— Так точно, тот же самый.
Майор походил в задумчивости по комнате и уже у дверей своего кабинета спросил:
— Кто из специалистов выехал на место происшествия?
— Выехал сам товарищ Сердечный.
— Очень хорошо, — с удовлетворением отметил майор.
Через несколько минут старший лейтенант снова услышал его голос:
— Прошу вас, товарищ Глебов, приготовить мне все документы, касающиеся этого дела.
— И сообщение рыбаков тоже? — спросил старший лейтенант.
— Безусловно.
Когда все, что просил майор, лежало на его столе, он тщательно пересмотрел документы, сам наколол их на металлическую планку и четко написал на верхней крышке папки:
3. МЕТЕОРОЛОГ НЕЧАЕВ
Загорелый, с крупными чертами лица, с волосами, выгоревшими на солнце, Василий Нечаев стоял на берегу Волги, облицованном огромными каменными плитами, и задумчиво смотрел на веселую игру утренних лучей в широкой волжской волне.
— Ну, хватит вам, — потянула его за рукав флотской куртки Галина Сугробова.
— Знали бы вы, Галина Сергеевна, до чего тяжело уходить от Волги в вашу пустыню… Ну, да что теперь говорить об этом, решение принято, и точка.
Нечаев по-военному, четко повернулся к высокой стройной девушке в светлом платье, приложил руку к лакированному козырьку фуражки и шутливо произнес:
— Разрешите доложить, товарищ агролесомелиоратор: волжский метеоролог Василий Иванович Нечаев в полном вашем распоряжении.
Нечаев взглянул украдкой на Галину и тяжело вздохнул. А Галина сразу как-то заторопилась и сказала почти строго:
— Не будем, в таком случае, терять времени.
Однако, не выдержав строгого тона, она рассмеялась и добавила весело:
— По коням!
С этими словами Галина села за руль открытого автомобиля и включила мотор.
Нечаев положил на заднее сиденье два своих чемодана и уселся рядом с Сугробовой.
С Нечаевым Галина познакомилась года два назад в Саратове, где он работал на волжской метеорологической станции, а она училась в агролесомелиоративном институте. Когда Галина, окончив институт, уехала в астраханскую полупустыню, между молодыми людьми завязалась переписка.
Случилось, что метеоролог опорного пункта, на котором работала Сугробова, уволился по состоянию здоровья. Оставшись без службы погоды, директор пункта, Михаил Александрович Птицын, сам ездил в область, просил дать ему метеоролога, но в отделе кадров никого не были в резерве. Тогда Галина, вспомнив о Нечаеве, написала ему письмо, горячо убеждая перевестись на службу в управление лесного хозяйства.
Недели две после этого от Нечаева не было писем. Галина уже начала сомневаться в успехе своего предложения, как вдруг получила короткую телеграмму:
И вот он приехал сегодня.
— Удивительно как-то у меня все получается, — заметил Василий, когда машина тронулась. — Помню, во время войны я, речник, все время во флот рвался, а меня убедили в пехоте остаться, говорили, что главный фарватер войны по суше проходит.
Он протер ладонью пыльное лобовое стекло машины и добавил: