чувственная наяда со своим малышом.
– С Днем благодарения!
– И тебя тоже, Руфи. Как девочки?
– Прелесть! Растут не по дням, а по часам.